НАЛОГИ И ПРАВО
НАЛОГОВОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО КОММЕНТАРИИ И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ИЗМЕНЕНИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ
Налоговый кодекс
Минфин РФ

ФНС РФ

Кодексы РФ

Подборки

Популярные материалы

Апелляционное определение Тульского областного суда (Тульская область) от 09.11.2017 № 33-3447/17

Дело № 33-3447/2017 судья Курченко И.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

9 ноября 2017 года город Тула

Судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда в составе:

председательствующего Дмитренко М.Н.,

судей Колотовкиной Л.И., Крыловой Э.Ю.,

с участием прокурора Лазукиной О.Г.,

при секретаре Мироновой О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе Романовой Е.Р. и апелляционному представлению прокурора Пролетарского района г.Тулы на решение Пролетарского районного суда г.Тулы от 12 июля 2017 года по гражданскому делу по иску Романовой Е.Р. к АО «Полема» о признании приказов недействительными, аннулировании записи в трудовой книжке, изменении формулировки увольнения, взыскании денежной компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Дмитренко М.Н., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Романова Е.Р. обратилась в суд с иском к АО «Полема» о восстановлении на работе в должности начальника отдела экспорта, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указала, что с 13.10.2014 работала в АО «Полема» в должности менеджера отдела экспорта, а с 01.12.2014 - в должности начальника отдела экспорта. Приказом работодателя от 30.03.2017 была уволена с работы за нарушение внутреннего трудового распорядка, выразившегося в отсутствии работника на рабочем месте без уважительных причин.

Выражая несогласие с увольнением, указывает, что отсутствовала на рабочем месте по уважительной причине - ввиду болезни ребенка, что подтверждается медицинской справкой и было отражено в ее (истца) объяснительной, но проигнорировано работодателем.

В ходе производства по делу Романова Е.Р. уточнила свои исковые требования, окончательно просила: признать недействительными приказы АО «Полема» о прекращении с ней трудового договора от <данные изъяты> вынесении дисциплинарного взыскания в виде увольнения; аннулировать запись в трудовой книжке об увольнении; изменить формулировку увольнения на «увольнение по собственному желанию по основаниям п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ с 30.03.2017»; взыскать в ее пользу заработную плату за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда.

Истец Романова Е.Р. в судебном заседании суда первой инстанции свои исковые требования поддержала, пояснила, что работодатель понуждал ее к увольнению, фактически ее неявка 27.03.2017 на работу была инициирована работодателем и подстроена, так как ей было сообщено о наличии отгула, поскольку один день своего отпуска она находилась на больничном. Данным отгулом она решила воспользоваться именно 27.03.2017, в этот день была на приеме у врача в связи с болезнью ребенка. Считает, что отсутствовала на работе по уважительной причине.

Представители истца в порядке ч.6 ст.53 ГПК РФ Пищальников А.С. и Трухин Д.И. исковые требования своей доверительницы поддержали, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика АО «Полема» по доверенности Орлова Е.В. исковые требования не признала, полагая их необоснованными.

Третье лицо - Государственная инспекция труда Тульской области, надлежаще извещенная о времени и месте судебного заседания, просила рассмотреть дело в отсутствие своего представителя. На основании ст.167 ГПК РФ суд счел это возможным.

Решением Пролетарского районного суда г.Тулы от 12.07.2017 Романовой Е.Р. в иске отказано.

В апелляционной жалобе Романова Е.Р. и в апелляционном представлении прокурор Пролетарского района г.Тулы просят решение суда отменить, как незаконное и необоснованное.

