НАЛОГИ И ПРАВО
НАЛОГОВОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО КОММЕНТАРИИ И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ИЗМЕНЕНИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ
Налоговый кодекс
Минфин РФ

ФНС РФ

Кодексы РФ

Подборки

Популярные материалы

Апелляционное определение Забайкальского краевого суда (Забайкальский край) от 29.11.2018 № 22-3281/18

Председательствующий по делу Дело

судья Решетникова Е.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Чита 29 ноября 2018 года

Судебная коллегия по уголовным делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Леонтьевой Т.В.,

судей Забайкальского краевого суда Казанцевой Е.В., Ануфриева К.И.,

при секретаре судебного заседания Леонтьевой Е.А.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Забайкальского края Скубиева В.С.,

представителя потерпевшего С. ,

осужденной Щаповой Н.М.,

адвоката Варфоломеевой Е.В., представившей удостоверение адвоката и ордер Палаты адвокатов <адрес> от <Дата>,

осужденного Сторощука Н.В.,

адвоката Котляровой Т.А., представившей удостоверение адвоката и ордер Палаты адвокатов <адрес> от <Дата>,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных Щаповой Н.М., Сторощука Н.В., их защитников - адвокатов Варфоломеевой Е.В., Котляровой Т.А. на приговор Центрального районного суда г. Читы от 27 июля 2018 года, которым

Щапова Н. М., <данные изъяты>, не судимая,

- осуждена по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы.На основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 4 года со штрафом в размере 200 000 рублей.

Сторощук Н. В., <данные изъяты> не судимый,

- осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 4 годам лишения свободы. На основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 4 года со штрафом в размере 200 000 рублей.

Приговором на осужденных Щапову Н.М., Сторощука Н.В. возложены обязанности:

- в течение одного месяца после постановления приговора встать на учет в уголовно – исполнительную инспекцию по месту жительства,

- не менять постоянного места жительства, работы без уведомления данного органа;

- ежемесячно проходить регистрацию в данном государственном органе.

Назначенное Щаповой Н.М., Сторощуку Н.В. наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно.

Мера пресечения Щаповой Н.М., Сторощуку Н.В. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения, после постановлено отменить.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Принятые обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество Щаповой Н.М. постановлено сохранить.

Гражданский иск <данные изъяты> о взыскании с Щаповой Н.М., Сторощука Н.В. 22 157 066 рублей в счет возмещения материального ущерба оставлен без рассмотрения, с разъяснением права на удовлетворение исковых требований в порядке гражданского судопроизводства.

Заслушав доклад судьи Леонтьевой Т.В., выслушав пояснения осужденных Щаповой Н.М., Сторощука Н.В., адвокатов Варфоломеевой Е.В., Котляровой Т.А., мнение представителя потерпевшего С. , прокурора Скубиева В.С., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

Щапова Н.М. и Сторощук Н.В. осуждены за мошенничество, то есть хищение чужого имущества – средств Федерального бюджета – путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере – в виде незаконного возмещения НДС за 3 и 4 кварталы 2014 года в сумме 22 157 066 рублей.

Преступление Щаповой Н.М. и Сторощуком Н.В. совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденные Щапова Н.М. и Сторощук Н.В. вину не признали, пояснили, что возмещение НДС ООО ХХ произведено на законных основаниях.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительных) осужденная Щапова Н.М. выражает несогласие с постановленным приговором, считает его незаконным и необоснованным. Полагает, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства.

Так, суд в нарушение требований Уголовно-процессуального кодекса, вынес обвинительный приговор на основании доказательств, которые были получены с нарушением требования закона, не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия и противоречили фактическим обстоятельствам, установленным в суде.

Полагает, судом постановлен обвинительный приговор на основании противоречивых показаний представителей потерпевшего, свидетелей, имеющихся материалов уголовного дела и представленных вещественных доказательств. При этом судом, не было дано юридической оценки противоречиям в показаниях свидетелей стороны обвинения: СН, СЮ, НА, ДА, ИА, ОС, ЕС, ИИ, ОА, СА, ИКМП, которые они давали в ходе допроса на предварительном следствии, но не подтвердили в полном объеме при допросе в судебном заседании, что подтверждается аудиозаписью протокола судебного заседания. Суд, в нарушение закона, не устранив противоречия, данные указанными свидетелями на предварительном следствии, не указав, по каким основаниям при наличии противоречивых показаний принял одни из этих доказательств и отверг другие, положил их в основу обвинительного приговора. Также противоречивыми были показания представителей потерпевшей стороны ВП, ОП и свидетелей - ОА, НВ, ЕЛ, то есть действующих сотрудников <данные изъяты>, заинтересованных в её обвинении в совершении противоправных действиях.

