НАЛОГИ И ПРАВО
НАЛОГОВОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО КОММЕНТАРИИ И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ИЗМЕНЕНИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ
Налоговый кодекс
Минфин РФ

ФНС РФ

Кодексы РФ

Подборки

Популярные материалы

Решение Полярнозоринского районного суда (Мурманская область) от 06.07.2020 № 510019-01-2020-000234-89

Гр.дело № 2-120/2020.

УИД № 51RS0019-01-2020-000234-89

Мотивированное решение изготовлено 06.07.2020.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 июля 2020 года г. Полярные Зори

Полярнозоринский районный суд Мурманской области в составе председательствующего судьи Сапуновой М.Ю.,

при секретаре Огородовой Е.В.,

с участием истца Лахно В.Н.,

представителя АО «Концерн Росэнергоатом» в лице филиала «Кольская атомная станция» Быстрицкой Т.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Лахно В.Н. к акционерному обществу «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (далее – АО «Концерн Росэнергоатом») в лице филиала «Кольская атомная станция» о взыскании имущественного вреда вследствие невыплаты работодателем годовой премии по итогам 2016 года, возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

В Полярнозоринский районный суд Мурманской области Лахно В.Н. обратился с иском к филиалу АО «Концерн Росэнергоатом» «Кольская атомная станция» о взыскании имущественного вреда вследствие невыплаты работодателем годовой премии по итогам 2016 года, возмещении морального вреда.

В обоснование иска с учетом уточнений и доводов в судебном заседании, приведено, что в период с 10.06.1983 по 28.10.2016 истец работал на Кольской АЭС. Уволен 28.10.2016 с должности инженера ГПС ОМиПР Кольской АЭС по сокращению штатов. В начале мая 2017 года ему стало известно о том, что работникам Кольской АЭС выплачена премия КПЭ по итогам работы 2016 года. Выплата премии по итогам работы года обычно осуществлялась в период апреля-мая следующего года.

На его обращение о выплате годовой премии КПЭ по итогам работы 2016 года, поступившее на Кольскую АЭС 17.05.2017, 06.06.2017 им получен ответ об отказе в выплате премии, направленный в его адрес 05.06.2017 (т.е. с нарушением 3-х дневного срока, предусмотренного ст.62 Трудового Кодекса Российской Федерации), с приложением копии приказа от 02.08.2016 №** о наличии на момент увольнения неснятого дисциплинарного взыскания. После ознакомления с приказом от 02.08.2016 №** он установил, что данный приказ издан в период его нахождения в очередном отпуске с 01.08.2016 по 16.09.2016 (приказ от 27.07.2016 №**). Однако, в период с 19.09.2016 и до увольнения 28.10.2016 с приказом о привлечении к дисциплинарной ответственности он не был ознакомлен. При этом, в копии приказа имеется подпись об ознакомлении, которая согласно заключению специалиста Автономной некоммерческой организации «бюро судебных экспертиз» от 06.03.2020 №** выполнена не самим Лахно В.Н., а другим лицом.

В результате вынесения заведомо поддельного документа, он был лишен годовой премии КПЭ по итогам 2016 года в размере 298 815,10 руб., лишен права на получение статуса «Заслуженный пенсионер атомной отрасли», тем самым утратил возможность получения материальной помощи и социальных льгот в рамках корпоративной социальной программы (КПС) АО «Концерн Росэнергоатом», проработав на Кольской АЭС 33 года и имея отраслевые звания и награды.

В связи с изложенными обстоятельствами он испытывает сильные нравственные страдания из-за длительной стрессовой ситуации и развившейся депрессии, перестал нормально спать, нарушился аппетит, систематически изменяется уровень артериального давления, испытывает чувство подавленности, собственной ненужности и бесполезности в связи с безнаказанностью руководства Кольской АЭС и произвола в отношении работников. Полагает, что пребывание в состоянии длительного непрерывного стресса не позволило ему ранее обратиться за защитой нарушенного права, при этом он предпочитает лечение настойками на травах, а не лекарственными препаратами, в период после увольнения на стационарном лечении не находился, серьезными заболеваниями не страдает.

На основании изложенного и ст.ст. 15, 1064,1082,151 Гражданского кодекса Российской Федерации просит взыскать с АО «Концерн Росэнергоатом» в лице филиала «Кольская атомная станция» имущественный вред вследствие невыплаты работодателем годовой премии по итогам 2016 года в размере 298 815 руб. 10 коп. и денежную компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 руб., полагая исчисление начала срока исковой давности по данному иску в соответствии с п. 1 ст.200 ГК РФ с 06.06.2017, т.е. с даты получения от ответчика письма от 02.06.2017 №**, составляющего 3 года согласно п. 1 ст.196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Представитель АО «Концерн Росэнергоатом» в лице филиала «Кольская атомная станция» Быстрицкая Т.Ю. в судебном заседании заявила о пропуске истцом срока обращения в суд для разрешения индивидуального трудового спора, составляющего один год в соответствии с ч.2 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации, по доводам, изложенным в отзыве.

Согласно приведенным доводам, Лахно В.Н. состоял с Кольской АЭС в трудовых отношениях, следовательно спор, возникший из-за невыплаты премии, является индивидуальным трудовым спором и взаимоотношения сторон регулируются нормами трудового, а не гражданского законодательства.

Выводы истца о поддельности приказа №** от 02.08.2016 о привлечении его к дисциплинарной ответственности ошибочны, поскольку приказ издан уполномоченным лицом, зарегистрирован в установленном на предприятии порядке, факт нарушения трудовой дисциплины Лахно В.Н. не оспаривает, до применения дисциплинарного взыскания работодатель получил письменное объяснение от работника.

На обращение к ответчику с заявлением от 15.05.2017 о перечислении ему годовой премии за 2016 год, истцу был направлен ответ от 02.06.2017 №** с разъяснением причин невыплаты премии с приложением документов: копии приказа от 02.08.2016 №** и выписки из Положения об оплате труда работников филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Кольская атомная станция», которое получено Лахно В.Н. 06.06.2017, о чем истец указывает в иске.

Обращение Лахно В.Н. в Комиссию по трудовым спорам Кольской АЭС с заявлением от 13.12.2018 (поступило на Кольскую АЭС 25.12.2018) с требованием об отмене приказа №** от 02.08.2016 о дисциплинарном взыскании, выплате годовой премии за 2016 года и выплате компенсации нанесенного морального вреда, финансовых потерь, ущерба деловой репутации, рассмотрено в присутствии Лахно В.Н. и решением комиссии №** от 25.12.2018 срок обращения в КТС признан пропущенным без уважительных причин и не подлежащим восстановлению. Копия решения КТС получена Лахно В.Н. 04 января 2019, решение в судебном порядке не обжаловалось.

Факт невыплаты годовой премии за 2016 год и привлечения истца к дисциплинарной ответственности оценивался также при проведении внеплановой документарной проверки Кольской АЭС Федеральной службой по труду и занятости Государственной инспекцией труда в Мурманской области. Актом Государственной инспекции труда в Мурманской области от 13.12.2019 оснований для мер инспекторского реагирования не выявлено.

Для получения статуса «Заслуженный пенсионер атомной отрасли» в соответствии с «Положением об оказании социальной поддержки неработающим пенсионерам филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Кольская атомная станция» (приложение 10 к Коллективному договору 2016-2019 годов) необходим факт увольнения работника в связи с уходом пенсию. Поскольку Лахно В.Н. был уволен в связи с сокращением численности работников организации (пункт 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ), он не имел право на участие в Программе независимо от наличия дисциплинарного взыскания.

Так как рассматриваемый спор является индивидуальным трудовым спором, то на требование истца о компенсации морального вреда распространяется срок исковой давности или срок обращения в суд, установленный законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда, который в данном случае пропущен.

В иске следует отказать в связи с пропуском истцом по неуважительным причинам срока, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Выслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ст.5 Трудового кодекса Российской Федерации(далее ТК РФ), регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется наряду с трудовым законодательством также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

Работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права (далее - локальные нормативные акты), в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

В соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров (ст.ст.8,9 ТК РФ).

Частью 5 статьи 135 ТК РФ установлено, что условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Судом установлено, что на основании приказа от 15.06.1983 №** Кольской атомной электростанции Лахно В.Н. с 10.06.1983 был принят инженером в цех наладки испытаний и пуска (л.д.86). Трудовые договоры между работником и работодателем неоднократно перезаключались и дополнялись (л.д.88-89, 91-102). Трудовой договор между ответчиком и истцом прекращен на основании приказа от 27.10.2016 №**, 28.10.2016 Лахно В.Н. уволен с должности инженера 2 категории группы сопровождения проектов отдела модернизации и продления ресурса в связи с сокращением численности работников организации, п.2 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д.90). Приказ об увольнении по данному основанию не оспорен.

В соответствии с п. 4.17 Положения о филиале АО «Концерн Росэнергоатом» «Кольская атомная станция» директор филиала обязан предоставлять работникам филиала социальные льготы, предусмотренные законодательством Российской Федерации, отраслевым соглашением, корпоративным соглашением Общества в сфере труда и социальных отношений и коллективным договором и осуществлять контроль за выполнением коллективного договора филиала (л.д.69-80).

Согласно Условиям выплаты, порядка расчета размеров годовой премии по ключевым показателям эффективности (КПЭ) и механизму подведения итогов по результатам года, являющему Приложением № 6 к Порядку оплаты труда работников филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Кольская атомная станция», введенному в действие совместным решением администрации и профкома с 01.01.2017, и действующему в период спорной выплаты, для целей расчета годовой премии на основе достижений КПЭ время нахождения работника в штате филиала в отчетном периоде является отработанным временем работника. Согласно п.1.12 Условий, работникам, уволенным из филиала по сокращению штата, премия рассчитывается пропорционально отработанному в году времени и выплачивается в сроки, для выплаты годовой премии всем работникам с учетом выполнения прочих условий выплаты (л.д.127-131).

Таким образом, требование истца о взыскании невыплаченной годовой премии по КПЭ по результатам 2016 года основано на трудовых отношениях сторон и регулируется, вопреки доводам Лахно В.Н., нормами трудового, а не гражданского законодательства.

Согласно ст.382 Трудового кодекса Российской Федерации, индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами.

Приказом от 02.08.2016 №** Лахно В.Н. за нарушение п.п.2.6.1., 2.6.2 «Должностной инструкции инженера группы сопровождения проектов отдела модернизации и продления ресурса», п.п. 3.2.2, 3.2.3 «Правил внутреннего трудового распорядка работников Кольской АЭС», выразившихся в отсутствии на рабочем месте 07 июля 2016 года и 08 июля 2016 гола по 30 минут с 13.42 до 14.15 без уважительных причин, объявлено замечание, ИСН (индивидуальная стимулирующая надбавка) за июль 2016 года установлен в размере 50% (л.д. 113-114). До объявления дисциплинарного взыскания на основании указания и.о.начальника отдела от 11.07.2016 №** Лахно В.Н. затребованы письменные объяснения по фактам отсутствия на рабочем месте. Объяснения, представленные к указанию, о причинах самостоятельного сдвига времени обеда, установленного персоналу ОМиПР, признаны руководством отдела не уважительными.

Данный приказ от 02.08.2016 №** оспорен Лахно В.Н. в комиссию по трудовым спорам Кольской АЭС, куда он обратился с заявлением, датированным 13.12.2018 (поступило на Кольскую АЭС 25.12.2018), наряду с требованием о выплате годовой премии за 2016 год и выплате компенсации нанесенного морального вреда, финансовых потерь, ущерба деловой репутации. Из текста заявления Лахно В.Н. в комиссию по трудовым спорам Кольской АЭС (2-ой лист заявления) усматривается, что перед заседанием комиссии профкома КАЭС в октябре 2016 года истцу было известно об издании приказа 02.08.2016 №** о применении меры дисциплинарного взыскания (л.д.118-120). Также, расчетным листком за август 2016 года, полученным Лахно В.Н. по выходу из отпуска в сентябре 2016 года, подтверждается удержание из заработка 50 % ИСН.

На заявление Лахно В.Н. от 15.05.2017 с требованием о перечислении годовой премии за 2016 год (л.д.111), ответчиком ему был направлен ответ от 02.06.2017 №** с разъяснением причин невыплаты премии с приложением документов: копии приказа от 02.08.2016 №** и выписки из Положения об оплате труда работников филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Кольская атомная станция» (л.д.112, 113-117), которое получено Лахно В.Н. 06.06.2017.

Решением комиссии по трудовым спорам Кольской АЭС №** от 25.12.2018 срок обращения в КТС признан пропущенным без уважительных причин и не подлежащим восстановлению, поскольку доводы Лахно В.Н., приведенные на заседании комиссии о причинах пропущенного трехмесячного срока, установленного ст. 386 ТК РФ для обращения в КТС не признаны уважительными. В части возмещения причиненного морального вреда разъяснена подведомственность индивидуальных трудовых споров суду в порядке ч.2 ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д.121-122). Копия решения КТС получена Лахно В.Н. 04 января 2019 (л.д.123).

Правом на обжалование в судебном порядке в десятидневный срок, предусмотренный ст.390 Трудового кодекса Российской Федерации, со дня вручения копии решения комиссии по трудовым спорам Кольской АЭС №** от 25.12.2018 Лахно В.Н. не воспользовался.

Таким образом, приказ филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Кольская атомная станция» от 02.08.2016 №** о применении к Лахно В.Н. меры дисциплинарного взыскания в виде замечания работодателем не отменен, незаконным в установленном законом порядке не признан.

Доводы истца о поддельности данного приказа от 02.08.2016 №** из-за наличия в копии приказа подписи об ознакомлении, которая согласно заключению специалиста Автономной некоммерческой организации «Бюро судебных экспертиз» от 06.03.2020 №** выполнена не самим Лахно В.Н., а другим лицом, на данный вывод суда не влияют, поскольку не относятся к предмету заявленных исковых требований. Кроме того, в заявлении в КТС данные сведения истцом не были приведены и предметом рассмотрения комиссии не являлись.

Согласно пунктам 1.15,1.16 Условий выплаты, порядка расчета размеров годовой премии по ключевым показателям эффективности (КПЭ) и механизма подведения итогов по результатам года, являющихся Приложением № 6 к Порядку оплаты труда работников филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Кольская АЭС», при наличии у работника неснятого дисциплинарного взыскания к моменту подведения итогов деятельности за год для целей вознаграждения, годовая премия по КПЭ не выплачивается. Возможность исключения из этого правила может быть принята решением руководителя организации с учетом ходатайства непосредственного руководителя.

Выплата годовых премий осуществляется из фонда премирования, как правило, в апреле-мае года, следующего за отчетным (л.д.127-131).

Из пояснений представителя ответчика судом установлено, что ходатайства непосредственного руководителя Лахно В.Н. о выплате истцу премии по итогам работы 2016 года не заявлялось, решения руководителя филиала о выплате не принималось.

Годовая премия за выполнение КПЭ в 2016 году работникам филиалов АО «Концерн Росэнергоатом» выплачена работникам Кольской АЭС на основании приказа концерна от 26.04.2017 №** в срок до 28.04.2017 в соответствии с п.2.1 данного приказа.

Таким образом, при наличии у истца неснятого дисциплинарного взыскания в виде замечания, объявленного приказом от 02.08.2016 №** (действующего в течение года со дня применения дисциплинарного взыскания, согласно правилам ст.194 ТК РФ) к моменту подведения итогов деятельности за 2016 год для целей вознаграждения до 28.04.2017 годовая премия по КПЭ по итогам 216 года не выплачена правомерно, в соответствии с условиями локального нормативного акта. При установленных обстоятельствах, суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика невыплаченной годовой премии по итогам 2016 года.

Факт невыплаты истцу годовой премии за 2016 год и привлечения его к дисциплинарной ответственности по приказу от 02.08.2016 №** оценивался при проведении Государственной инспекцией труда в Мурманской области внеплановой документарной проверки Кольской АЭС по обращению Лахно В.Н. Согласно Акту Государственной инспекции труда в Мурманской области от 13.12.2019 оснований для мер инспекторского реагирования по результатам проверки не установлено (л.д.124-126).

Также не подлежат удовлетворению требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, по следующим основаниям.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1). В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ч. 2).

Между тем, поскольку по настоящему делу судом не установлено нарушений трудовых прав истца от неправомерных действий работодателя, оснований для возмещения истцу морального вреда суд не усматривает. Данная позиция соответствует изложенной в п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", предусматривающей, что в случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

В ходе судебного разбирательства ответчиком заявлено о пропуске истцом срока для обращения с настоящим иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

В соответствии с ч.2 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам указанного срока они могут быть восстановлены судом.

Как следует из пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17.03.2004 «О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации» в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Из пояснений истца в судебном заседании установлено, что о выплате на предприятии годовой премии КПЭ по итогам работы 2016 года ему стало известно в начале мая 2017 года, в связи с чем 15.05.2017 он обратился к работодателю с соответствующим заявлением. 06.06.2017 Лахно В.Н. получен ответ от 02.06.2017 №** с разъяснением причин невыплаты премии с приложением документов: копии приказа от 02.08.2016 №** и выписки из Положения об оплате труда работников филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Кольская атомная станция». Таким образом, с даты 06.06.2017, т.е. с даты отказа в выплате, следует исчислять срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате премии по итогам работы за год.

Из материалов дела следует, что с настоящим исковым заявлением истец обратился в суд 19.05.2020, что подтверждается почтовым конвертом, то есть с пропуском установленного законом срока один год для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора по требованию о невыплате премии по итогам работы за 2016 год, уважительных причин пропуска указанного срока истцом не приведено и оснований для восстановления указанного срока у суда не имеется. Более того истцом ходатайство о восстановлении данного срока не заявлялось, поскольку в иске ошибочно указано на срок исковой давности 3 года согласно п.1 ст.196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Приведенные в суде доводы Лахно В.Н. о пребывании в длительном непрерывном стрессе, не позволившим своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не могут расцениваться в качестве уважительных причин пропуска срока, поскольку доказательств нахождения истца в состоянии болезни не представлено. Иных доказательств, свидетельствующих о том, что у истца отсутствовала реальная возможность обратиться с настоящим иском в суд в течение установленного законом срока, суду не представлено.

В комиссию по трудовым спорам Кольской АЭС и в Федеральную службу по труду и занятости Лахно В.Н. обратился за пределами срока, установленного ТК РФ.

При таких обстоятельствах, причины пропуска истцом срока для обращения с настоящим иском в суд за период с 06.06.2017 по 18.05.2020 нельзя признать уважительными.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований истцу следует отказать, в том числе и по причине пропуска срока для обращения в суд. Пропуск обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Принимая во внимание изложенное, суд отказывает истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Лахно В.Н. к акционерному обществу «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в лице филиала «Кольская атомная станция» о взыскании невыплаченной годовой премии по итогам 2016 года, денежной компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Полярнозоринский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья М. Ю. Сапунова