НАЛОГИ И ПРАВО
НАЛОГОВОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО КОММЕНТАРИИ И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ИЗМЕНЕНИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ
Налоговый кодекс
Минфин РФ

ФНС РФ

Кодексы РФ

Подборки

Популярные материалы

Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 16.10.2019 № 49-АПА19-32

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

 № 49-АПА19-32

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ 

город Москва 16 октября 2019 года 

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда  Российской Федерации в составе 

председательствующего Калининой Л.А.,
судей Горчаковой ЕВ. и Николаевой О.В.
при секретаре Луговой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по  административному исковому заявлению Ямилова Радика Халяфовича о  признании недействующим пункта 1620 Перечня объектов недвижимого  имущества, в отношении которых в 2019 году налоговая база определяется  как кадастровая стоимость, утверждённого постановлением Правительства  Республики Башкортостан от 24 декабря 2018 года № 636 (далее - Перечень),  по апелляционной жалобе Правительства Республики Башкортостан на  решение Верховного Суда Республики Башкортостан от 30 апреля 2019 года,  которым административное исковое заявление удовлетворено. 

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации  Горчаковой Е.В., возражения на жалобу представителя административного  истца Шорсткиной Е.А., заключение прокурора Генеральной прокуратуры  Российской Федерации Засеевой Э.С., Судебная коллегия по  административным делам Верховного Суда Российской Федерации 

установила:

пунктом 1620 Перечня, размещённого на официальном Интернет-портале  правовой информации Республики Башкортостан  (Ьйр://\\^\г\у.пра.Ьа8пког1;о81ап.ги) 26 декабря 2018 года, опубликованного в  официальном журнале «Ведомости Государственного Собрания - Курултая,  Главы и Правительства Республики Башкортостан», 12 февраля 2019 года,   № 5 (623), нежилое здание, кадастровый номер 02:55:010515:220,  расположенное по адресу: Республика Башкортостан, г. Уфа, Советский р-н, 


ул. Пархоменко, д. 156, корп. 2 (далее - спорное здание), признано объектом  недвижимого имущества, в отношении которого налоговая база определяется  как кадастровая стоимость в соответствии со статьёй 378.2 Налогового  кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ). 

Ямилов Р.Х., собственник помещений в спорном здании, обратился в  суд с административным исковым заявлением о признании недействующей  приведённой нормы, обосновывая свою позицию тем, что здание не обладает  признаками объекта налогообложения, в отношении которого налоговая база  определяется как его кадастровая стоимость, а его включение в Перечень  противоречит статье 378.2 НК РФ и нарушает законные интересы  административного истца, необоснованно возлагая обязанность по уплате  налога на имущество в завышенном размере. 

Решением Верховного Суда Республики Башкортостан от 30 апреля  2019 года административный иск удовлетворён. 

В апелляционной жалобе Правительство Республики Башкортостан  ставит вопрос об отмене судебного акта и вынесении решения об отказе в  удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на неправильное  применение судом норм материального права. 

Относительно доводов, изложенных в апелляционной жалобе,  участвующим в деле прокурором и административным истцом представлены  возражения о их необоснованности и законности судебного решения. 

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  апелляционной жалобы извещены своевременно и в надлежащей форме, в  судебное заседание Судебной коллегии представитель административного  ответчика не явился. На основании части 1 статьи 307 Кодекса  административного судопроизводства Российской Федерации Судебная  коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и  возражений на них, Судебная коллегия считает решение суда законным. 

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции сделал  правильный вывод о несоответствии оспариваемой нормы федеральному  законодательству, обоснованно констатировав, что признать спорное здание  объектом недвижимости, в отношении которого налоговая база определяется  исходя из его кадастровой стоимости, не позволяет ни вид разрешённого  использования земельного участка, ни техническая документация, ни  фактическое использование здания. 

Позиция суда основана на правильном применении норм  материального права, соответствует материалам дела и фактическим  обстоятельствам. 

Установление общих принципов налогообложения и сборов в  Российской Федерации находится в совместном ведении Российской  Федерации и субъектов Российской Федерации. По предметам совместного  ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются  федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные  нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации (статьи 72 и  76 Конституции Российской Федерации). 


Суд первой инстанции, проанализировав предписания подпункта 33  пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 6 октября 1999 года № 184-ФЗ  «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и  исполнительных органов государственной власти субъектов Российской  Федерации», статьи 14, пункта 2 статьи 372, статьи 378.2 НК РФ, Закона  Республики Башкортостан от 28 ноября 2003 года № 43-з «О налоге на  имущество организаций» (далее - Закон о налоге на имущество организаций),  Закона Республики Башкортостан от 30 октября 2014 года № 141-3 «О  внесении изменений в Закон Республики Башкортостан «О налоге на  имущество организаций», постановления Правительства Республики  Башкортостан от 23 мая 2018 года № 233 «О мерах по организации процесса  определения перечня объектов недвижимого имущества, в отношении  которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, и его  уточнения», сделал верный вывод о принятии оспариваемого нормативного  правового акта уполномоченным органом в пределах компетенции с  соблюдением порядка его опубликования. 

Каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги,  которые должны иметь экономическое основание и не могут быть  произвольными. Налог на имущество физических лиц является местным  налогом, устанавливается и вводится в действие в соответствии с НК РФ и  нормативными правовыми актами представительных органов  муниципальных образований, и обязателен к уплате на территориях этих  муниципальных образований (статья 3, подпункт 2 статьи 15, абзац первый  пункта 1 статьи 399 названного кодекса). 

Согласно статье 400 НК РФ налогоплательщиками налога на  имущество физических лиц признаются физические лица, обладающие  правом собственности на имущество, признаваемое объектом  налогообложения в соответствии со статьёй 401 названного кодекса,  подпунктом 6 пункта 1 которой предусмотрены иные здание, строение,  сооружение, помещение. 

Пунктом 3 статьи 402 НК РФ установлено, что налоговая база в  отношении объектов налогообложения, включённых в перечень,  определяемый в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 поименованного  кодекса, определяется исходя из их кадастровой стоимости. 

На территории Республики Башкортостан в соответствии со статьёй 1  Закона Республики Башкортостан от 30 октября 2014 года № 141-3 «О  внесении изменений в Закон Республики Башкортостан «О налоге на  имущество организаций», статьями 1 и 2 Закона Республики Башкортостан  от 30 октября 2014 года № 142-3 «Об установлении единой даты начала  применения на территории Республики Башкортостан порядка определения  налоговой базы по налогу на имущество физических лиц исходя из  кадастровой стоимости объектов налогообложения» с 1 января 2015 года  введён налог на имущество организаций и физических лиц, исходя из  кадастровой стоимости недвижимого имущества. 


В силу положений пункта 3 статьи 378.2 НК РФ административно- деловым центром признаётся отдельно стоящее нежилое здание, которое  отвечает хотя бы одному из следующих условий: 

- расположено на земельном участке, один из видов разрешённого  использования которого предусматривает размещение офисных зданий  делового, административного и коммерческого назначения (подпункт 1); 

назначение, разрешённое использование или наименование  помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого  здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями,  содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или  документами технического учёта (инвентаризации) таких объектов  недвижимости предусматривает размещение офисов и сопутствующей  офисной инфраструктуры (включая централизованные приёмные помещения,  комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки) (абзац  второй подпункта 2); 

- фактически используется для размещения таких объектов не менее 20  процентов общей площади здания (абзац третий подпункта 2). 

Аналогичные нормы содержатся в пункте 4 статьи 378.2 НК РФ,  определяющем критерии признания отдельно стоящего нежилого здания  торговым центром (комплексом), отличительной чертой которого является  нахождение на земельном участке, один из видов разрешённого  использования которого предусматривает размещение торговых объектов,  объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания,  наличие в здании помещений, назначение, разрешённое использование или  наименование которых общей площадью не менее 20 процентов общей  площади этого здания (строения, сооружения) предусматривают размещение  перечисленных выше объектов либо фактически используется для  размещения таких объектов не менее 20 процентов общей площади здания, а  также в пункте 4.1 этой статьи в отношении названных объектов  недвижимости, которые признаются одновременно как административно- деловой центр, так и торговый центр (комплекс), если такое здание  (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически  используется одновременно как в целях делового, административного или  коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов,  объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания. 