Кроме того, суд в нарушение требований ст. 281 УПК РФ, в ходе судебного следствия, несмотря на категорические и обоснованные возражения, огласил показания свидетелей ИС, ММ, АА, ВА, АН, РА, ЖР, АМ, АК без их допроса непосредственно в зале суда, тем самым нарушив принципы уголовного судопроизводства, нарушив её права, поставив в неравные условия при рассмотрении уголовного дела и не предоставив возможности задать необходимые вопросы свидетелям стороны обвинения, при наличии в их показаниях противоречий, которые так и не были устранены судом. Более того, судом незаконно данные показания положены в основу обвинительного приговора.

Считает, что ущерб, достоверно установлен не был, доказательств о наличии ущерба, стороной обвинения представлено не было. Утверждает, что инспектор ОП, следователь ДВ не учли, что сумма 243 727 718,57 рублей (по данным бухгалтерского учета ООО «ХХ» эта сумма составляет 252 218 418,57 руб.) состоит из суммы в размере 187 158 126,26 руб. (по данным бухгалтерского учета ООО «ХХ» 195 648 826,26 руб.), то есть стоимости товара отгруженного и неоплаченного по договорам поставки товара в 2012-2013 годах между ООО «ХХ» и обществами с ограниченной ответственностью «ВВ, «ГГ» и ИП ЗЗ, что также подтверждается актами сверки за 2012-2013 годы между ООО «ХХ» и данными организациями, которые были представлены ею в ходе судебного следствия, а также данными первичного бухгалтерского учета, договорами на поставку товара. Судом также были исследованы декларации и книги продаж из налогового органа за указанный период, из которых видно, что данные по декларациям ООО «ХХ», представленным в налоговый орган в отчетные периоды 2012-2013 года не изменялись. Данные отраженные в бухгалтерском учете ООО «ХХ», предоставленные суду из программы 1-С по состоянию на 1 июля 2018 года в книгах продаж и в декларациях, за указанные периоды, предоставленные суду налоговой инспекцией, идентичны. Суммы задолженности ООО «ХХ», ООО «ВВ» и ИП ЗЗ перед ООО «ХХ» за товар, поставленный им в 2012-2013 годах с учетом оплаты от них также сверен и сумма задолженности соответствует данным, предоставленным ООО «ХХ» по подписанным актам сверки за 2014 год по договорам о переводе долга и составляет в целом 195 648 826,26 руб., а не 187 158 826,26 рублей как указано в экспертизе НВ ООО «ХХ» включило 195 648 826,26 руб. в налогооблагаемую базу и исчислило с них налог в сумме 22 524 285,69 руб., отразила в бухгалтерском учете, в декларациях по НДС за 2012-2013 годы, что подтверждается декларациями по НДС за налоговые периоды 2012-2013 годов, книгами продаж, актами камеральных проверок, решениями о возмещении НДС за эти же периоды, которые также были приобщены в ходе судебного следствия.

По её мнению суд ошибочно пришел к выводу, что между ООО «ХХ» и ООО «ПП», «СС», «РР», «ЕЕ», «АА», «СИП», «УУ», «ОО», «КК», «ИИ», «НН», «ТТ», «ММ», «ББ», «УУ», «ПП», «ИН» были заключены договоры поставки товара и произведены авансовые платежи. В ходе предварительного следствия сумма незаконно возмещенного НДС неоднократно изменялась и достоверно установлена не была. Оспаривая выводы, проведенной по делу экспертизы, указывает о том, что эксперт НВ при проведении экспертизы пропустила платежное поручение и перечисляя платежные поручения указывает о том, что эксперт ошибочно посчитала, что ООО «ХХ» задекларировала авансами в счет предстоящих поставок товара на сумму 5 900 000 рублей по данным платежным поручениям, так как данные суммы поступили по договорам о переводе долга за ИП ЗЗ. Это подтверждается и тем, что к заключению эксперта приложены оборотно-сальдовые ведомости по счету 62 «Расчеты с покупателями и заказчиками» за 2011-2014 год, где данные суммы не отражены как авансовые платежи в счет предстоящих поставок товара и оплата за товар. Обращает внимание на отсутствие договоров на поставку товара с данными организациями, отсутствие поставки и всех необходимых бухгалтерских документов, в т.ч. счетов-фактур на аванс, подтверждающих авансы либо поставку товара.

Таким образом, считает, что ущерб по уголовному делу не был установлен, в связи с чем, в её действиях отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. Подтверждением своих доводов считает то, что, суд не смог в ходе рассмотрения уголовного дела по существу удовлетворить заявленные исковые требования <данные изъяты> о взыскании в счет возмещения материального ущерба. Суд оставил на рассмотрение данные требования в порядке гражданского судопроизводства.

Дополнительно изучив вещественные доказательства (бухгалтерские документы, налоговую отчетность спорных контрагентов ООО «УУ» и ООО «ПП»), на основании которых суд пришел к выводу о том, что «вина подсудимых доказана совокупностью исследованных в суде доказательств», выражает несогласие с данными доводами, так как считает их противоречивыми, поскольку они носят предположительный характер и не отражают фактические обстоятельства уголовного дела, установленные в ходе судебного следствия при исследовании указанных документов.