В письменных возражениях АО «Полема» указывает на необоснованность доводов апелляционных жалобы и представления, просит оставить решение суда без изменения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления, возражений на них, выслушав Романову Е.Р., ее представителя в порядке ч.6 ст.53 ГПК РФ Трухина Д.И., прокурора Лазукину О.Г., поддержавших доводы апелляционных жалобы и представления, возражения представителей АО «Полема» по доверенностям Орловой Е.В. и Ловчей О.В., судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, с 13.10.2014 Романова Е.Р. работала в АО (ранее - ОАО) «Полема» в должности менеджера отдела экспорта, а с 01.12.2014 - в должности начальника отдела экспорта.

Приказом АО «Полема» от 30.03.2017 №213-к за нарушение правил внутреннего трудового распорядка, выразившееся в отсутствии работника на рабочем месте без уважительной причины (прогул), Романовой Е.Р. вынесено дисциплинарное взыскание в виде увольнения.

Приказом от 30.03.2017 №129-Л/С Романова Е.Р. была уволена с должности начальника отдела экспорта по инициативе работодателя в связи с прогулом (п.п.а п.6 ч.1 ст.81 ТК РФ).

Вышеуказанный приказ об увольнении вынесен работодателем на основании: приказа о дисциплинарном взыскании от 30.03.2017 №213; докладной записки коммерческого директора Лапынина А.А. о прогуле; служебной записки последнего от 29.03.2017, в которой тот просил применить к Романовой Е.Р. дисциплинарное взыскание в виде увольнения; акта от 27.03.2017 №1 об отсутствии Романовой Е.Р. на рабочем месте с 8.00 час. до 17.00 час. 27.03.2017; объяснительной записки Романовой Е.Р. о том, что она отсутствовала на рабочем месте 27.03.2017 в связи с нахождением в поликлинике со своим несовершеннолетним ребенком по причине его плохого самочувствия.

Сведения об увольнении Романовой Е.Р. по инициативе работодателя в связи с прогулом внесены в ее трудовую книжку, окончательный расчет произведен.

Разрешая спорные правоотношения, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что порядок привлечения Романовой Е.Р. к дисциплинарной ответственности и ее увольнения в связи с прогулом АО «Полема» соблюден, нарушений требований закона последним не допущено, отсутствие истца на рабочем месте по уважительной причине не доказано. По изложенным основаниям суд отказал в удовлетворении исковых требований Романовой Е.Р., признав законным ее увольнение по инициативе работодателя в связи с прогулом.

С указанным выводом суда судебная коллегия согласиться не может по следующим основаниям.

В соответствии с подпунктом "а" пункта 6 статьи 81 ТК Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Как следует из материалов дела, факт отсутствия на рабочем месте истца Романовой Е.Р. 27 марта 2017 г. не оспаривается сторонами. Таким образом, согласно указанной правовой норме подлежит проверке и оценке уважительность либо нет причин отсутствия работника на рабочем месте.

Согласно ст.192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Таким образом, применительно к указанным материальным нормам, решение о применении дисциплинарного взыскания к работнику принимается работодателем по совокупности установленных обстоятельств совершения прогула.

Согласно объяснительной записки Романовой Е.Р. (л.д.28 т.1) 27.03.2017 г. она отсутствовала на рабочем месте в связи с тем, что находилась в поликлинике с несовершеннолетним ребенком по причине его плохого самочувствия.

Из представленных копий свидетельств о рождении (л.д.26,27) следует, что Романова Е.Р. имеет двоих несовершеннолетних детей Холостову <данные изъяты><данные изъяты>.

В подтверждении доводов своего объяснения Романова Е.Р. представила работодателю справку из поликлиники о том, что 27.03.2017 г. ее дочь Трухина Алена находилась на приеме у врача с мамой (л.д.32 т.1)

Из докладной записки Лапынина А.А., непосредственного руководителя Романовой Е.Р. следует, что Романова Е.Р. совершила прогул 27.03.2017 г. без уважительных причин. В докладной также указано, что, ранее мер дисциплинарного воздействия к ней не применялось.

