НАЛОГИ И ПРАВО
НАЛОГОВОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО КОММЕНТАРИИ И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ИЗМЕНЕНИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ
Налоговый кодекс
Минфин РФ

ФНС РФ

Кодексы РФ

Подборки

Популярные материалы

Апелляционное определение Новосибирского областного суда (Новосибирская область) от 11.06.2020 № 2-234/20

УИД 54RS0008-01-2019-002472-75

Судья: Зотова Ю.В. Дело № 2-234/2020

Докладчик: Никифорова Е.А. № 33-4358/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Александровой Л.А.,

судей Кузнецовой Н.Е., Никифоровой Е.А.,

при секретаре Громовой О.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске «11» июня 2020 года гражданское дело по апелляционной жалобе Григорьевой Л.В. на решение Первомайского районного суда г.Новосибирска от 05 февраля 2020 года, которым постановлено:

Исковые требования АО «Научно-исследовательский институт электронных приборов» удовлетворить.

Взыскать с Григорьевой Любови Васильевны в пользу АО «Научно-исследовательский институт электронных приборов» денежные средства в размере 178 872 рубля, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 8 175,43 рубля, расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 921 рублей,

на дополнительное решение Первомайского районного суда г.Новосибирска от 03 марта 2020 года по исковому заявлению АО «Научно - исследовательский институт электронных приборов» к Григорьевой Любови Васильевне о взыскании денежных средств, которым постановлено:

Взыскать с Григорьевой Любови Васильевны в пользу АО «Научно - исследовательский институт электронных приборов» проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 10.12.2019 по 03.03.2020 в размере 2 577,42 рублей.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Никифоровой Е.А., объяснения представителя истца АО «НИИЭП» Носаревой Ю.И., ответчика Григорьевой Л.В., ее представителя Синица Т.А., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

АО «НИИЭП» обратилось в суд с иском и просит взыскать с Григорьевой Л.В. в его пользу сумму неосновательного обогащения в размере 178 872 рублей, сумму процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами за период с 23.04.2019 по 09.12.2019 в размере 8 175,43 рублей и до полного погашения задолженности, расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 941 рублей.

В обоснование заявленных требований указывает на то, что между АО «НИИЭП» и Григорьевой Л.В. заключен трудовой договор 27.03.2003, а также дополнительное соглашение от 29.12.2016, по условиям которого работодатель обязался осуществлять в соответствии с жилищной программой компенсацию части фактически уплаченных процентов процентной ставки годовых по ипотечному кредиту, выданному работнику банком для приобретения в собственность жилого помещения, а работник обязался качественно и добросовестно работать у работодателя на условиях, заключенного договора в течение двух лет с момента окончания предоставления компенсации части процентов, если сумма выплаченной компенсации составляет 500 000 рублей и менее.

28.04.2012 Григорьевой Л.В. заключен кредитный договор № 634/5840- 0000473 с Банком ВТБ 24 (ЗАО) на сумму 1 694 137 рублей на приобретение квартиры по адресу: <адрес>), сроком на 242 месяца под 12(11) % годовых. Согласно Протоколам № 9 от 15.11.2016, № 11 от 29.11.2017, № 2 от 30.10.2018 заседаний жилищной комиссии АО «НИИЭП» кандидатура Григорьевой Л.В. утверждена на оказание корпоративной поддержки по компенсации процентов по привлеченным ипотечным кредитам с 01.01.2017, с 01.02.2018, с 01.01.2018 в размере не более 2/3 части процентной ставки по ипотечному кредиту. На основании приказа № 11-к от 11.01.2017 о выплате компенсации процентов по привлеченным ипотечным кредитам ежемесячная денежная компенсация установлена в размере 2/3 от ежемесячной процентной ставки по ипотечным кредитам с 01.01.2017 по 31.12.2017. За 2017 год выплаченная сумма по ипотечному кредиту составила 88 936, 50 рублей, за 2018 год выплаченная сумма компенсации по ипотечному кредиту составила 84 829, 29 рублей. На основании приказа № 37-к от 24.01.2019 о выплате компенсации процентов по ипотечным кредитам ежемесячная денежная компенсация установлена в размере 1/2 от ежемесячной процентной ставки по ипотечным кредитам с 01.01.2019 по 31.12.2019. За 2019 год выплаченная сумма компенсации по ипотечному кредиту составила 5 106,98 рублей. В рамках исполнения жилищной программы ответчику перечислены денежные средства в размере 178 872 рубля. 22.02.2019 по собственному желанию Григорьевой Л.В. трудовой договор расторгнут. В связи с чем, работодателем Григорьевой Л.В. направлено требование о возврате денежных средств в размере 178 872 рублей в десятидневный срок после получения претензии. Однако, до настоящего времени задолженность перед истцом не погашена. Считает, что за пользование чужими денежными средствами ответчиком, подлежат начислению проценты.