Полагает суд, в отсутствие доказательств, пришел к убеждению, что она и Сторощук осознавали, что указанные организации являются номинальными, фактически не осуществляющими предпринимательскую деятельность, а также что подписи от имени руководителей перечисленных организаций будут исполнены не руководителями данных хозяйствующих субъектов...». Вместе с тем, на стадии предварительного расследования и в суде она представляла доказательства того, что все спорные контрагенты ею проверялись и все они были зарегистрированы в территориальном налоговом органе по месту расположения организации в установленном законом порядке. По этой причине она не могла достоверно знать и даже не могла предполагать, что указанные организации являются «номинальными».

Настаивает на том, что организации ООО «УУ» и ООО
«ПП» осуществляли предпринимательскую деятельность. У каждой организации были учредитель, директор, которые были допрошены в суде и которые подтвердили, что на их имя были зарегистрированы организации, был открыт расчетный счет в банке, на их имя выдавалась электронная цифровая подпись, которую они передали иным лицам, на которых оформили доверенность у нотариуса. Расчетный счет организаций, на момент инкриминируемых ей деяний, был действующим, денежные средства зачислялись и списывались с расчетного счета в разные периоды времени для осуществления предпринимательской деятельности с различными организациями.

Во время следствия по уголовному делу она давала подробные показания и ходатайствовала об изъятии бухгалтерских и налоговых документов по спорным контрагентам с целью проверки доводов о законности ее действий. Следователем ДВ были частично изъяты бухгалтерские, налоговые и банковские документы по спорным контрагентам, но после их изучения, когда следователь понял, что изъятые документы подтверждают ее доводы о невиновности, он не стал дальше производить выемку вышеуказанных документов, пояснив суду в ходе его допроса, что «..это было нецелесообразно и привело бы к затягиванию сроков следствия».

Данную позицию стороны обвинения занял и суд, нарушив принцип
состязательности и равенства сторон. Суд отклонил обоснованные ходатайства о запросе в территориальные налоговые органы и банковские учреждения с целью получения данных по спорным контрагентам: выписки движения денежных средств по расчетному счету, банковского досье, отчетов в налоговом органе и других документов, подтверждающих осуществление всеми спорными контрагентами предпринимательской деятельности в период взаимоотношений с ними ООО «ХХ».

Перечисляя имеющиеся в материалах уголовного дела документы, поступившие по запросу следователя из налоговой инспекции по ООО «УУ» обращает внимание, что данная организация является действующей и находится в стадии ликвидации. Произведенные ее расчеты и налоговые декларации, подтверждают отсутствие поставки товаров ООО «ХХ» ООО «УУ» на сумму 1 0784 880 рублей.

По организации ООО «ПП» на основании изъятых органами предварительного расследования документов сложилась аналогичная ситуация. Предоставление всех видов отчетности ООО «ПП», в рамках действующего налогового законодательства, подтверждает факт отсутствия поставки товаров ООО «ХХ» обществу «ПП» на сумму
6 348 388 рублей, а также опровергает позицию стороны обвинения, что организация была номинальной, не осуществляла предпринимательскую деятельность в указанный период. Спорный контрагент ООО «ПП» предоставляло в налоговую инспекцию отчетность в 2014 -2015 годах, о чем имеется отметка инспекции от 17 марта 2015 года, и соответственно на момент финансовых отношений с ООО «ХХ» было действующим.

Вещественные доказательства, представленные стороной обвинения были предметом исследования в ходе судебного следствия, но оценку суд данным вещественным доказательствам не дал. При этом, суд не устранил имеющиеся противоречия в показаниях свидетелей и ее показаниях, касающихся «номинальности» спорных контрагентов. Ее доводы не были опровергнуты стороной обвинения.

Считает, что суд занял позицию обвинения, о чем свидетельствуют действия суда, который по собственной инициативе истребовал приговор, не вступивший в законную силу в отношении ПГ, изменение установленного регламента судебного заседания, по предложению государственного обвинителя, несмотря на возражения защиты, оглашение показаний неявившихся свидетелей стороны обвинения, несмотря на мотивированные возражения стороны защиты, немотивированный отказ в проведении судебно-налоговой экспертизы, отказ Сторощуку Н.В. и ей в предоставлении достаточного времени для подготовки к судебным прениям. Данными незаконными действиями суда было нарушено ее право и право Сторощука Н.В. на защиту.

Таким образом, считает, что устранить сомнения в своей виновности не представилось возможным.

Исходя из вышеизложенного, анализируя в совокупности все собранные по делу доказательства считает, что объективная оценка по всем представленным доказательствам судом дана не была. Суду необходимо было исходить из того, что обвинительный приговор может быть постановлен только на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все доводы как стороны обвинения, так и стороны защиты, а имеющиеся противоречия были выяснены, оценены и устранены.