В служебной записке от 29.03.2017 г. на имя управляющего директора АО «Полема» Мартынова Д.А. (л.д.29 т.1) Лапынин А.А. просит применить к Романовой Е.В. дисциплинарное взыскание в виде увольнения и данная служебная записка завизирована Мартыновым Д.А.- «уволить».

Как следует из пояснений представителей ответчика, а также материалов дела при наличии указанных обстоятельств, без проведения каких-либо проверок об уважительности причин невыхода на работу Романовой Е.Р. 27.03.2017 г., не принимая во внимание отсутствие у работника ранее дисциплинарных взысканий, наличие на иждивении двоих несовершеннолетних детей, без учета тяжести совершенного проступка и обстоятельств, при которых он был совершен, работодатель увольняет 30.03.2017 г. Романову Е.Р. за прогул.

В то же время, из материалов дела следует, что проверка представленного истцом оправдательного документа проведена ответчиком, но уже после увольнения Романовой Е.Р.

Так, в заявлении АО «Полема» в о/п «Криволученский» УМВД России по г.Туле от 03.04. 2017 г. просит проверить обоснованность выдачи ГУЗ ГБ №2 имени Е.Г.Лазарева справки Романовой Е.Р., которая представила ее в виде оправдательного документа причины отсутствия на рабочем месте (материалы отказного материала №1952/287 УМВД России по г.Туле ОП «Криволученский»).

Допрошенная в качестве свидетеля заместитель главного врача по детству Корягина Т.Н. пояснила суду, что в марте у нее на лечении находился ребенок Романовой, у которого на фоне обострения образовался аденоит, спустя 15 дней от начала лечения, в пятницу ее состояние улучшилось, мама сказала, что больничный ей не нужен, поскольку у нее имеется отгул. В понедельник Романова приходила на прием, о котором договорились в пятницу. Об очередной явке имеются записи в амбулаторной карте.

Аналогичные пояснения Корягина Т.Н. давала 07.04.2017 г. в ходе проверки заявления АО «Полема» в ОП «Криволученский», поясняя также, что у Романовой Е.Р. был открыт больничный по уходу за ребенком Трухиной А. за период с 10.07.2017 г. по 24.03.2017 г. включительно, у ребенка имелись остаточные явления заболевания, но Романова Е.Р. пояснила, что продлять больничный нет необходимости, поскольку на 27.03.2017 г. у нее имеется отгул. 27.03.2017 г. она была на приеме с ребенком, о чем ей позднее, по ее просьбе была выдана соответствующая справка.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела из материалов проверки №1952/287-2017 по факту обращения АО «Полема» в отношении отсутствия Романовой Е.Р. на рабочем месте также следует, что по факту заболевания несовершеннолетней Трухиной А.Д. был оформлен больничный лист на период с 10.03.2017 г. по 24.03.2017 г. включительно на ее мать Романову Е.Р. В виду того, что у ребенка наблюдались остаточные явления заболевания, Романовой Е.Р. была назначена явка на 27.03.2017 г., в назначенный день она явилась на прием. Позднее Романова Е.Р. обращалась в лечебное учреждение за справкой для предоставления ее на работу.

Согласно справке МБОУ ЦО №7 Трухина Алена не посещала детский сад с 10.03.2017 г. по 03.04.2017 г. (л.д.161 т.1).

Таким образом, материалами дела подтверждается объяснение Романовой Е.Р. о причине невыхода ее на работу 27.03.2017 г.

Данные обстоятельства, как указывалось выше, работодателем до принятия решения об увольнении Романовой Е.Р. не проверялись, также как и то обстоятельство: имелось ли у нее право на перенос или продление отпуска на один день, который она использовала 27.03.2017 г. для визита с ребенком к врачу.

Как поясняла Романова Е.Р. в суде первой и апелляционной инстанций, она не оформляла больничный лист по уходу за ребенком на 27.03.2017 г., поскольку знала, что в этот день у нее имеется отгул, о котором она была поставлена в известность сотрудником кадровой службы предприятия.