Судом постановлены вышеуказанные решение, дополнительное решение с которыми не согласилась Григорьева Л.В., в апелляционной жалобе просит решение и дополнительное решение суда отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает на то, что при вынесении судом решений нарушены нормы материального права. Суд не применил закон, подлежащий применению (ст.ст. 5, 8, 15, 137, 232, 238 Трудового кодекса РФ, ст.ст. 421, 1109 Гражданского кодекса РФ), выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела.

Считает, что суду следовало оценить законность условия дополнительного соглашения от 29.12.2016, устанавливающего обязанность выполнять трудовую функцию в течение определённого времени по окончаний выплаты компенсации процентов по ипотеке, трудовому законодательству, а именно: праву работника уволиться по собственной инициативе (при условии двухнедельной отработки) и пределу материальной ответственности работника перед работодателем (наличие вины работника и счётной ошибки), поскольку именно невыполнение условия об отработке 2 лет до увольнения по собственному желанию послужило основанием для предъявления иска.

Судом в нарушение ст. 198 ГПК РФ не дана оценка доводам о неприменении в силу ст.ст. 8, 232, 238 ТК РФ условия трудового договора об отработке определённого срока после окончания выплаты компенсации.

Суд пришёл к выводу, что между истцом и АО «НИИЭП» в рамках трудовых отношений возникли обязательства гражданско-правового характера, неисполнение которых со стороны ответчик повлекло возникновение у него неосновательного обогащения: «условия трудового договора о выплате работнику суммы в возмещение процентов по кредитному договору на приобретение жилого помещение по своему характеру являются гражданско-правовыми обязательствами... к спорным правоотношениям подлежат применению нормы гражданского кодекса».

Суд не учёл, что гражданско-правовые обязательства возникают у работодателя, а не у работника. Указывает на то, что с ее стороны обязательства гражданско-правового характера возникнуть не могут, так как единственным условием получения компенсации процентов по ипотеке является добросовестное выполнение трудовой функции.

Считает, что правоотношения между сторонами должны квалифицироваться с учётом заключённого между ними трудового договора, а также локального нормативного акта работодателя, определяющего цели предоставления компенсации процентов по ипотеке, порядка её выплаты, взаимные обязательства сторон (п.п. 1.2.1, 1.2.2, 1.2.3, 3.4, 3.12, 3.13, 3.14 Жилищной программы АО «НИИЭП») как трудовые правоотношения.

Однако суд полностью проигнорировал условия Жилищной программы:

- цель (мотивация работника к повышению эффективности и производительности труда, привлечение и удержание квалифицированных специалистов, повышение вовлечённости и лояльности работников и т.д.),

- условия предоставления выплат (работникам АО «НИИЭП» определённого возраста, не имеющим дисциплинарных взысканий, в период их работы на предприятии),

- обязанность работника добросовестно трудиться, свидетельствующие о наличия у нее только трудовых обязанностей.

Вывод суда о наличии у ответчика гражданско-правовых обязанностей по отношению к работодателю, сделан без учёта положений ст.ст. 421 и 1102 ГК РФ.

Сделкой, из которой, по мнению истца, возникло неосновательное обогащение, является трудовой договор от 27.03.2006 в редакции дополнительного соглашения от 29.12.2016, согласно которому она обязана добросовестно трудиться в АО «НИИЭП» в течение определенного времени после окончания предоставления мер корпоративной поддержки в виде выплаты процентов по ипотеке.