Просит приговор Центрального районного суда отменить, постановить оправдательный приговор.

Кроме того, выражает несогласие с постановлением Центрального районного суда г. Читы от 10 сентября 2018 года, которым ее замечания на протокол были удовлетворены частично. Полагает, поданные ею замечания на протокол судебного заседания могли бы повлиять на объективность, полноту и достоверность доказательств, полученных ходе судебного следствия и на то решение, которое суд мог принять, оценивая в совокупности полученные доказательства в суде.

Считает, что суд в протоколе судебного заседания по уголовному делу не достоверно и не в полном объеме изложил показания свидетелей, которые были допрошены в ходе судебного следствия. Полагает, суд умышленно, в нарушение требований закона, в судебном заседании не стал фиксировать ход судебного заседания с помощью аудиопротоколирования, лишив ее тем самым возможности оспорить непринятые судом замечания. Поскольку в течение всего времени рассмотрения уголовного дела по существу в суде первой инстанции, ею использовался диктофон для аудиозаписи судебных заседаний, все замечания, которые были указаны в возражениях на протокол, считает достоверными, поскольку сверяла их именно с имеющимися в распоряжении аудиозаписями. Просит постановление Центрального районного суда г. Читы об отклонении замечаний на протокол судебного заседания отменить, замечания на протокол судебного заседания удовлетворить.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Варфоломеева Е.В. выражает несогласие с приговором, полагает выводы суда, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в ходе судебного следствия.

Указывает, что в нарушение требования закона объективная и субъективная стороны состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ - мошенничество в действиях Щаповой Н.М. не были установлены и подтверждены совокупностью собранных по делу доказательств, ни в ходе предварительного расследования, ни в ходе судебного следствия. Постановление о привлечении Щаповой Н.М. в качестве обвиняемой по ч. 4 ст. 159 УК РФ и обвинительное заключение по сути и содержанию являются не корректными и не конкретизированными. Также стороной обвинения не были представлены суду доказательства о том, что в действиях подсудимых Щаповой Н.М. и Сторощука Н.В. имелся предварительный сговор, направленный на совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Оспаривает постановление о возбуждении уголовного дела в отношении Щаповой Н.М. и считает, что дело было возбуждено преждевременно без достаточных к тому оснований.

Считает, что в ходе проведения предварительной проверки, в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ органами предварительного расследования не были истребованы, исследованы, в связи с чем, остались не установленными обстоятельства, подлежащие доказыванию, факт причинения имущественного ущерба отсутствует, в связи с чем, отсутствует признак объективной стороны преступления, что свидетельствует об отсутствии состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Отмечает, что материалы ОРМ являются не допустимыми доказательствами, поскольку представлены не в полном объеме и без надлежащей проверки.

При решении вопроса о возбуждении уголовного дела не были учтены те обстоятельства, что ООО «ХХ» со дня образования занималось импортом из КНР, в соответствии с заключенными валютными контрактами и получала возмещение НДС в соответствии со ст. 176 НК РФ, при этом, таможенная стоимость товара в 2,5-3 раза превышала стоимость полученных и оприходованных товаров. Авансовые платежи по НДС и пошлина в таможенные органы при ввозе товаров производились за счет собственных средств организации ООО «ХХ», полученных от реализации товара на Российском рынке. Весь товар, получаемый ООО «ХХ» по международным контрактам декларировался и оприходовался, согласно требованиям бухгалтерского учета, в полном объеме. ООО ХХ всегда работало в соответствии с требованиями Таможенного и Налогового кодекса РФ. Все валютные контракты, паспорта к ним зарегистрированы в таможне и банке ВТБ, через который осуществлялось движение денежных средств по лицевым счетам ООО «ХХ».

Считает, что в ходе расследования уголовного дела и рассмотрения его в суде не был определен собственник денежных средств, кому действиями Щаповой и Сторощука причинен ущерб, не установлен способ совершения преступления, а также характер и размер вреда, причиненного преступлением. То есть не исследованы декларации за 2012-2013 годы, представленные в налоговый орган, а вывод о том, что между ООО «ХХ» и спорными контрагентами были заключены договоры поставки и произведены авансовые платежи, в связи с чем данные суммы должны быть отражены в налогооблагаемой базе и с этих средств должен быть исчислен и уплачен НДС является ошибочным. При этом, договоры поставок, счет-фактуры на отгрузку товара, накладные в материалах уголовного дела в качестве доказательства данной версии, стороной обвинения представлены не были. Поскольку налогооблагаемая база достоверно рассчитана не была, то и сумма причиненного ущерба в размере 22 157 066 руб. фактически является не установленной и не доказанной.

Считает, что судебно-налоговая экспертиза от 13 мая 2016 года является недопустимым доказательством, поскольку проведена с нарушением норм УПК РФ: Щапова при удовлетворении ходатайства не была допущена для дачи пояснений эксперту, эксперт не была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, эксперт не имела права проводить подобные экспертизы в связи с окончанием срока действия свидетельства на право проведения налоговых экспертиз. Кроме того, на экспертизу предоставлено недостаточно объектов необходимых для проведения экспертизы, что позволяет усомниться в полноте проведенного исследования и в обоснованности выводов в заключении эксперта. Выводы эксперта носят предположительный характер. Указывает, что судом необоснованно отказано в проведении повторной и дополнительной судебных налоговых экспертиз, судебно-бухгалтерской экспертизы.

Считает, что суд постановил обвинительный приговор на недопустимых доказательствах, полученных с нарушением требования закона. Особо обращает внимание на противоречивые показания свидетелей СН, СЮ, НА, ДА, ИА, ОС, ЕС, ИИОА, СА, ИК, МП, которые не были устранены в ходе судебного следствия, однако положены в основу приговора, не указав, по каким основаниям при наличии противоречивых показаний принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Также противоречивыми были показания представителей потерпевшей стороны ВП, ОП и свидетелей - ОА, НВ, ЕЛ действующих сотрудников Налоговой службы и к показаниям указанных представителей потерпевшего и свидетелей суду следовало бы относиться критически, поскольку указанные лица являются заинтересованными в обвинении Щаповой Н.М. в совершении противоправных действиях.

Вместе с тем, указывает на стабильность показаний свидетеля ВВ, который в суде подтвердил ранее данные им на предварительном следствии показания о наличии у него дебиторской задолженности перед ООО ХХ в 2014 год. Однако суд при вынесении приговора посчитал, что показания ОП, ОА, НВ, ЕЛ, ИСММ, АА, ВА, АН., РА, ЖР, АМ, АК, являются достоверными, а к показаниям ВВ отнесся критически, посчитав его заинтересованным лицом, не указав при этом почему указанные свидетели не являются заинтересованными лицами, а ВВ является.

Кроме того, считает нарушением УПК РФ оглашение показаний свидетелей ИС, ММ, АА, ВА, АН, РА, ЖР, АМ, АК при возражении участников процесса и при отсутствии возможности оспорить данные показания.

Кроме того, признав Щапову и Сторощука виновным в совершении преступления группой лиц по предварительному сговору, суд не привел ни одного обстоятельства, которые послужили основанием, для вывода суда о наличии в действиях осужденных, указанного квалифицирующего признака.

Ссылаясь на ст.ст. 302, 307, 389 УПК РФ просит приговор Центрального районного суда в отношении Щаповой отменить, постановить оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе осужденный Сторощук Н.В. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным, подлежащим отмене. Полагает, выводы суда о незаконном возмещения ООО «ХХ» НДС за 3 и 4 кварталы 2014 года на сумму 22 157 066 рублей путем занижения налогооблагаемой базы по НДС на сумму 243 727 718,57 рублей не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку судом не учтены обстоятельства имевшие место в период с 2012 по 2014 года.

В обоснование своих доводов указывает, что в действительности у ООО «ХХ» сложились правоотношения по поставке товара исключительно с ООО «ВВ» ООО «ГГ» и с ИП ЗЗ Указанным организациям по договорам поставки был отгружен товар на сумму 195 648 826,26 рубле, что подтверждается книгами продаж, счетами-фактурами за соответствующие периоды и фактической отгрузкой товара. ООО «ХХ» в соответствии с требованиями налогового законодательства включило данную сумму в налогооблагаемую базу и уплатило НДС в размере 24 825 370,84 рублей, что подтверждается налоговыми декларациями за соответствующий налоговый период. При этом оплата за отгруженный товар в пользу ООО «ХХ» от ООО «ВВ», ООО «ГГ» и ИП ЗЗ не поступила. Следовательно, у ООО «ХХ» на конец 2014 года имелась дебиторская задолженность в размере 195 648 826,26 рублей по поставкам с ООО «ВВ», ООО «ГГ» и ИП ЗЗ, по которым обязанность по уплате НДС Обществом исполнена в соответствии с требованиями налогового законодательства РФ.

Вместе с тем, суд пришел к необоснованному выводу о том, что договоры поставки между ООО «ХХ» и ООО «ВВ», ООО «ГГ» и ИП ЗЗ не заключались, а указанные фирмы и ИП ЗЗ не могли осуществлять реальную экономическую деятельность и были созданы для получения необоснованной выгоды ООО «ХХ», т.к. данные организации не обладали ресурсами для хозяйственной деятельности (автотранспортом, складами, штатным персоналом) и что подтверждается показаниями руководителя ООО «ВВ» ИС и руководителя ООО «ГГ» КБ Факт принадлежности подписей руководителей и печатей организаций на указанных выше договорах в законном порядке судом не опровергнут. Кроме того ЗЗ факт поставок товара на сумму 80 млн. рублей ему от ООО «ХХ» в 2012-2013 годах, наличия долга перед ООО «ХХ» за поставленный товар, а также погашение задолженности в пользу ООО «ХХ» через 3-их лиц по договорам уступок в 2014 году подтвердил. При этом отсутствие автотранспорта, складов, работников и иных хозяйственных ресурсов у Покупателей не влияет на правовую возможность заключения и исполнения договоров поставок.

В дальнейшем в 3 и 4 кварталах 2014 года дебиторская задолженность ООО «ХХ» на сумму 195 648 826,26 рублей по поставкам с ООО «ВВ», ООО «ГГ» и ИП ЗЗ была погашена 3-ми лицами (ООО «ПП, ООО «АА», ООО «СИП», ООО «СС», ООО «УУ», ООО «ИИ», ООО «КК», ООО «ОО», ООО «РР», ООО «НН» и ООО «ЕЕ») по заключенным договорам о переводе долга путем перечисления 195 648 826,26 рублей в безналичном порядке, что подтверждается платежными поручениями, выпиской с расчетного счета, письмами об изменении назначения платежа и данными бухгалтерского учета за соответствующие периоды.

С поступивших от 3-их лиц денежных средств в размере 195 648 826,26 рублей по договорам о переводе долга НДС уплате ООО «ХХ» не подлежит в силу закона, поскольку поступившие денежные средства согласно НК РФ не являются объектом налогообложения по НДС в связи с отсутствием факта реализации товаров, и с денежных средств, поступивших по переводам долга, НДС уже уплачен в 2012-2013 годах и повторно оплате ООО «ХХ» не подлежит.

По мнению Сторощука, суд необоснованно считает, что поступившие в 3 и 4 кварталах 2014 года денежные средства в размере 195 648 826,26 рублей являются авансами 3-их лиц в счет предстоящих поставок от ООО «ХХ», а заключенные договоры перевода долга являются недействительными (ничтожными, мнимыми), так как достоверного установления факта заключения сделки и последующей поставки товара в 3 и 4 кварталах 2014 года между ООО «ХХ» и 3-ми лицами необходимо наличие заключенных договоров поставки, счетов-фактур, книг продаж, которые подписаны уполномоченными лицами и заверены печатями организаций, отражение операций по поставке в бухгалтерском учете, а также фактическая отгрузка товаров. Указанные доказательства являются единственными допустимыми доказательствами факта наличия имеющихся правоотношений по поставкам и факта отгрузки товара. Таких доказательств в материалах дела не имеется. При этом свидетельские показания не могут подтверждать факт наличия или отсутствия гражданско-правовых сделок. При этом следует учитывать, что одностороннее указание лицом в назначении платежного поручение на перевод денежных средств в счет предстоящих поставок не свидетельствует о совершении между сторонами сделки по поставке. Кроме того, в материалах уголовного дела имеются письма в банк об изменении назначения платежа в платежных поручениях на назначение платежа соответствующего действительным фактическим обстоятельствам (изменено на перевод долга).

Кроме того, отмечает тот факт, что если суд посчитал договоры уступки долга с 3-ми лицами недействительными (ничтожными), не указывая при этом на законные основания недействительности этих сделок, НДС также не подлежит уплате, т.к. полученные ООО «ХХ» 195 648 826,26 рублей в 3 и 4 кварталах 2014 года являются полученными в отсутствии правовых оснований (письменно оформленной сделки), а, следовательно, являются неосновательным обогащением, что также не является объектом налогообложения по НДС, а, следовательно, у ООО «ХХ» отсутствует обязанность по уплате НДС с поступивших в 3 и 4 кварталах 2014 года 195 648 826,26 рублей.

При этом следует отметить, что юридические лица, на которых был осуществлен перевод долга претензий о возврате денежных средств ООО «ХХ» не предъявляли, с соответствующими исками в суд к ООО «ХХ» не обращались.

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют об отсутствии обязанности по исчислению и уплате НДС с поступивших в 3 и 4 кварталах 2014 года денежных средств в размере 195 648 826,26 рублей и объективной стороны преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ и вменяемого ему и Щаповой Н.М.

Также в 3 и 4 кварталах 2014 года в пользу ООО «ХХ» от 3-их лиц (ООО «ТТ», ООО «ББ», ООО «ММ», ООО «УУ», ООО «ПП», ООО «ИН», ООО «ПМ», ООО «УУ», ООО «НН», ООО «СС») поступили денежные средства на сумму 56 569 592,31 рублей в безналичном порядке по заключенным договорам займа. Указанные заемные денежные средства были возвращены в полном объеме ООО «ХХ» заимодавцам наличными, что подтверждается соответствующими расходными кассовыми ордерами ООО «ХХ». При этом в материалах дела имеются подписанные и неподписанные со стороны указанных 3-их лиц договоры займа. Однако согласно ст. 807, ст.808 ГК РФ отсутствие подписи контрагента ООО «ХХ» на договоре займа не свидетельствует о его незаключенности, т.к. имеется платежное поручение о передаче денежных средств ООО «ХХ», письмо об изменении назначения платежа на заём, оформленное с соблюдением действующего законодательства, и фактическое исполнение платежного поручения в соответствии с которым контрагент перечислил денежные средств ООО «ХХ», такое платежные поручение с измененным назначением платежа и фактическим исполнением платежного поручения подтверждает факт заключения между ООО «ХХ» и контрагентами договоров займа.

С поступивших от 3-их лиц денежных средств в размере 56 569 592,31 рублей по договорам займа НДС уплате ООО «ХХ» не подлежит согласно ст. 149 НК РФ.

Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии поставок и фактической отгрузки товаров в 3 и 4 кварталах 2014 года ООО «ХХ» в пользу в 3-их лиц, в связи с чем отсутствует налогооблагаемая база по НДС и обязанность по уплате НДС ООО «ХХ».

Даже если считать договоры займа с 3-ми лицами недействительными (ничтожными), не указывая при этом на законные основания недействительности этих сделок, НДС также не подлежит уплате, т.к. полученные ООО «ХХ» 56 569 592,31 рублей в 3 и 4 кварталах 2014 года являются полученными в отсутствии правовых оснований (письменно оформленной сделки), а следовательно, неосновательным обогащением, что не является объектом налогообложения по НДС.

Данные обстоятельства по мнению осужденного влияют на наличие обязанности ООО «ХХ» по уплате НДС в 3 и 4 кварталах 2014 года и свидетельствуют об отсутствии объективной стороны в действиях Сторощука Н.В. и Щаповой Н.М. по ч. 4 ст. 159 УК РФ и ущерба государству.

Кроме этого, суд в нарушение ст. 90 УПК РФ не учел при постановлении приговора преюдициальные факты, установленные вступившими в законную силу решением арбитражного суда Забайкальского края от 05.10.2016 по делу <данные изъяты> о признании недействительным решения Межрайонной ИФНС о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 04.02.2016, законность которого подтверждена постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2017 и постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 23.05.2017. Указанные судебные акты вступили в законную силу, которыми были установлены обязательные для Центрального районного суда г.Читы юридические факты отсутствия сделок по поставкам между ООО «ХХ» и 3-ми лицами в 3 и 4 кварталах 2014 года и отсутствия поступления денежных средств в качестве авансов в счет предстоящих поставок.

Считает, что суд положил в основу приговора недопустимое и недостоверное доказательство - заключение эксперта отдела криминалистики <данные изъяты>НВ от 15.05.2016, не имевшей право проводить данные экспертизы, что является основанием для отмены судебного акта. При этом обращает внимание на нарушение норм УПК при рассмотрении ходатайства адвоката об исключении данного заключения из числа доказательств.

Кроме того, указывает, что экспертом НВ проведена экспертиза без использования и оценки первичных документов бухгалтерского учета ООО «ХХ» за 2012-2013 годы, допущена арифметическая ошибка, в следствие чего, эксперт пришел к необоснованным выводам, признав поступившие деньги авансовыми платежами.

В обоснование своей позиции о невиновности приводит заключение специалиста ВИ, которое суд необоснованно не принял во внимание.

Считает, что суд в нарушение ст. 207 УПК РФ незаконно отказал в назначении дополнительной и повторной экспертиз, учитывая неполноту, необоснованность и противоречивость заключения эксперта отдела криминалистики <данные изъяты>НВ

Кроме этого, оспаривает необходимость в допросе свидетеля АВ, являющегося руководителем фирмы по сопровождению программ «1С Бухгалтер», который в ООО «ХХ» не работал, в налоговых органах вопросами налогообложения ООО «ХХ» и его контрагентов не занимался.

Считает, что пояснения представителей налоговых органов ВП, ОП, ВА относительно обязанности ООО «ХХ» исчислить и уплатить НДС в 3 и 4 кварталах 2014 года и их ссылка на акт выездной налоговой проверки <данные изъяты> и решение <данные изъяты> налогового органа не имеют юридического значения, т.к. вступившими в законную силу судебными актами по делу <данные изъяты> данные акт и решение были признаны незаконными.

Просит отменить приговор Центрального районного суда г. Читы от 27 июля 2018 года, вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Котлярова Т.А. указывает о нарушении судом требований ст.ст.302, 297, 397 УПК РФ, что привело к постановлению незаконного приговора суда в отношении Сторощука Н. В., Щаповой Н. М. и является основанием для его отмены.

Приводя доводы аналогичные доводам осужденного Сторощука и раскрывая понятие мнимой сделки, указывает о незаконности привлечения Сторощука к уголовной ответственности, при этом считает, что суд при постановлении приговора вышел за пределы предъявленного обвинения, нарушив право Сторощука на защиту, указав, что поступающие на счет ООО «ХХ» денежные средства являются авансами в счет предстоящих поставок.

В обоснование своих доводов указывает, что материалы уголовного дела не содержат доказательств того, что денежные средства поступили авансами в счет предстоящих поставок, так как отсутствуют счета-фактур, товарные накладные и другие документы. При этом, спорным контрагентам счета-фактуры не выставлялись, сведений о том, что контрагенты требовали выставления счет-фактур не имеется, тогда как, если бы, действительно, денежные средства, поступившие на расчётный счет ООО ХХ являлись оплатой за товар, налоговую выгоду имел бы именно покупатель, так как покупатель может подать на возмещение НДС.

Вместе с тем, за 4 года ни одной претензии, ни одного судебного иска в адрес ООО «ХХ» с требованием о возложении обязанности поставить товар, либо взыскании денежных средств в связи с отсутствием поставки товара, не предъявлено, что судом также учтено не было.

Указание в платежном поручении в назначении платежа - оплата за товар, оплата по договору, оплата за овощи однозначно не свидетельствует о правовой природе поступивших денежных средств в качестве предоплаты за товар.

Суд, указав, об изменении Щаповой Н. М. назначение платежа в приговоре, сами платёжные поручения, и письма об изменении назначения платежа в основу приговора не заложил, и не оценил.

Вместе с тем, о наличии права на изменение назначения платежа в своих показаниях указывали специалист МГ, специалист ВИ, свидетель ВА, свидетель АВ Однако, суд этим показаниям надлежащей оценки не дал.

Оспаривая выводы выездной налоговой проверки о невозможности изменения назначения платежа налогоплательщиком, и ссылаясь на Положение о правилах осуществления перевода денежных средств, утвержденному Банком России, обращает внимание, что при наличии ошибок или в других случаях ничто не препятствует сторонам по сделке по взаимному волеизъявлению изменить назначение соответствующих денежных средств. При этом не имеет никакого значения от кого исходила инициатива изменения назначения платежа. Указанное не было учтено судом при вынесении приговора.

При таких обстоятельствах, выводы суда о том, что способом совершения мошенничества являлось незаконное изменение назначения платежа в платежных поручениях, не основаны на законе, фактических обстоятельствах дела.

Следовательно, квалификация судом поступивших на расчетный счет ООО «ХХ» денежных средств как авансы не основана на фактических обстоятельствах уголовного дела.

Вывод суда о том, что договоры переуступки долга, займа придуманы осужденными, не основан на фактических обстоятельствах дела, противоречит исследованным доказательствам.

Так, в материалах уголовного дела имеются трёхсторонние договоры перевода долга между ООО «ХХ», организациями дебиторами и спорными контрагентами, а также договоры займа между ООО «ХХ» и спорными контрагентами, которые заключены в надлежащей форме, не оспорены в установленном законом порядке.

Электронной перепиской Щаповой Н. М. установлено, что представителям спорных контрагентов направлялись проекты договоров перевода долга, займа, и в последующем, уже подписанные договоры были направлены в адрес ООО «ХХ», при этом при выборе своих контрагентов ООО «ХХ» проявлена должная осмотрительность и осторожность посредством истребования реквизитов, учредительных документов спорных контрагентов, которые спорными контрагентами направлялись в адрес ООО «ХХ».

Суд, вопреки содержанию электронной переписки, пришел к выводу о том, что «электронная переписка подтверждает совершение преступления, составления договоров переуступки долга, займов, уговоров подписать таковые, так как ей это нужно».

Щапова не отрицала, что проекты договоров были составлены юристом ООО «ХХ», в связи с неточностями в первоначально предоставленных Сторощуку Н. В. на подпись договорах, эти договоры были пересоставлены с указанием всех необходимых реквизитов юристом ООО « ХХ» и были направлены на подписание спорным контрагентам, которые в свою очередь данные договоры подписали, а также подписанные письма об изменении назначения платежа и платежные поручения. Оснований сомневаться в подлинности подписей, печатей, а также в том, что Р., Г., Д и др. являются представителями этих организаций у Щаповой Н. М. не было.

В тех случаях, когда контрагенты задерживали предоставление подписанных договоров, Щапова Н. М. вновь повторяла свои просьбы направить в адрес ООО «ХХ» подписанные договоры, однако эти обстоятельства не являются подтверждением мошенничества. Указанная переписка имела место в период перевода денежных средств, то есть 3,4 квартала 2014 года, и позднее. Доводы о том, что договоры подписывались намного позже даты перечисления денежных средств не установлено достоверными доказательствами.

При таких обстоятельствах электронная переписка подтверждает позицию стороны защиты об отсутствии как субъективной, так и объективной стороны вменяемого преступления.

Обвинение в том, что спорные контрагенты являлись номинальными юридическими лицами, и Щапова Н.М., