НАЛОГИ И ПРАВО
НАЛОГОВОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО КОММЕНТАРИИ И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ИЗМЕНЕНИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ
Налоговый кодекс
Минфин РФ

ФНС РФ

Кодексы РФ

Подборки

Популярные материалы

Определение Верховного Суда РФ от 23.09.2019 № 19-КГ19-14

ВЕРХОВНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 № 19-КГ19-14

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 23 сентября 2019 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации в составе 

председательствующего Фролкиной СВ.,
судей Вавилычевой Т.Ю. и Жубрина М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании 23 сентября 2019 г.  гражданское дело по иску Москвитина Алексея Александровича к обществу с  ограниченной ответственностью «Оптимастрой» о признании отношений  трудовыми, взыскании заработной платы 

по кассационной жалобе Москвитина А.А. на апелляционное определение  судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от  3 октября 2018 г., которым решение суда первой инстанции отменено, по делу  принято новое решение о частичном удовлетворении исковых требований. 

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Вавилычевой Т.Ю., 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации 

установила:

Москвитин А.А. 11 апреля 2018 г. обратился в суд с иском к обществу с  ограниченной ответственностью «Оптимастрой» (далее также - ООО «Оптимастрой») о признании отношений трудовыми, взыскании  заработной платы. 

В обоснование требований Москвитин А.А. ссылался на то, что в 2017 и  2018 годах он работал в ООО «Оптимастрой» кровельщиком на объектах  архива в г. Усть-Лабинске и детского сада в станице Новопокровской  Краснодарского края. При устройстве на работу в ООО «Оптимастрой»  Москвитин А.А. представлял необходимые документы (СНИЛС, ИНН, 


трудовую книжку), в связи с чем считал, что его официально приняли на работу  в ООО «Оптимастрой» и что он состоит с ответчиком в трудовых отношениях.  Ввиду того, что заработная плата за работу на объекте в станице  Новопокровской ему не выплачена, Москвитин А.А. просил взыскать с  работодателя ООО «Оптимастрой» заработную плату в размере 102 000 руб. 

Представитель ответчика ООО «Оптимастрой» в судебное заседание суда  первой инстанции не явился, директор ООО «Оптимастрой» Сейранян М.М.  направил в суд письменные возражения на иск, в которых сообщил, что  Москвитин А.А. для работы на объектах, указанных им в исковом заявлении,  ООО «Оптимастрой» не привлекался, а работу производил Ярмаркин В.А. по  договору подряда от 30 октября 2017 г. № 4, заключённому с  ООО «Оптимастрой». Москвитин А.А. не представил доказательства,  подтверждающие наличие между ним и ООО «Оптимастрой» трудовых и иных  отношений. 

Решением Кочубеевского районного суда Ставропольского края  от 6 июля 2018 г. исковые требования Москвитина А.А. удовлетворены  частично. Отношения между Москвитиным А.А. и ООО «Оптимастрой» в  период с 13 ноября 2017 г. по 12 февраля 2018 г. признаны трудовыми.  С ООО «Оптимастрой» в пользу Москвитина А.А. взыскана заработная плата в  размере 90 099,32 руб., а в доход бюджета Кочубеевского муниципального  района Ставропольского края - государственная пошлина в размере  2 902,98 руб. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам  Ставропольского краевого суда от 3 октября 2018 г. решение суда первой  инстанции отменено, по делу принято новое решение об отказе в  удовлетворении исковых требований Москвитина А.А. к ООО «Оптимастрой»  о признании трудовыми отношений в период с 13 ноября 2017 г. по 12 февраля  2018 г. С ООО «Оптимастрой» в пользу Москвитина А.А. взыскана  задолженность по оплате за выполнение подрядных работ с 13 ноября 2017 г.  по 12 февраля 2018 г. в сумме 50 000 руб., а также в доход местного бюджета - государственная пошлина 1 700 руб. 

В поданной в Верховный Суд Российской Федерации кассационной  жалобе Москвитина А.А. ставится вопрос об отмене апелляционного  определения судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского  краевого суда от 3 октября 2018 г., как незаконного, и оставлении в силе  решения суда первой инстанции. 

По результатам изучения доводов кассационной жалобы  Москвитина А.А. судьёй Верховного Суда Российской Федерации  Кирилловым ВС. 24 мая 2019 г. дело истребовано в Верховный Суд  Российской Федерации, и определением судьи Верховного Суда Российской  Федерации Пчелинцевой Л.М. от 7 августа 2019 г. кассационная жалоба с  делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по  гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. 

В судебное заседание Судебной коллегии по гражданским делам  Верховного Суда Российской Федерации стороны, надлежаще извещённые о 


времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, не  явились, о причинах неявки не сообщили. На основании статьи 385  Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации Судебная  коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации  считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы,  Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются  основания для отмены в кассационном порядке постановления суда  апелляционной инстанции. 

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в  кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального  права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без  устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав,  свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных  интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской  Федерации). 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего дела  имеются такого характера существенные нарушения норм материального и  процессуального права, допущенные судом апелляционной инстанции, и они  выразились в следующем. 

Судом установлено и следует из материалов дела, что Москвитин А.А.  при обращении в суд с иском к ООО «Оптимастрой» ссылался на то, что он в  период с ноября 2017 года по февраль 2018 года работал в ООО «Оптимастрой»  в качестве кровельщика на объектах архива в г. Усть-Лабинске и  муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения  детского сада общеразвивающего вида № 36 в станице Новопокровской  муниципального образования Новопокровский район (далее - МБДОУ  «Детский сад станицы Новопокровской», детский сад). При устройстве на  работу в ООО «Оптимастрой» Москвитин А.А. представил работодателю  паспортные данные, страховой номер индивидуального лицевого счёта,  идентификационный номер налогоплательщика и трудовую книжку, в связи с  чем полагал, что он состоит с ООО «Оптимастрой» в трудовых отношениях.  Заработная плата за работу на объекте в МБДОУ «Детский сад станицы  Новопокровской» в размере 102 000 руб. ему не выплачена. 

Директор ООО «Оптимастрой» Сейранян М.М. в обоснование своих  возражений на иск указывал на то, что между ООО «Оптимастрой» и  Москвитиным А.А. какие-либо договоры не заключались, к работе на объектах  детского сада в станице Новопокровской ООО «Оптимастрой» привлекался по  договору подряда Ярмаркин В.А. В подтверждение своей позиции к  письменным возражениям на иск Москвитина А.А. представитель ответчика  приложил копию договора подряда от 30 октября 2017 г. № 4, заключённого  между ООО «Оптимастрой» в лице директора Сейраняна М.М. (заказчик) и  Ярмаркиным В.А. (подрядчик), о выполнении кровельных работ на объекте, 


расположенном по адресу: г. Усть-Лабинск, ул. Октябрьская, д. 84. В этом  договоре сторонами определена цена работ в размере 50 000 руб. и установлен  срок выполнения работ - с 30 октября по 1 декабря 2017 г. 

Согласно сведениям, представленным в суд первой инстанции по  судебному запросу заведующего МБДОУ «Детский сад станицы  Новопокровской», Москвитин А.А. действительно работал кровельщиком в  детском саду, расположенном по адресу: ст. Новопокровская, ул. Советская,  д. 155, в период с 13 ноября 2017 г. по 12 февраля 2018 г. в качестве работника  000 «Оптимастрой» во исполнение условий муниципального контракта  от 27 октября 2017 г. и на основании приказа ООО «Оптимастрой»  от 1 ноября 2017 г. № 7 «О допуске на работу». 

В копии приказа от 1 ноября 2017 г. № 7 «О допуске на работу»,  подписанного директором ООО «Оптимастрой» Сейраняном М.М., указано,  что данный приказ издан во исполнение условий договора подряда от  1 ноября 2017 г. на выполнение работ по ремонту кровли здания детского сада,  расположенного по адресу: станица Новопокровская, ул. Советская, д. 155. К  работе на этот объект с 1 ноября 2017 г. допущены сотрудники: кровельщики  Ярмаркин В.А., Москвитин Алексей Александрович (истец) и Москвитин  Александр Алексеевич. Контроль за выполнением приказа директор  ООО «Оптимастрой» оставил за собой, на копии приказа проставлена печать  ООО «Оптимастрой». 

В материалах дела также имеется муниципальный контракт на  выполнение работ по ремонту кровли здания МБДОУ «Детский сад станицы  Новопокровской» от 27 октября 2017 г., заключённый между МБДОУ «Детский  сад станицы Новопокровской» в лице заведующего Крапивиной О.А. и  ООО «Оптимастрой» в лице директора Сейраняна М.М., по условиям которого  подрядчик (ООО «Оптимастрой») обязуется по заданию заказчика  (МБДОУ «Детский сад станицы Новопокровской») выполнить работы по  ремонту кровли здания детского сада (далее также - муниципальный контракт  от 27 октября 2017 г.). 

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования  Москвитина А.А. о признании трудовыми отношений, возникших в период с  13 ноября 2017 г. по 12 февраля 2018 г. между ним и ООО «Оптимастрой», и  взыскании с работодателя ООО «Оптимастрой» заработной платы, суд первой  инстанции руководствовался положениями статей 16, 19 ,67 Трудового кодекса  Российской Федерации и исходил из того, что ответчиком  (ООО «Оптимастрой») был фактически осуществлён допуск работника  Москвитина А.А. к выполнению трудовой функции кровельщика,  Москвитин А.А. приступил к работе на объекте с ведома и по поручению  работодателя, вследствие чего суд первой инстанции пришёл к выводу о том,  что Москвитин А.А. состоял с ответчиком в трудовых отношениях, которые не  были оформлены работодателем ООО «Оптимастрой» в установленном  законом порядке. При этом суд первой инстанции указал, что на работодателя  законом возложена обязанность оформления трудовых отношений с  работником и ненадлежащее выполнение работодателем этой обязанности не 


может являться основанием для отказа в защите нарушенных трудовых прав  работника. Представленный ООО «Оптимастрой» договор подряда  от 30 октября 2017 г. № 4 суд первой инстанции не принял в качестве  доказательства позиции ответчика о том, что Москвитин А.А. не работал по  трудовому договору на объекте - в детском саде по адресу: ст. Новопокровская,  ул. Советская, д. 155, поскольку данный договор заключён с другим  физическим лицом - Ярмаркиным В.А. - на выполнение работ на объекте,  расположенном по иному адресу, а именно: г. Усть-Лабинск, ул. Октябрьская,  Д. 84. 

Ввиду отсутствия документов, подтверждающих размер заработной платы  Москвитина А.А., суд первой инстанции произвёл расчёт заработной платы  исходя из размера средней заработной платы работников по виду деятельности  «строительство» на основании сведений, полученных из Управления  федеральной службы государственной статистики по Краснодарскому краю и  Республике Адыгея. 

Рассматривая дело по апелляционной жалобе директора  ООО «Оптимастрой» Сейраняна М.М. на решение суда первой инстанции, суд  апелляционной инстанции, принимая во внимание содержание имеющихся в  материалах дела муниципального контракта от 27 октября 2017 г. и договора  подряда от 30 октября 2017 г. № 4, заключённого между ООО «Оптимастрой» и  Ярмаркиным В.А., пришёл к выводу о том, что между Москвитиным А.А. и  ООО «Оптимастрой» сложились гражданско-правовые отношения по договору  подряда, при заключении которого сторонами не оговаривались условия труда,  режим рабочего времени и времени отдыха. 

По мнению суда апелляционной инстанции, приказ ООО «Оптимастрой»  от 1 ноября 2017 г. № 7 «О допуске на работу» не свидетельствует о  возникновении между сторонами трудовых отношений, поскольку данный  приказ издан во исполнение договора подряда и не содержит сведений о  продолжительности рабочего времени. 

Суд апелляционной инстанции также указал на то, что Москвитин А.А. в  нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса  Российской Федерации не представил доказательств, подтверждающих, что он  приступил к выполнению трудовых функций и выполнял названную в договоре  подряда работу с соблюдением режима работы и правил внутреннего трудового  распорядка ответчика, что он обращался в ООО «Оптимастрой» с заявлением о  приёме на работу с приложением соответствующих документов, получал  заработную плату в период, в течение которого, по утверждению истца, он  работал в ООО «Оптимастрой» кровельщиком. 

Придя к выводу о том, что между Москвитиным А.А. и  ООО «Оптимастрой» имели место гражданско-правовые отношения, суд  апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции и отказал  Москвитину А.А. в удовлетворении исковых требований о признании  трудовыми отношений, возникших между Москвитиным А.А. и ООО  «Оптимастрой» в период с 13 ноября 2017 г. по 12 февраля 2018 г. При этом суд  апелляционной инстанции взыскал с ООО «Оптимастрой» в пользу 


Москвитина А.А. задолженность по оплате выполненных подрядных работ за  период с 13 ноября 2017 г. по 12 февраля 2018 г. в размере 50 000 руб. 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации считает, что выводы суда апелляционной инстанций сделаны с  существенным нарушением норм материального и процессуального права. 

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации  труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими  способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. 

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и  иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из  общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с  Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской  Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который  каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право  распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род  деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его  трудовых прав и свобод, включая судебную защиту. 

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством  национальных законодательств и практики, разрешения проблем, которые  могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового  правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации  труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация № 198 «О трудовом  правоотношении» (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении,  Рекомендация). 

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что  характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках  индивидуального трудового правоотношения, должны определяться  национальным законодательством или практикой либо и тем, и другим,  принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы. 

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной  политики защиты работников в условиях индивидуального трудового  правоотношения существование такого правоотношения должно в первую  очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы  и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это  трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об  обратном, носящем договорной или иной характер, которое могло быть  заключено между сторонами. 

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового  правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии  с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в  организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах  другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или  на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной,  заказавшей её; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа 


предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов  стороной, заказавшей работу). 

В целях содействия определению существования индивидуального  трудового правоотношения государства-участники должны в рамках своей  национальной политики рассмотреть возможность установления правовой  презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том  случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих  признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении). 

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые  отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и  работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции  (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии,  специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой  работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя,  подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при  обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым  законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими  нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными  нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско- правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между  работником и работодателем, не допускается. 

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть  1 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации). 

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 16 Трудового  кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между  работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого  ими в соответствии с этим кодексом. 

Вместе с тем частью 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что трудовые отношения между работником и работодателем  возникают также на основании фактического допущения работника к работе с  ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это  представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом  оформлен. 

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для  работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного  должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и  призвана устранить неопределённость правового положения таких работников  (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая  2009 г. № 597-О-О). 

В части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации дано  понятие трудового договора как соглашения между работодателем и  работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить  работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия  труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными  правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным 


договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным  соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику  заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим  соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем  работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка,  действующие у данного работодателя. 

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух  экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая  статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской  Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается  заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению  работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом  допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой  договор в письменной форме не позднее трёх рабочих дней со дня  фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с  использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового  договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не  позднее трёх рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми  отношениями, если иное не установлено судом. 

Частью первой статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что приём на работу оформляется приказом (распоряжением)  работодателя, изданным на основании заключённого трудового договора.  Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать  условиям заключённого трудового договора. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта  2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса  Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим  образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению  работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор  считается заключённым и работодатель или его уполномоченный  представитель обязан не позднее трёх рабочих дней со дня фактического  допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть  вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). 

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства,  регулирующего труд работников, работающих у работодателей-физических лиц  и у работодателей-субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к  микропредприятиям» указано, что к характерным признакам трудовых  отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской  Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном  выполнении работником определённой, заранее обусловленной трудовой  функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение  работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового 


распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий  труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий  пункта 17 названного постановления Пленума). 

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и  стабильный характер этих отношений, подчинённость и зависимость труда,  выполнение работником работы только по определённой специальности,  квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику,  установленных законами, иными нормативными правовыми актами,  регулирующими трудовые отношения (абзац четвёртый пункта 17 названного  постановления Пленума). 

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в  частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями  работодателя; интегрированность работника в организационную структуру  работодателя; признание работодателем таких прав работника, как  еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем  расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы;  осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него  единственным и (или) основным источником доходов; предоставление  инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198  о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией  Международной организацией труда 15 июня 2006 г.) (абзац пятый пункта 17  названного постановления Пленума). 

Судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему  оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной  форме трудового договора), по смыслу части 1 статьи 67 и части 3 статьи 303  Трудового кодекса Российской Федерации, возлагается на работодателя - физическое лицо, являющееся индивидуальным предпринимателем и не  являющееся индивидуальным предпринимателем, и на работодателя - субъекта  малого предпринимательства, который отнесён к микропредприятиям. При  этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной  форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном  порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового  договора - заключённым при наличии в этих отношениях признаков трудового  правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и  статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с  положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации  следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме,  считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по  поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой  заключения трудового договора в таком случае будет являться дата  фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем  или его уполномоченным представителем, фактически допустившим работника  к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьёй 67  Трудового договора Российской Федерации срок, вопреки намерению  работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как 


злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового  договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая  2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд  работников, работающих у работодателей-физических лиц и у  работодателей-субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к  микропредприятиям»). 

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой  договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67  Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если  такой работник приступил к работе и выполняет её с ведома или по поручению  работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его  контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется  и трудовой договор считается заключённым. В связи с этим доказательства  отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющееся индивидуальным предпринимателем и не  являющееся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект  малого предпринимательства, который отнесён к микропредприятиям (пункт 21  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая  2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд  работников, работающих у работодателей-физических лиц и у работодателей- субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к  микропредприятиям»). 

Из приведённых нормативных положений трудового законодательства и  разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их  применению следует, что к характерным признакам трудовых отношений  относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении  работником определённой, заранее обусловленной трудовой функции в  интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника  действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка,  графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда;  выполнение работником трудовой функции за плату. 

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный  характер этих отношений, подчинённость и зависимость труда, выполнение  работником работы только по определённой специальности, квалификации или  должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных  законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые  отношения. 

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в  частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями  работодателя; интегрированность работника в организационную структуру  работодателя; признание работодателем таких прав работника, как  еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем  расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы;  осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него 


единственным и (или) основным источником доходов; предоставление  инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198  о трудовом правоотношении). 

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на  основании трудового договора, который заключается в письменной форме. При  этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с  работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание  приказа (распоряжения) о приёме на работу) нормами Трудового кодекса  Российской Федерации возлагается на работодателя. 

В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим  образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает  возможности признания сложившихся между сторонами отношений  трудовыми, а трудового договора - заключённым при наличии в этих  отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания  статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса  Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67  названного кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в  письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе  с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это  представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет  являться дата фактического допущения работника к работе. 

Цель указанной нормы - устранение неопределённости правового  положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия  трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов  как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том  числе путём признания в судебном порядке факта трудовых отношений между  сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом  неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе,  обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в  установленный статьёй 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок,  вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть  расценено как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение  трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации).  Правом на заключение трудового договора с работником обладает не только  работодатель, но и его уполномоченный на это представитель. 

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56,  части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с  которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к  работе и выполняет её с ведома или по поручению работодателя или его  представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением,  наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор  считается заключённым. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых  отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса,  имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и  60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе 


принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным  законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся  письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи. 

Приведённые нормы трудового законодательства, определяющие понятие  трудовых отношений, их отличительные признаки и особенности, форму  трудового договора и его содержание, механизмы осуществления прав  работника при разрешении споров с работодателем по квалификации  сложившихся отношений в качестве трудовых, судом апелляционной  инстанции применены неправильно, без учёта Рекомендации МОТ о трудовом  правоотношении, правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации. 

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и  установлению с учётом исковых требований Москвитина А.А. и регулирующих  спорные отношения норм материального права являлись следующие  обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между Москвитиным А.А. и  ООО «Оптимастрой» о личном выполнении Москвитиным А.А. работы в  качестве кровельщика; был ли Москвитин А.А. допущен к выполнению  названной работы; выполнял ли Москвитин А.А. эту работу (трудовую  функцию) в интересах, под контролем и управлением работодателя в спорный  период; подчинялся ли Москвитин А.А. действующим у работодателя правилам  внутреннего трудового распорядка или графику сменности работы; было ли  достигнуто между Москвитиным А.А. и ООО «Оптимастрой» соглашение о  размере заработной платы Москвитину А.А., порядке и сроках ее выплаты;  выплачивалась ли Москвитину А.А. заработная плата и за какой период. 

Судом первой инстанции названные обстоятельства, касающиеся характера  отношений, возникших между Москвитиным А.А. и ООО «Оптимастрой» в  период с 13 ноября 2017 г. по 12 февраля 2018 г., установлены, в связи с чем  эти отношения признаны трудовыми. 

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая Москвитину А.А. в  удовлетворении исковых требований об установлении факта трудовых  отношений с ООО «Оптимастрой» в период с 13 ноября 2017 г. по 12 февраля  2018 г., суд апелляционной инстанции, также как и суд первой инстанции,  установил факт допуска истца к работе в качестве кровельщика, однако  вследствие неправильного толкования приведённых норм материального права,  а также неправильного распределения между сторонами спора бремени  доказывания имеющих значение для дела обстоятельств возложил на истца  обязанность доказать, что состоявшееся между ним и ООО «Оптимастрой»  соглашение свидетельствует о заключении именно трудового договора, а также  обязанность доказать существенные условия этого договора (наименование  трудовой функции, режим работы, размер оплаты труда, место исполнения  трудовых обязанностей, срок трудового договора). Суд апелляционной  инстанции не принял во внимание, что при разрешении споров о наличии или  об отсутствии между сторонами трудовых отношений суд должен не только  исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов  (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания, 


приказа о приёме на работу и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в  действительности признаки трудовых отношений и трудового договора,  указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли  фактически осуществлён допуск работника к выполнению трудовой функции. 

Указывая, что Москвитин А.А. в нарушение требований статьи 56  Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представил  доказательств, подтверждающих, что он приступил к выполнению трудовой  функции и выполнял работу с соблюдением режима работы и правил  внутреннего трудового распорядка ООО «Оптимастрой», суд апелляционной  инстанции не учёл, что в силу приведённого правового регулирования, если  работник приступил к работе и выполняет её с ведома и по поручению  работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его  контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется  и трудовой договор считается заключённым, в связи с этим доказательства  отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. Тем самым  суд апелляционной инстанции произвольно применил статью 56 Гражданского  процессуального кодекса Российской Федерации и нарушил требования  процессуального закона, касающиеся доказательств и доказывания в  гражданском процессе, в том числе неправильно распределил между сторонами  спора обязанность по доказыванию юридически значимых обстоятельств по  настоящему делу. 

Признавая неправомерными выводы суда первой инстанции в части  наличия между Москвитиным А.А. и ООО «Оптимастрой» трудовых  отношений, суд апелляционной инстанции при повторном рассмотрении дела  по апелляционной жалобе директора ООО «Оптимастрой» Сейраняна М.М. не  принял во внимание имеющие значение для данного дела обстоятельства,  касающиеся характера сложившихся между Москвитиным А.А. и  ООО «Оптимастрой» отношений и выполнения Москвитиным А.А. трудовой  функции кровельщика. Такие обстоятельства, а именно допуск  Москвитина А.А. директором ООО «Оптимастрой» Сейраняном М.М. к  выполнению работы в качестве кровельщика, которую Москвитин А.А.  выполнял на объектах ООО «Оптимастрой» с ведома, по поручению в  интересах этой организации, были установлены судом первой инстанции, и эти  обстоятельства с соответствующими выводами суда первой инстанции о  наличии между Москвитиным А.А. и ООО «Оптимастрой» в период  с 13 ноября 2017 г. по 12 февраля 2018 г. трудовых отношений не были  опровергнуты ООО «Оптимастрой» при рассмотрении дела судом  апелляционной инстанции. 

Вывод суда апелляционной инстанции о наличии между сторонами  (Москвитиным А.А. и ООО «Оптимастрой») гражданско-правовых отношений  по договору подряда также сделан судом апелляционной инстанции вследствие  неправильного применения норм Гражданского кодекса Российской Федерации  о договоре подряда (глава 37), без установления его содержания и признаков в  сравнении с трудовым договором и трудовыми отношениями. При этом сам 


договор подряда между ООО «Оптимастрой» и Москвитиным А.А. в  материалах дела отсутствует. 

Принимая в качестве доказательств наличия между Москвитиным А.А. и  ООО «Оптимастрой» гражданско-правовых отношений по договору подряда  муниципальный контракт от 27 октября 2017 г., заключённый между  МДОУ «Детский сад станицы Новопокровской» и ООО «Оптимастрой», и  договор подряда от 30 октября 2017 г. № 4, заключённый между  ООО «Оптимастрой» и Ярмаркиным В.А., суд апелляционной инстанции не  учёл, что данные документы правового значения для разрешения вопроса о  наличии между Москвитиным А.А. и ООО «Оптимастрой»  гражданско-правовых отношений по договору подряда не имеют, поскольку  Москвитин А.А. стороной муниципального контракта, равно как и стороной  договора подряда, заключённого с иным лицом (Ярмаркиным В.А.) о  выполнении кровельных работ на ином объекте, не является. 

Кроме того, судом апелляционной инстанции, сделавшим вывод о том, что  между Москвитиным А.А. и ООО «Оптимастрой» в период с 13 ноября 2017 г.  по 12 февраля 2018 г. имели место гражданско-правовые отношения по  договору подряда, оставлено без внимания, что порядок признания отношений,  связанных с использованием личного труда, которые были оформлены  договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями  регулируется статьёй 191 Трудового кодекса Российской Федерации, часть 3  которой содержит положение о том, что неустранимые сомнения при  рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании  гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу  наличия трудовых отношений. 

Однако суд апелляционной инстанции при отсутствии заключённого с  Москвитиным А.А. в установленном законом порядке договора подряда,  установив факт допуска работодателем ООО «Оптимастрой» Москвитина А.А.  к работе в качестве кровельщика и факт выполнения им этой работы, не  применил к спорным отношениям положения части 3 статьи 19 Трудового  кодекса Российской Федерации о том, что неустранимые сомнения при  квалификации отношений в качестве гражданско-правовых или трудовых  должны быть истолкованы в пользу трудовых отношений. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции при рассмотрении дела по  апелляционной жалобе и проверке законности решения суда первой инстанции  в результате неправильного применения норм материального права и  существенного нарушения норм процессуального права пришёл к ошибочному  выводу об отсутствии трудовых отношений между Москвитиным А.А. и  ООО «Оптимастрой». 

Ввиду изложенного у суда апелляционной инстанции не имелось  оснований, установленных статьёй 330 Гражданского процессуального кодекса  Российской Федерации, для отмены решения суда первой инстанции,  разрешившего спор в соответствии с подлежащими применению к спорным  отношениям нормами материального права, и для принятия нового решения об 


отказе в удовлетворении исковых требований Москвитина А.А. о признании  отношений трудовыми. 

В силу изложенного обжалуемое судебное постановление нельзя признать  законным, поскольку оно принято с существенными нарушениями норм  материального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения  невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов  заявителя, что согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса  Российской Федерации является основанием для отмены апелляционного  определения и оставления в силе решения суда первой инстанции,  разрешившего спор в соответствии с требованиями закона и установленными  по делу обстоятельствами 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской  Федерации, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского  процессуального кодекса Российской Федерации, 

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам  Ставропольского краевого суда от 3 октября 2018 г. отменить. 

Оставить в силе решение Кочубеевского районного суда Ставропольского  края от 6 июля 2018 г. 

Председательствующий
Судьи


I