Ссылаясь на применение к спорным правоотношения норм гражданского законодательства, истец указывал на смешанный характер договора, однако конкретные виды договоров, составляющих смешанный договор, им не были названы.

Не применив ст. 421 ГК РФ, суд пришёл к выводу о нарушении ответчиком обязательств по договору, правовая природа которого не определена, следовательно, не определены последствия неисполнения обязательств, в том числе возможность одностороннего отказа от их исполнения.

Отмечает, что в силу прямого указания п. 1.9 Жилищной программы заключённый между сторонами договор не был договором займа (когда сторона вправе потребовать возврата денежных средств) либо иным гражданско-правовым договором, направленным на приобретение (строительство) жилья. Договор также не является договором ссуды, поскольку его характер не безвозмездный, либо договором возмездного оказания услуг, поскольку обязанностью работника является выполнение трудовой функции (ст.ст. 15,19.1, 56 Трудового кодекса РФ).

Вывод суда о наличии у ответчика в отношении АО «НИИЭП» гражданско-правовых обязательств не обоснован, в связи с чем, судом не верно применен п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».

Суд, руководствуясь ст.ст. 129 и 164 Трудового кодекса РФ, признал несостоятельными доводы о том, что выплачиваемая работодателем компенсация процентов по ипотеке является компенсационной выплатой. Ответчик не заявлял о компенсационном характере данной выплаты.

Считает, что исходя из условий Жилищной программы, выплата носит стимулирующий характер (мотивация работника к добросовестному труду), что подтверждается:

расчётными листками по заработной плате, где выплата указана в графе «Начисления», а не в графе «Доходы в натуральной форме» (п. 1 части второй ст. 211 Налогового кодекса РФ, п. 3 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением главы 23 Налогового кодекса Российской Федерации, утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 21.10.2015),

включением расходов на жилищные субсидии в состав расходов на оплату труда (п. 3.21 Жилищной программы).

Таким образом, компенсационная выплата процентов по ипотеке отвечает признакам стимулирующей выплаты, входящей в состав заработной платы.

Заработная плата, в том числе и стимулирующие выплаты, не может быть взыскана с работника за исключением случаев, установленных ст. 137 Трудового кодекса РФ и ст. 1109 Гражданского кодекса РФ (счётная ошибка и вина работника). В данном споре таких исключительных случаев не было, свои трудовые обязанности выполняла добросовестно в течение всего периода выплаты компенсации процентов по ипотеке с января 2017 года по январь 2019 года.

Обращает внимание суда на то, что накануне увольнения была награждена работодателем «Серебряным знаком НИИЭП» за большой личный вклад в разработку, производство образцов новой техники и в честь 69-й годовщины со дня основания института, тем самым работодатель подтвердил добросовестное выполнение трудовых обязанностей.

Указывает на несогласие суда о том, что «возмещение работодателем за работника затрат по ипотечному кредитованию не относится к выплатам компенсационного и стимулирующего характера, а также не является вознаграждением за труд, а потому могут быть взысканы работодателем при необоснованном отказе работника в их возврате.

Необоснованный отказ в возврате компенсации процентов по ипотеке обусловлен, по утверждению истца, тем, что ответчик не выполнил условие трудового договора, не отработала предусмотренный дополнительным соглашением срок 2 года.

Однако поскольку само условие об обязанности отработать после выплаты компенсации, носящей стимулирующий характер, не применимо в силу ст. 8, 232, 238, 249 ТК РФ, то у работника не возникает обязанность вернуть денежные средства вследствие невыполнения данного условия.

Суд не принял во внимание, что единственный случай, когда работодатель может включить в трудовой договор (соглашение) условие об обязанности работника трудиться по истечении определённого времени установлен ст. 249 ТК РФ, при оплате обучения работника, при этом, если работник не отработал установленного времени после обучения, то он обязан возместить работодателю затраты на его обучение.

Во всех остальных случаях принуждение к труду является нарушением принципа свободы труда (ст. 37 Конституции РФ, ст. 2 ТК РФ).

Добровольное подписание дополнительного соглашения от 29.12.2016, не делает условие об обязанности отработать в течение определённого времени законным (применимым) в силу специального Правила, установленного ст. 8 ТК РФ.

