НАЛОГИ И ПРАВО
НАЛОГОВОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО КОММЕНТАРИИ И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ИЗМЕНЕНИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ
Налоговый кодекс
Минфин РФ

ФНС РФ

Кодексы РФ

Подборки

Популярные материалы

Решение Суровикинского районного суда (Волгоградская область) от 26.01.2017 № 2-19/17

№ 2-19/17

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Суровикинский районный суд Волгоградской области

В составе председательствующего судьи Беляевсковой Е.В.

при секретаре Азбаевой И.С.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО,

26 января 2017 года в г. Суровикино Волгоградской области,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПОУ «<данные изъяты>», региональному отделению <данные изъяты> Волгоградской области о признании срочного договора бессрочным, взыскании денежных средств и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ПОУ «<данные изъяты>», региональному отделению <данные изъяты> Волгоградской области о признании срочного договора бессрочным, взыскании денежных средств и компенсации морального вреда, мотивируя свои требования следующим. С ДД.ММ.ГГГГ она принята на должность главного бухгалтера НОУ «<данные изъяты>» на основании срочного трудового договора. Впоследствии с ней были заключены дополнительные соглашения к трудовому договору, на основании которых продлялся срок действия договора. Приказами работодателя от ДД.ММ.ГГГГ ей была начислена премия, которая до настоящего времени ей не выплачена. В ДД.ММ.ГГГГ году ей не был предоставлен ежегодный отпуск и не выплачена денежная компенсация за неиспользованный отпуск. До настоящего времени ей не предоставлен отпуск за ДД.ММ.ГГГГ год, в том числе перед или после окончания отпуска по уходу за ребенком. Работодателем также не оплачены больничные листы от ДД.ММ.ГГГГ. Действия руководителя предприятия усугубили ее болезненное состояние в момент госпитализации. Истица просит обязать ПОУ «<данные изъяты>» выплатить ей компенсацию за непредоставленный ежегодный оплачиваемый отпуск за ДД.ММ.ГГГГ г. г., обязать работодателя выплатить ей премии за выполнение показателей финансово-хозяйственной деятельности согласно приказам, предоставить оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 20 000 рублей.

В ходе рассмотрения гражданского дела ФИО1 уточнила исковые требования, просила признать срочный трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между <данные изъяты> по Волгоградской области и главным бухгалтером ФИО1, бессрочным договором, взыскать с ПОУ «<данные изъяты>» премии за выполнение показателей финансово-хозяйственной деятельности за 2014 год согласно приказам РО <данные изъяты> Волгоградской области № 2 от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, единовременную помощь в связи с рождением ребенка согласно положению об оплате труда работников образовательных учреждений <данные изъяты> на основании ее заявления о выплате ей материальной помощи по рождению ребёнка в сумме 37500 рублей, обязать <данные изъяты> Волгоградской области предоставить оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком по достижении им возраста 1, 5 лет, обязав ПОУ «<данные изъяты>» оплачивать отпуск по уходу за ребенком до достижения ребенком возраста 1, 5 лет, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 20 000 рублей.

В судебном заседании истица пояснила, что в ДД.ММ.ГГГГ году она по срочному трудовому договору была принята на работу в ПОУ «<данные изъяты>» главным бухгалтером, срок договора работодателем продлялся. Указанный договор был заключен на срок без достаточных к тому оснований, в связи с чем считается заключенным на неопределенный срок. Неоднократное продление срочного трудового договора с главным бухгалтером, должность которого постоянно предусмотрена в штатном расписании, также свидетельствует о том, что с ней должен быть заключен бессрочный договор. Полагает, что срок давности для предъявления иска следует исчислять с момента расторжения с ней указанного договора. Ее увольнение со ссылкой на срочный трудовой договор является незаконным, поскольку увольнение беременной женщины и женщины, находящейся в декрете, запрещено. В декабре ДД.ММ.ГГГГ года ей были начислены премии, которые ей работодателем выплачены не были. Ею направлялись заявления о выплате компенсации за неиспользованные отпуска и выплате премий, начисленных в ДД.ММ.ГГГГ года, которые работодателем не были рассмотрены. Полагает, что срок для обращения за выплатой премий ею не пропущен, поскольку данные премии должны были выплачены ей при увольнении, ранее она обращалась с заявлениями об их выплате. С заявлением о выплате материальной помощи в связи с рождением ребенка к работодателю не обращалась, приложила его к уточнению к иску, в связи с чем оно было направлено ответчикам судом. Полагает, что незаконными действиями работодателя, нарушением сроков выплаты ей денежных средств, действиями по привлечению ее к уголовной ответственности ей причинен моральный вред. Просит исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ПОУ «<данные изъяты>» Волгоградской области ФИО в судебном заседании исковые требования не признал, пояснив, что истица на основании заключенного с ней срочного трудового договора состояла в должности главного бухгалтера. Просит применить срок исковой давности по требованиям о признании срочного трудового договора бессрочным, поскольку о нарушении своего права она узнала в ДД.ММ.ГГГГ году при заключении данного договора. Премии были начислены в ДД.ММ.ГГГГ года. Как следует из книг начисления заработной платы, которые вела ФИО1, в ДД.ММ.ГГГГ года данные премии не отражены в качестве дебиторской задолженности предприятия перед работниками, что свидетельствует об их выплате. Поскольку бухгалтерские документы были изъяты военной прокуратурой в связи с расследованием уголовного дела в отношении ФИО1, то достоверно установить факт выплаты или невыплаты ей данных премий невозможно. При этом в случае если они не были выплачены истице своевременно, то она пропустила срок исковой давности за зашитой данного права, в связи с чем в указанной части исковых требований следует отказать. Кроме этого коэффициент кратности ей ответчиками не устанавливался. Положение об оплате труда предполагает выплату материальной помощи только на основании заявления работника, которое от ФИО1 не поступало. Денежные средства, в том числе компенсация за неиспользованный отпуск выплачены истице своевременно при ее увольнении. Истица обращалась с заявлением о выплате ей компенсации за непредоставленный ежегодный отпуск, данные выплаты осуществляются только при увольнении работника, выплата компенсации без предоставления отпуска трудовым законодательством не предусмотрена. Моральный вред их действиями ФИО1 не причинен. Просит в иске отказать в полном объёме.

Представитель ответчика РО <данные изъяты> Волгоградской области, извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, представил отзыв, в котором просил отказать в удовлетворении исковых требований, мотивируя следующим. На основании заявления истицы от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 заключен срочный трудовой договор сроком на один год, приказом -к от ДД.ММ.ГГГГ ей установлен оклад в размере минимального размера оплаты труда, без установления коэффициента кратности и надбавки за стаж. На основании заявления ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ с истицей заключено дополнительное соглашение, которым установлен срок действия договора по ДД.ММ.ГГГГ. Указанный договор заключен на основании личного заявления работника в связи с чем является правомерным, поскольку имеется соглашение сторон. Факт добровольности заключения срочного трудового договора ФИО1 не оспаривается и подтверждается ее личными заявлениями и подписями в трудовом договоре. В течение действия трудового договора ФИО1 возражений против его срочности не заявляла. Истец ссылается на неправомерность заключения с ней срочного трудового договора, полагая, что он должен был заключен на неопределённый срок, при этом ФИО1 о нарушении своего права узнала ДД.ММ.ГГГГ, то есть в день подписания и вручения ей трудового договора. В связи с чем ФИО1 пропущен срок обращения в суд с исковым заявлением в части признания срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ бессрочным. Уважительных причин для пропуска срока обращения у истицы не имелось. В связи с чем просит отказать в удовлетворении исковых требований в части признания срочного трудового договора бессрочным и применить последствия пропуска срока исковой давности. Порядок увольнения ФИО1 не нарушен, поскольку она своевременно была извещена о расторжении с ней срочного трудового договора. Доводы о том, что с ней неправомерно был расторгнут трудовой договор в период нахождения в отпуске по уходу за ребенком являются несостоятельными, поскольку трудовой договор был расторгнут в связи с истечением срока его действия. При увольнении ФИО1 выплачена компенсация за неиспользованные отпуска, с заявлениями в региональное отделение <данные изъяты> Волгоградской области о выплате компенсации за непредоставленный ежегодный отпуск за ДД.ММ.ГГГГ г.г. ФИО1 не обращалась. Истицей не представлены доказательства, подтверждающие претерпевание ФИО1 физических и нравственных страданий. В связи с чем основания для компенсации морального вреда отсутствуют. Просит отказать в иске в полном объеме.

Выслушав стороны, исследовав представленные доказательства, суд считает исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между региональным отделением Общероссийской общественно-государственной организации «<данные изъяты>» Волгоградской области и ФИО1 заключен трудовой договор № по условиям которого ФИО1 принята на должность главного бухгалтера негосударственного образовательного учреждения «<данные изъяты>» на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Данное обстоятельство подтверждается трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ, приказом регионального отделения Общероссийской общественно-государственной организации «Добровольное <данные изъяты>» Волгоградской области -к параграф 6 от ДД.ММ.ГГГГ, трудовой книжкой.

Дополнительными соглашениями от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ срок действия договора был продлен по ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, негосударственное образовательное учреждение «<данные изъяты>» было переименовано в профессиональное образовательное учреждение «Суровикинский <данные изъяты>».

Ответчики, оспаривая исковые требования ФИО1 о признании заключенного с ней срочного трудового договора бессрочным, просили применить срок давности, отказав в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на то, что ФИО1 достоверно знала о заключении с ней трудового договора на срок, поскольку добровольно написала заявление о заключении данного договора и подписала его.

ФИО1, возражая против применения последствий пропуска срока обращения в суд, ссылалась на то, что данный срок следует исчислять с момента расторжения трудового договора.

В силу ст. 392 Трудового Кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Судом установлено и истицей не оспаривалось, что о заключении с ней срочного трудового договора ей было известно с момента заключения оспариваемого договора, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом о предполагаемом нарушении своего права истица узнала ДД.ММ.ГГГГ, обратилась в суд с требованиями о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок ДД.ММ.ГГГГ, ранее указанные требования к работодателю не предъявляла, при этом неоднократно заключая дополнительные соглашения, достоверно знала о том, что с ней продлен срочный трудовой договор, то есть имела возможность обратиться в суд в течение трех месяцев со дня, когда она узнала о нарушении своего права.

Доводы ФИО1 о том, что срок следует исчислять с момента расторжения с ней трудового договора не могут быть приняты судом, поскольку исчисление срока на обращение в суд связано с моментом, когда работник узнал о нарушении своего права. Поскольку ФИО1 достоверно знала о заключении с ней срочного трудового договора, так как собственноручно подала заявление ответчику с просьбой заключить срочный договор, подписала трудовой договор, пункт 1.6 которого определяет срок его действия и обстоятельства, послужившие основанием для его заключения (принятие работника в качестве главного бухгалтера), впоследствии неоднократно на основании личного заявления заключала дополнительные соглашения о продлении срока действия договора, исковых требований о восстановлении на работе не предъявила, то срок обращения по правилам ст. 392 ТК РФ следует исчислять с ДД.ММ.ГГГГ.

Исходя из того, что трехмесячный срок обращения ФИО1 за защитой нарушенного права истек ДД.ММ.ГГГГ, ходатайств о его восстановлении истица не заявляла, уважительных причин его пропуска не привела, то суд считает ходатайство ответчиков о применении последствий пропуска срока обоснованным и подлежащим удовлетворению.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при подготовке дела к судебному разбирательству необходимо иметь в виду, что в соответствии с частью 6 статьи 152 ГПК РФ возражение ответчика относительно пропуска истцом без уважительных причин срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть рассмотрено судьей в предварительном судебном заседании. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (часть третья статьи 390 и часть третья статьи 392 ТК РФ). Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац второй части 6 статьи 152 ГПК РФ).

Если же ответчиком сделано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд (части первая и вторая статьи 392 ТК РФ) или срока на обжалование решения комиссии по трудовым спорам (часть вторая статьи 390 ТК РФ) после назначения дела к судебному разбирательству (статья 153 ГПК РФ), оно рассматривается судом в ходе судебного разбирательства.

При указанных обстоятельствах в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок следует отказать в связи с пропуском срока обращения в суд, предусмотренного ст. 392 ТК РФ.

Рассматривая исковые требования ФИО1 о взыскании с ПОУ «<данные изъяты>» премий за выполнение показателей финансово-хозяйственной деятельности за ДД.ММ.ГГГГ год, суд исходит из следующего.

В соответствии с разделом 5 трудового договора за выполнение трудовой функции ФИО1 был установлен должностной оклад, а также могли быть установлены коэффициент кратности, выплаты компенсационного и стимулирующего характера, в том числе премии, на основании решения работодателя. Выплата заработной платы производится за счет средств учреждения в соответствии с Положением об условиях оплаты труда руководителей предприятий <данные изъяты>, в сроки и в порядке, установленными правилами внутреннего трудового распорядка, иными локальными нормативными актами учреждения.

Судом установлено, что приказами РО <данные изъяты> Волгоградской области -п 2 от ДД.ММ.ГГГГ, -п5 от ДД.ММ.ГГГГ принято решение о выплате ФИО1 премии в размере 15 % от должностного оклада и в размере двух должностных окладов с учетом коэффициента кратности за каждый месяц за счет средств НОУ «<данные изъяты>».

Срок выплаты заработной платы установлен Положением об оплате труда работников ПОУ «<данные изъяты>», а именно два раза в месяц: 25 числа – аванс, 15 числа зарплата. В судебном заседании ФИО1 подтвердила, что данный порядок действовал в течение всего срока ее работы.

Ответчик, оспаривая исковые требования ФИО1 ссылался на пропуск ею срока давности обращения в суд, указывая на то, что премии были начислены и выплачены истице в период ее работы главным бухгалтером, о чем свидетельствуют ее собственноручные записи в книге для начисления заработной платы об отсутствии задолженности работодателя перед ФИО1 по выплате заработной платы на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ года.

В соответствии с ч. 2 ст. 392 Трудового Кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Таким образом, исходя из того, что в соответствии с Положением об оплате труда выплата премий, начисленных на основании приказов от ДД.ММ.ГГГГ, должна быть произведена не позднее ДД.ММ.ГГГГ, то установленный ч. 2 ст. 392 ТК РФ годичный срок истек ДД.ММ.ГГГГ.

Ссылки истицы на то, что работодатель обещал ей выплатить данные премии при увольнении являются несостоятельными, поскольку иной срок выплаты заработной платы ничем не установлен.

Доводы ФИО1 о том, что она обращалась к ответчикам в ДД.ММ.ГГГГ года с заявлением о выплате премий, не могут быть приняты судом, поскольку ходатайство о восстановлении срока истица не заявляла, данное заявление не прерывает срок давности на подачу иска в суд в установленном порядке, кроме этого данное обращение имело место по истечении годичного срока, установленного ч. 2 ст. 392 ТК РФ.

При указанных обстоятельствах в удовлетворении иска в указанной части следует отказать в связи с пропуском срока обращения за защитой нарушенного права.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 родилась дочь.

Положением об оплате труда руководителей и штатных работников профессиональных образовательных учреждений <данные изъяты><данные изъяты> Волгоградской области на ДД.ММ.ГГГГ год установлен порядок премирования и выплаты материальной помощи. Данный порядок не предусматривает выплат премий и материальной помощи в связи с рождением ребенка.

В соответствии с п.п. 8.1 – 8.4 Положения под материальной помощью понимается помощь (в денежном или вещественном форме), оказываемая руководителям и штатным работникам учреждений в связи с наступлением чрезвычайных обстоятельств. Работодатель может признать чрезвычайными и иные обстоятельства, кроме предусмотренных п. 8.2. Материальная помощь выплачивается за счет средств учреждения на основании приказа руководителя по личному заявлению работника по предоставлении подтверждающих документов.

Судом установлено и ФИО1 не оспаривалось, что с заявлением о выплате материальной помощи в связи с рождением ребенка она к ответчику не обращалась.

Заявления о выплате материальной помощи на имя руководителя <данные изъяты>ФИО2 и начальника ПОУ «<данные изъяты>» были приложены истицей к дополнениям к исковому заявлению, в связи с чем направлены судом ответчикам в качестве документа, приложенного к исковому заявлению.

Данное обстоятельство не может служить доказательством надлежащего обращения к работодателю за выплатой материальной помощи.

Исходя из того, что выплата материальной помощи работникам в связи с рождением ребенка локальными нормативными актами не предусмотрена, с заявлениями в установленном порядке ФИО1 к работодателю не обращалась, то оснований для удовлетворения ее исковых требований о взыскании материальной помощи в сумме 37500 рублей суд не усматривает, ввиду их необоснованности.

Принимая во внимание, что исковые требования о возложении обязанности на РО <данные изъяты> Волгоградской области предоставить оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком по достижении им возраста 1,5 лет, обязав ПОУ «<данные изъяты>» оплачивать отпуск по уходу за ребенком до достижения ребенком возраста 1,5 лет, производны от основных требований, исковых требований о восстановлении на работе не заявлено и не рассматривалось, законность увольнения не оценивалась, то оснований для их удовлетворения не имеется.

В обоснование исковых требований о компенсации морального вреда в сумме 20 000 рублей ФИО1 ссылается на то, что ей был причинен моральный вред неправомерными действиями ПОУ «<данные изъяты>», связанными с возбуждением в отношении нее уголовного дела, а также несвоевременно производящим выплаты в связи с увольнением.

В соответствии со ст. 237 Трудового Кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (абзац четвертый пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Судом установлено, что ФИО1 была уволена ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа -к от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно платежным поручениям , 243 от ДД.ММ.ГГГГ, перечисление пособий по уходу за ребенком до 1,5 лет и компенсаций за неиспользованный отпуск состоялось ДД.ММ.ГГГГ.

В силу ст. 140 Трудового Кодекса РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Принимая во внимание, что на момент увольнения ДД.ММ.ГГГГФИО1 не работала, поскольку находилась в отпуске по уходу за ребенком, что ею не оспаривалось, то выплата причитающихся ей денежных средств ДД.ММ.ГГГГ является правомерной.

Доводы о причинении морального вреда в связи с возбуждением уголовного дела по заявлению работодателя не могут быть приняты судом, поскольку компенсация морального вреда в соответствии с требованиями ст. 237 ТК РФ производится в случае установления факта неправомерных действий либо бездействия работодателя при осуществлении трудовых правоотношений.

Возмещение вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности производится по нормам уголовно-процессуального законодательства.

Исходя из того, что истцом не представлены доказательства причинения ей морального вреда незаконными действиями либо бездействием ответчика, то исковые требования о компенсации морального вреда в сумме 20 000 рублей не являются законными, обоснованными. В связи с чем в удовлетворении исковых требований в указанной части следует отказать.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к РО <данные изъяты> по Волгоградской области о признании срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между <данные изъяты> по Волгоградской области и главным бухгалтером ФИО1, бессрочным договором в связи с пропуском срока обращения в суд.

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПОУ «<данные изъяты>» о взыскании премий за выполнение показателей финансово-хозяйственной деятельности за ДД.ММ.ГГГГ год согласно приказам <данные изъяты> Волгоградской области № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с пропуском срока обращения в суд.

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 о возложении обязанности на <данные изъяты> Волгоградской области предоставить оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком по достижении им возраста 1,5 лет.

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПОУ «<данные изъяты>» о взыскании единовременной помощи в связи с рождением ребенка в сумме 37500 рублей, о возложении обязанности на ПОУ «<данные изъяты>» оплачивать отпуск по уходу за ребенком до достижения ребенком возраста 1,5 лет и взыскании компенсации морального вреда в сумме 20 000 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения.

Судья Е.В. Беляевскова