Хотя понятие "отгул" в Трудовом кодексе отсутствует, законодательство предусматривает случаи, когда работодатель должен предоставить сотруднику дополнительный день отдыха, который принято называть отгулом. В рассматриваемом споре как истец так и ответчик не подразумевают право на дополнительный день отдыха, а называют отгулом право на продление или перенос отпуска в связи с временной нетрудоспособностью работника.

Согласно ст.124 Трудового кодекса РФ ежегодный оплачиваемый отпуск должен быть продлен или перенесен на другой срок, определяемый работодателем с учетом пожеланий работника, в случае: временной нетрудоспособности работника.

Из материалов дела усматривается, что приказом АО «Полема» Романовой Е.Р. был предоставлен отпуск за рабочий период с 13.10.2016 по 12.10.2017 продолжительностью 9 календарных дней, с 20.02.2017 по 01.03.2017.

01.03.2017 в связи с заболеванием Романовой Е.Р. был открыт больничный лист, который закрыт 09.03.2017, приступить к работе она должна была 10.03.2017.

Однако, 10.03.2017 Романовой Е.Р. был открыт больничный лист в связи с заболеванием ребенка - Трухиной А.Д., 21.02.2013 года рождения. Данный больничный лист был закрыт 24.03.2017. В больничном листе имеется отметка врача «приступить к работе 25.03.2017».

Поскольку 25.03.2017 приходилось на субботу, первый рабочий день Романовой Е.Р. был 27.03.017.

Как следует из табеля учета рабочего времени за март 2017 г. (л.д.100 т.1) 10.03.2017 г. проставлен Романовой Е.Р. как день отпуска., 25.03.2017 г.-выходной, 27.03.2017 г.-прогул.

Из пояснений свидетеля Гуреевой Н.А., специалиста по кадрам АО «Полема», следует, что работодателю было известно о болезни Романовой Е.Р. во время отпуска. В период нахождения Романовой Е.Р. в отпуске она звонила ей, выясняя вопрос по больничному листу, в том числе она сообщила Романовой Е.Р., что у последней имеется один день отгула, поскольку больничный имел место во время отпуска. Также данный свидетель пояснила, что день отгула предоставляется в первый рабочий день. Полагала, что Романова Е.Р. 27.03.2017 г. совершила прогул, поскольку самостоятельно неверно рассчитала период. (л.д.182-185 т.1)

Свидетель Зайчикова О.Ю., являющаяся руководителем отдела по управлению персоналом АО «Полема» подтвердила суду, что в случае продления отпуска ввиду заболевания сотрудника приказ не издается, а сам отпуск автоматически продлевается (л.д.91 т.3).

В возражениях на апелляционное представление АО «Полема» также указывает, что согласно Правил внутреннего трудового распорядка АО «Полема» работник обязан сообщать о всяком отсутствии на рабочем месте в отдел управления персоналом. При оформлении листка временной нетрудоспособности во время нахождения работника в очередном отпуске, работник должен обязательно предупредить табельщика (лично, по телефону, через посредника) о том, что отпуск продляется из-за болезни. В данном случае продление отпуска происходит автоматически, оформление приказа не требуется, так как не требуется от работника какого-либо заявления. (л.д.209-210 т.3)

Как следует из материалов дела, пояснений свидетелей, Романова Е.Р. поставила в известность работодателя о временной нетрудоспособности в отпуске и получила подтверждение о продлении отпуска на один день.

Из пояснений Романовой Е.Р. суду первой инстанции 30.06.2017 г. (л.д.55 т.2) следует, что сотрудник кадровой службы АО «Полема» Гуреева Н.А. не говорила ей, что отгул за больничный имеется именно 27.03.2017 г., она сказала, что «как закроешь больничный, можешь не выходить, у тебя будет выходной».

Фактически данные обстоятельства ответчиком не опровергаются, им оспаривается то обстоятельство, что Романова Е.Р. согласовала продление отпуска на 27.03.2017г.

Из пояснений ответчика следует, что Романовой Е.Р., автоматически продлен отпуск в связи с временной нетрудоспособностью на 10.03.2017 г., поскольку открытие в этот день больничного листа по уходу за ребенком не пролонгирует действие отгула на иной день.

С указанными доводами ответчика АО «Полема» и выводами суда первой инстанции в этой части о правомерности продления отпуска автоматически без согласования с работником, согласиться нельзя, поскольку они противоречат положениям ст.124 Трудового кодекса РФ и фактическим обстоятельствам дела.

Так, из указанной нормы права, следует, что продление или перенос отпуска допускается с учетом пожеланий работника. В материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих согласование АО «Полема» и Романовой Е.Р. о продлении отпуска на 10.03.2017 г., который не является для Романовой Е.Р. первым рабочим днем? поскольку в этот день у нее открыт больничный.

То обстоятельство, что он открыт по уходу за ребенком также не переводит его в категорию рабочего дня, в связи с чем с позицией ответчика о том, что первым рабочим днем для Романовой Е.Р. было 10.03.2017 г. согласиться нельзя, она не основана на какой либо норме права и опровергается действиями самого же ответчика, который оставшиеся дни больничного по уходу за ребенком проставил как больничные, а не рабочие. Таким образом, автоматически оставшийся день отпуска Романовой Е.Р. не мог быть продлен автоматически на 10.03.2017 г. без согласия работника.

Проверяя обстоятельства продления отпуска на 10.03.2017 г., суд первой инстанции нормы ст.124 Трудового кодекса РФ не учел, согласившись с позицией ответчика, указав при этом, что в данный день является для истца отгулом, который не может быть использован в иной день. Данный вывод суда не отвечает нормам трудового законодательства, поскольку как указывалось выше, право истца на продление или перенос отпуска не является отгулом, то есть дополнительным днем отдыха, который предоставляется по трудовому законодательству в иных случаях, в установленном порядке.

Больничный лист по уходу за ребенком был закрыт Романовой Е.Р. 24.03.2017 г., на работу она должна выйти 25.03.2017 г., но данный день являлся официальным выходным, на который автоматически отпуск также не мог быть продлен ответчиком без согласия работника, поэтому первый рабочий день был понедельник 27.03.2017 г., в который она не вышла на работу, считая, что на этот день продляется ее отпуск, использовав его для визита с ребенком к врачу.

С учетом сложившийся на АО «Полема» практики продления отпусков, совпадающих с больничными, а именно: работники не пишут об этом заявления и отпуск продляется работодателем автоматически без издания приказа, (о чем ответчик письменно изложил в своих возражениях), невыход Романовой Е.Р. на работу 27.03.2017 г. нельзя признать прогулом в том смысле, который имел ввиду законодатель: отсутствие на рабочем месте без уважительных причин.

О наличии у Романовой Е.Р. одного дня, на который продляется ее отпуск, ей было известно от сотрудника кадровой службы, в связи с чем она не стала продлять больничный лист по уходу за ребенком на 27.03.2017 г., о чем она сообщала и лечащему врачу, подтвердившему данное обстоятельство в судебном заседании.

Оценивая пояснения истца Романовой Е.Р. о том, что продление отпуска на один день было согласовано с работодателем через сотрудника кадровой службы, судебная коллегия принимает во внимание следующие обстоятельства.

Как указывалось выше, свидетель Корягина Н.Н. подтвердила то обстоятельство, что Романова Е.Р. отказалась от продления больничного ввиду имеющегося у нее отгула на 27.03.2017 г.

В материалах дела имеются доказательства, подтверждающие наличие конфликтной ситуации между истцом и ее непосредственным руководителем Лапыниным А.А., который, по мнению истца, «выживает ее с предприятия». Так, о данных обстоятельствах Романовой Е.Р. указывалось: в обращении с заявлением в государственную инспекцию по труду (л.д.76-78 т.2), в объяснительной (л.д.19 т.2), в обращении Романовой Е.Р. к Уполномоченному по правам человека в Тульской области (л.д.87-90, 170-174 т.2), в служебной записке управляющему директору АО «Полема» (л.д.97-98 т.2). Вышеизложенные обстоятельства не позволяли Романовой Е.Р. сознательно обострять конфликт, нарушая трудовую дисциплину и ухудшая тем самым свое положение возможным применением дисциплинарного взыскания.

Ответчик, не оспаривая право Ромиановой Е.Р. на продление отпуска в связи с болезнью, не представил доказательств, подтверждающих, что Романова Е.Р. была поставлена в известность о продлении ей отпуска на 10.03.2017 г., что исключало бы его продление на 27.03.2017 г.

Так, из пояснений свидетеля Гуреевой Н.А. от 07.07.2017 г. (л.д.154 т.3) следует, что она не помнит сообщала ли она Романовой Е.Р. о переносе отпуска на 10.03.2017 г. Также пояснила, что разрешается поставить продление отпуска, если работник не изъявил желание о его переносе.

Как указывалось выше, в протоколе от 02.06.2017 г. (л.д.185 т.1) Гуреева Н.А. подтвердила, что говорила Романовой Е.Р. о наличии одного дня отгула.

Свидетель Зайчикова О.Ю. пояснила по данному вопросу, что указание в табеле учета рабочего времени 10.03.2017 г. как отгул является технической ошибкой (л.д.96 т.3). Кроме того, Зайчикова О.Ю. пояснила, что отгул предоставляется сразу после больничного, и работник не может его взять, когда захочется. При повторном допросе свидетель Зайчикова О.Ю. изменила свои показания по этому же вопросу, пояснив, что 10.03.2017 г. у Романовой Е.Р. действительно был отгул, поскольку имел место больничный во время отпуска, соответственно произошел «сдвиг отпуска на 10 марта». 10 марта оплатили по отпуску, с 11 марта по больничному (л.д.99 т.3).

Оценивая данные показания свидетелей, судебная коллегия усматривает, что в действиях ответчика имеется, как нарушение ст.124 Трудового кодекса РФ при решении вопроса о продлении или переноса отпуска, поскольку ответчик не считает нужным согласовывать с работником дату переноса или продление отпуска, так и введение в заблуждение работника в отношении предоставления информации относительно конкретной даты, на которую этот день отпуска был перенесен или продлен.

Принимая во внимание пояснения АО «Полема» о том, что продление отпуска в связи с временной нетрудоспособностью не оформляется заявлением работника и соответствующим приказом администрации, а происходит автоматически при уведомлении работником о своей болезни кадровую службу, с выводом суда о нарушении Романовой Е.Р. оформления отгула 27.03.2017 г. согласиться нельзя, поскольку кадровая служба имела информацию о болезни Романовой Е.Р. в период отпуска и подтвердила право на его продление на один день.

Доводы ответчика об автоматическом продлении отпуска на день, в который был открыт больничный лист не основаны на каких-либо правовых нормах. То обстоятельство, что 10.03.2017 г. был оплачен как день отпуска также не свидетельствует о правомерности действий ответчика и о согласовании их с работником.

Произвольное продление ответчиком отпуска на 10.03.2017 г., не извещение об этом работника, явилось следствием увольнения Романовой Е.Р. за прогул при наличии у нее права на продление отпуска ввиду болезни, является нарушением прав истца, установленных ст.124 Трудового кодекса РФ.

Доказательств того, что у ответчика не имелось возможности ввиду производственной необходимости продлить или перенести отпуск Романовой Е.Р. на 27.03.201 г. в материалах дела не имеется.

Согласно п.53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» ( в ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации"в силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен.