Суд признал правильным установление в локальном акте работодателя (Жилищное программе) и дополнительном соглашений к трудовому договору от 29.12.2016 условия об обязанности работника отработать после получения компенсации в течение определенного времени, в то время как это превышает допустимые пределы ответственности работника перед работодателем, поскольку фактически является принуждением к труду, что запрещено.

При такой позиции суда работодатель может устанавливать обязанность работника отрабатывать в течение любого количества лет. Отмечает, что по условиям Жилищной программы единственным случаем, когда работник освобождается от возврата денежных средств, является его увольнение на пенсию по инвалидности (п.п. 3.13.4, 3.17 Жилищной программы), т.е. даже признание работника полностью непригодным к трудовой деятельности, его смерть и иные обстоятельства не освобождают работника от возврата полученных средств. При этом возврат работниками полученной компенсаций за аренду жилья в случае их увольнения Жилищной программой не предусмотрен, что свидетельствует о дискриминационном характере условия об отработке только в отношении работников, получающих компенсацию процентов по ипотеке.

Считает, что суд должен был оценить все указанные обстоятельства и с учетом ст.ст. 8, 232, 238 ТК РФ, устанавливающей запрет на применение норм локальных актов, ухудшающих положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством, отказать АО «НИИЭП» в иске, так как условие об обязанности отработать в течение 2 лет до увольнения в период выплаты компенсации процентов по ипотеке превышает предел материальной ответственности работника перед работодателем, поскольку само условие об обязанности отработать указанный срок не применяется, то и последствия его неисполнения в виде возврата денежных средств, а также процентов за пользование чужими денежными средствами не наступают.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель АО «НИИЭП» Мурар Е.А. указывает на необоснованность доводов, приведенных в жалобе, просит решение и дополнительное решение оставить в силе, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы дела с учетом требований ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, судебная коллегия приходит к следующему.

Постановлением Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 N 2 в абзаце 6 пункта 1 разъяснено, что если возник спор по поводу неисполнения либо ненадлежащего исполнения условий трудового договора, носящих гражданско- правовой характер (например, о предоставлении жилого помещения, о выплате работнику суммы на приобретение жилого помещения), то, несмотря на то, что эти условия включены в содержание трудового договора, они по своему характеру являются гражданско-правовыми обязательствами работодателя и, следовательно, подсудность такого спора (районному суду или мировому судье) следует определять исходя из общих правил определения подсудности дел, установленных статьями 23 - 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в период с 27.03.2006 по 22.02.2019 Григорьева Л.В. состояла в трудовых отношениях с АО «НИИЭП», трудовой договор был расторгнут по инициативе работника 22.02.2019, что подтверждается приказом (распоряжением) о приеме работника на работу от 27.03.2006 № 53к (л.д.21), приказом (распоряжением) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 20.02.2019 № 18к (л.д.65), трудовым договором от 27.03.2006 (л.д.135), трудовой книжкой (л.д.136-137).

27.09.2015, а в последствие 06.03.2017 решениями Совета директором АО «НИИЭП» утверждена Жилищная программа, которая определяла виды, нормы, условия и общий порядок отбора участников Программы, предоставления корпоративной поддержки работникам Общества на приобретение и (или) строительство жилья, а также аренду жилья (л.д.108-131).

По условиям пункта 3.1 Жилищной программы, общество могло оказывать работникам корпоративную поддержку на приобретение и (или) строительство жилья, а также на аренду жилья в форме: компенсации субсидирования процентов по привлеченным ипотечным кредитам; компенсации субсидирования арендных платежей за арендуемое работниками общества жилье; организационной, методологической и финансовой поддержки жилищно-строительных кооперативов в соответствии с ФЗ № 161 «О содействии развитию жилищного строительства» от 24.07.2008, оказываемой в соответствии с механизмами, предусмотренными в указанном законе.

В период действия указанной Жилищной программы, ответчик обратилась к работодателю с заявлением о возмещении расходов, связанных с уплатой процентов по ипотечному кредиту, заключенному ею в целях приобретения жилья 28.04.2012 (л.д.24-42).

По условиям кредитного договора от 28.04.2012 № 634/5840-0000473, Григорьевой Л.B. банком ВТБ 24 (ЗАО) предоставлен кредит в размере 1 694 137 рублей сроком на 242 месяца под 12% годовых в течение периода, считая с даты, следующей за датой предоставления кредита, до даты предшествующей дате изменения процентной ставки; и 11% годовых с даты изменения процентной ставки до даты окончательного возврата кредита, на строительство и приобретение прав на оформление в общую совместную собственность квартиры № 75 (строительный) в многоэтажном жилом доме по адресу: <адрес>).

На основании договора № 99-4-75 об участии в долевом строительстве жилья от 24.04.2012 Григорьева Л.B. и Караблин В.Н. приобрели в общую совместную собственность трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Право собственности зарегистрировано 11.10.2013 (л.д.138-146).

Протоколом № 9 заседания жилищной комиссии от 15.11.2016 (л.д.43-44), протоколом № 11 заседания жилищной комиссии от 29.11.2017 (л.д.45-46), протоколом № 2 заседания жилищной комиссии от 30.10.2018 (л.д.47-50) кандидатура Григорьевой JI.B. утверждена на оказание корпоративной поддержки по компенсации процентов по привлеченным ипотечным кредитам с 01.01.2017, с 01.02.2017, с 01.01.2018 в размере не более 2/3 части процентной ставки по ипотечному кредиту.

29.12.2016 между работодателем и работником Григорьевой Л.В. заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно которому работодатель обязался осуществлять в соответствии с Жилищной программой АО «НИИЭП» и на основе конкурсного отбора, компенсацию части фактически уплаченных процентов процентной ставки годовых по ипотечному кредиту, выданному работнику банком для приобретения в собственность жилого помещения, а работник обязался качественно и добросовестно работать у работодателя на условиях, заключенного договора в течение двух лет с момента окончания предоставления компенсации части процентов, если сумма выплаченной компенсации составляет 500 000 рублей и менее (л.д.22-23).

Также условиями дополнительного соглашения стороны предусмотрели, что в случае расторжения трудового договора с работодателем ранее срока, в течение которого работник обязан трудиться в соответствии с настоящим пунктом, то работник обязан возвратить в течение 60 календарных дней полученные компенсации процентов, в следующих объемах: если трудовой договор расторгается в период предоставления компенсации, то в полном объеме.

С условиями дополнительного соглашения от 29.12.2016 Григорьева Л.В. была ознакомлена, ею подписаны, экземпляр данного дополнительного соглашения был ею получен лично.

Аналогичные условия содержатся в пунктах 3.14., 3.16 Жилищной программы АО «НИИЭП» (утв. 17.09.2015), и пунктах 3.14., 3.17 Жилищной программы АО «НИИЭП» (утв.06.03.2017).

Для реализации указанной договоренности, 11.01.2017 работодателем издавался приказ № 11-к (л.д.69), в соответствии с которым приказано возмещать Григорьевой Л.В. ежемесячную денежную компенсацию в размере 2/3 от ежемесячной процентной ставки по привлеченным ипотечным кредитам с 01.01.2017 по 31.12.2017; 19.01.2018 работодателем издавался приказ № 41-к (л.д.70-71), в соответствии с которым приказано возмещать Григорьевой Л.В. ежемесячную денежную компенсацию в размере 2/3 от ежемесячной процентной ставки по привлеченным ипотечным кредитам с 01.01.2018 по 31.12.2018; 24.01.2019 работодателем издавался приказ № 37-к (л.д.72-73), в соответствии с которым приказано возмещать Григорьевой Л.В. ежемесячную денежную компенсацию в размере 1/2 от ежемесячной процентной ставки по привлеченным ипотечным кредитам (но не более 10 000 рублей в месяц) с 01.01.2019 по 31.12.2019.

За 2017 год выплаченная работодателем сумма по ипотечному кредиту Григорьевой Л.В. составила 88 936,50 рублей, за 2018 год выплаченная сумма составила 84 829,29 рублей, за 2019 год выплаченная сумма составила 5 106,98 рублей. Итого, в рамках исполнения Жилищной программы ответчику перечислены денежные средства в размере 178 872,77 рубля, что подтверждается расчетными листками за период с января 2017 года по февраль 2019 года (л.д.51-64), справкой Банка ВТБ 24 (ПАО) и выписками по лицевому счету (л.д.7-20). Факт выплаты и размер выплаченных работодателем сумм ответчиком в судебном заседании не оспаривался.