Пунктами 1 и 3 части 1 статьи 2.1 Закона о налоге на имущество  организаций к отдельным объектам недвижимого имущества, по которым  налоговая база определяется как кадастровая стоимость имущества,  относятся: 

административно-деловые центры и торговые центры (комплексы)  общей площадью свыше 1000 кв.м и помещения в них (кроме помещений,  находящихся в оперативном управлении органов государственной власти и  органов местного самоуправления, автономных, бюджетных и казённых  учреждений), если соответствующие здания (строения, сооружения), за  исключением многоквартирных домов, расположены на земельных участках,  один из видов разрешённого использования которых предусматривает 


размещение офисных зданий делового, административного (кроме зданий  (строений, сооружений), расположенных на земельных участках, вид  разрешённого использования которых предусматривает размещение  промышленных или производственных объектов) и коммерческого  назначения, торговых объектов, объектов общественного питания и (или)  бытового обслуживания, или если соответствующие здания (строения,  сооружения) предназначены для использования в целях делового,  административного или коммерческого назначения, а также в целях  размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или)  бытового обслуживания; 

отдельно стоящие нежилые здания (строения, сооружения) общей  площадью свыше 2000 кв. м и помещения в них, фактически используемые в  целях делового, административного или коммерческого назначения, а также  в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и  (или) объектов бытового обслуживания. 

Из приведённых предписаний федерального и регионального  законодательства следует, что в Перечень подлежит включению такое  нежилое отдельно стоящее здание, которое отвечает одному из критериев,  установленным названными выше правовыми нормами. 

Между тем, как правильно указал суд первой инстанции, спорное  здание ни одному из перечисленных выше условий не соответствует. 

Суд первой инстанции, установив расположение спорного здания,  состоящего из двух нежилых помещений с кадастровыми номерами  02:55:010515:411 и 02:55:010515:412 общей площадью 1220,6 кв. м, на  земельном участке с видом разрешённого использования «занимаемый  складским комплексом», сделал верное заключение, что такой вид не  предусматривает размещение объектов, перечисленных в статье 378.2 НК  РФ, аргументированно изложил свою позицию, ссылаясь на пункт 2 статьи 7  Земельного кодекса Российской Федерации, правильно указал, что по  смыслу пунктов 3 и 4 статьи 378.2 НК РФ виды разрешённого использования  земельных участков, которые предусматривают размещение перечисленных  в названной статье объектов, должны соответствовать видам разрешённого  использования земельных участков в значении, придаваемом  Классификатором видов разрешённого использования земельных участков,  утверждённым приказом Министерства экономического развития  Российской Федерации от 1 сентября 2014 года № 540. 

Правомерно суд первой инстанции не усмотрел оснований для  признания спорного здания объектом налогообложения, налоговая база  которого исчисляется из его кадастровой стоимости, и на основании  сведений, содержащихся в технической документации. 

В материалах дела отсутствуют технический паспорт на спорное  здание и на нежилое помещение с кадастровым номером 02:55:010515:412,  площадью 334, 6 кв. м, представлен технический паспорт на нежилое  помещение с кадастровым номером 02:55:010515:411, площадью 886 кв.  метров, составленный по состоянию на 19 ноября 2009 года. 


Согласно экспликации к указанному документу названное нежилое  помещение имеет комнаты, расположенные в подвале (б\н), на 1-ом и 2-ом  этажах здания, включает строения, обозначенные на плане литером Ц  (наименование: административное), литером Ц1 (наименование: нежилое  помещение), а также комнаты поименованные следующим образом: по 1  этажу литера «Ц»: «тамбур», «бойлерная», «демонстрационный зал»,  «кладовая», «охрана», «вестибюль», «коридор», «кабинет», «туалет»,  «санузел», «лестничная клетка»; по 2 этажу литера «Ц»: «кабинет»,  «серверная», «лестничная клетка», «коридор», «санузел»; по подвалу литер  Ц1: «склад», «лестничная клетка»; по этажу 1 литера Ц1: «санузел»,  «коридор», «обеденный зал» (площадью 71,8 кв. метров), «моечная»,  «кухня» (площадью 28,3 кв. метров), «душевая», «лестничная клетка»; по  этажу 2 литер Ц1: «кабинет», «коридор». 

Вместе с тем, как верно констатировал суд первой инстанции,  наименование помещения «кабинет» нельзя расценить как  предусматривающее размещение офиса для целей статьи 378.2 НК РФ,  поскольку термин «кабинет» не является тождественным термину «офис». 

Площадь помещений, наименование которых предусматривает  размещение объектов общественного питания, составляет менее 20  процентов об общей площади здания (71,8+28,3= 100,1 кв.метра, 20% от  1220, 6 кв. метров = 244,12 кв.м). 

Из содержащихся в данной технической документации сведений не  следует, что в указанном здании имеются помещения, прямо  предназначенные для осуществления торговой деятельности либо  деятельности, связанной с оказанием бытовых услуг населению. 

Согласно акту обследования фактического использования спорного  здания, составленного по состоянию на 24 января 2018 года комиссией,  утвержденной приказом Министерства земельных и имущественных  отношений Республики Башкортостан, оно не соответствует критериям,  указанным в статье 378.2 НК РФ

В силу прямого предписания, содержащегося в части 9 статьи 213  Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации,  административный ответчик обязан доказать законность включения спорного  здания в перечень объектов недвижимого имущества, в отношении которых  налоговая база определяется как их кадастровая стоимость. 

Правительством Республики Башкортостан относимых и допустимых  доказательств, с достоверностью подтверждающих соответствие спорного  здания условиям, установленным НК РФ и необходимым для включения его  в Перечень, не представлено, не содержится их и в апелляционной жалобе. 

При таком положении суд первой инстанции правильно установил  несоответствие пункта 1620 Перечня имеющим большую силу  нормативным правовым актам. 

Доводы жалобы о том, что спорное здание включено в Перечень  исходя из его наименования, указанного в сведениях Единого  государственного реестра недвижимости «административное», являются  несостоятельными, поскольку статья 378.2 НК РФ не предусматривает 


наименование здания как условие его признания административно-деловым  центром, устанавливая в пункте 3 иные критерии. 

Утверждение в жалобе о фактическом использовании спорного здания  в целях делового, административного и коммерческого назначения в связи с  тем, что оно передано в аренду АО «Химреактивснаб» для размещения  административно-складской базы, правового значения для разрешения  заявленных требований в порядке абстрактного нормоконтроля не имеет, так  как, во-первых, согласно пункту 3 части 1 статьи 2.1 Закона о налоге на  имущество организаций отдельно стоящие нежилые здания (строения,  сооружения) и помещения в них подлежат включению в Перечень по  фактическому использованию только в том случае, если их площадь свыше  2 000 кв.м, однако спорное здание такому критерию не соответствует,  во-вторых, надлежащим доказательством фактического использования  объекта недвижимости в целях, предусмотренных статьёй 378.2 НК РФ,  является акт, составленный в соответствии с порядком определения вида  фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений,  устанавливаемым с учётом положений пунктов 3, 4, 5 названной статьи  высшим исполнительным органом государственной власти субъекта  Российской Федерации. 

Иные доводы апелляционной жалобы, как основанные на  неправильном толковании норм материального права, регулирующих  отношения в сфере налогообложения имущества физических лиц,  несостоятельны и выводов суда первой инстанции не опровергают. 

При разрешении дела судом верно определены юридически значимые  обстоятельства, нарушений норм материального и процессуального права,  которые привели к неправильному разрешению дела, не допущено,  обстоятельства, влекущие безусловную отмену решения суда первой  инстанции, по административному делу не установлены. 

Ввиду изложенного, Судебная коллегия по административным делам  Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 309, 311  Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, 

определила:

решение Верховного Суда Республики Башкортостан от 30 апреля 2019 года  оставить без изменения, апелляционную жалобу Правительства Республики  Башкортостан - без удовлетворения. 

Председательствующий