С учетом фактических обстоятельств дела, судебная коллегия полагает, что постановленное по делу решение не отвечает изложенным разъяснениям о применении судебной практики при рассмотрении трудовых споров, а также положениям ст.195 ГПК РФ, поскольку судом не были учтены обстоятельства, при которых имел место не выход Романовой Е.Р. на работу 27.03.2017 г., степень ее вины, правомерность действий администрации, тяжесть проступка, предшествующее поведение работника, а также справедливость, соразмерность и гуманизм примененного дисциплинарного взыскания в отношении истца, имеющей на иждивении двоих несовершеннолетних детей.

На основании изложенного решение суда первой инстанции нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене, а исковые требования Романовой Е.Р. удовлетворению на основании ст.394 ТК РФ

Период с 31.03.2017 (день, следующий за днем увольнения) по день вынесения настоящего апелляционного определения - 09.11.2017, является периодом вынужденного прогула Романовой Е.Р.

При определении суммы, подлежащей выплате истцу за время вынужденного прогула, судебная коллегия в соответствии со ст.139 ТК РФ, Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007№ 922, учитывает средний дневной заработок истца за период, предшествующий началу вынужденного прогула- 3 326 руб. 56 коп. (общая сумма начисленной заработной платы/общее число отработанных дней), что подтверждается расчетом ответчика, не оспоренным Романовой Е.Р., проверенным судом и признанным верным.

Согласно производственному календарю на 2017 год, учитывая режим работы Романовой Е.Р.- 5 рабочих дней, 2 выходных, период вынужденного прогула истца составляет 155 рабочих дня (март - 1 рабочий день, апрель - 20, май - 20, июнь - 21, июль -21, август - 23, сентябрь - 21, октябрь - 22, ноябрь - 6).

Таким образом, размер подлежащей взысканию с АО «Полема» в пользу Романовой Е.Р. компенсации за время вынужденного прогула за период с 31.03.2017 по 09.11.2017 включительно составляет <данные изъяты>).

Кроме того, установленные судом обстоятельства нарушения ответчиком трудовых прав истца в соответствии со ст.237 ТК РФ являются основанием для взыскания с последнего в пользу Романовой Е.Р. компенсации морального вреда, возмещаемого работнику в денежной форме.

При решении вопроса о размере компенсации морального вреда судебная коллегия принимает во внимание обстоятельства дела, объем и характер причиненных Романовой Е.Р., имеющей на иждивении двух несовершеннолетних детей, незаконно лишенной работодателем возможности трудиться и получать заработную плату, нравственных страданий, степень вины работодателя, период, в течение которого права истца были нарушенными. На основании изложенного, исходя из принципов разумности и справедливости, судебная коллегия полагает возможным взыскать с АО «Полема» в пользу Романовой Е.Р. компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

На основании ч.1 ст.103 ГПК РФ взысканию с ответчика в бюджет муниципального образования город Тула подлежит государственная пошлина в размере <данные изъяты> коп.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене, с постановлением по делу нового р решения об удовлетворении исковых требований Романовой Е.Р. в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Пролетарского районного суда г.Тулы от 12 июля 2017 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым исковые требования Романовой Е.Р. удовлетворить.

Признать незаконными приказы АО «Полема» от 30 марта 2017 года № 213-к о вынесении Романовой Е.Р. дисциплинарного взыскания в виде увольнения и от 30 марта 2017 года №129-Л/С о прекращении трудового договора с Романовой Е.Р. по инициативе работодателя в связи с прогулом.

Изменить формулировку увольнения Романовой Е.Р. из АО «Полема» на «увольнение по собственному желанию по основаниям п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ с 30 марта 2017 года».

Взыскать с АО «Полема» в пользу Романовой Е.Р. компенсацию за время вынужденного прогула в размере <данные изъяты> и компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты>.

Взыскать с АО «Полема» государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования город Тула в размере <данные изъяты> коп.

Председательствующий