В связи с тем, что по инициативе Григорьевой Л.В. трудовой договор был прекращен в период предоставления работодателем компенсации и в соответствии с условиями дополнительного соглашения в течение 60 дней данная сумма возвращена работником не была, то 23.09.2019 АО «НИИЭП» обратилось к Григорьевой Л.В. с требованием о возврате в полном объеме суммы выплаченной компенсации части процентов по ипотечному кредиту в размере 178 872, 77 рублей (л.д.66-68). По настоящее время денежные средства Григорьевой Л.В. возвращены не были.

Разрешая спор, удовлетворяя заявленные АО «Научно-исследовательский институт электронных приборов» требования о взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, расходов на оплату государственной пошлины, суд первой инстанции исследовал юридически значимые обстоятельства, дал оценку представленным доказательствам в их совокупности, правильно истолковав и применив к спорным отношениям нормы материального права, обоснованно пришел к выводу о правомерности взыскания данных расходов, поскольку обязанность Григорьевой Л.В. по возврату возмещенных процентов возникла в связи с подписанием 29.12.2016 с работодателем дополнительного соглашения к трудовому договору, определившего период для возмещения процентов в рамках которого ответчик приняла на себя обязанность отработать по окончании возмещения затрат по уплате процентов на предприятии в течение двух лет, либо возвратить проценты в полном объеме в случае увольнения.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции.

Довод апелляционной жалобы Григорьевой Л.В. о том, что отсутствуют правовые основания для взыскания с нее суммы компенсации части процентов по ипотечному кредиту выплаченных ей работодателем, то такие доводы являются необоснованными, поскольку приведены без учета требований действующего законодательства.

29 декабря 2016 года ответчик подписала дополнительное соглашение к трудовому договору, тем самым приняла на себя обязанность отработать в течение двух лет с момента окончания предоставления компенсации части процентов, либо возвратить проценты в случае увольнения.

Уклонение от исполнения обязательств, принятых на себя ответчиком по указанному дополнительному соглашению является неправомерным, поскольку противоречит требованиям ст.ст. 309 и 310 ГК РФ, содержащих запрет на односторонний отказ от исполнения обязательства.

Мнение Григорьевой Л.В. о том, что проценты по кредитному договору, возмещенные ей работодателем, не подлежат возврату, поскольку относятся к стимулирующим выплатам, является несостоятельным, поскольку основано на неправильном толковании норм действующего законодательства.

В соответствии с ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

По смыслу положений ст.ст. 129 и 164 ТК кодекса РФ, п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", возмещение работодателем за работника затрат по ипотечному кредитованию не относится к выплатам компенсационного и стимулирующего характера, а также не является вознаграждением за труд, а потому могут быть взысканы работодателем при необоснованном отказе работника в их возврате.

Поскольку возмещение части процентов по кредиту не зависит от квалификации работника, объема, сложности выполняемой работы, отсутствуют основания считать такую выплату стимулирующей выплатой по смыслу ст. 129 ТК РФ.

Доводы апеллянта о незаконности соглашения в части обязанности отработать определенное время после получения компенсации, как ухудшающие положение работника по сравнению с установленными трудовым законодательством, не являются основанием для отмены решения, поскольку в силу ст. 421 ГК РФ стороны свободы в заключении договора, могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами, подписав соответствующее соглашение работник обязан его исполнить.

В целом доводы апелляционной жалобы правовых оснований для отмены решения суда не содержат, выражают несогласие с выводами суда и произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств. При этом, доводы жалобы не опровергают правильность выводов суда, направлены на переоценку исследованных судом доказательств, с которой согласилась судебная коллегия, не содержат указаний на новые имеющие для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем, не могут являться основанием к отмене судебного акта.

Руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Первомайского районного суда г.Новосибирска от 05 февраля 2020 года, дополнительное решение Первомайского районного суда г.Новосибирска от 03 марта 2020 года в пределах доводов апелляционной жалобы оставить без изменения, апелляционную жалобу Григорьевой Л.В. без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи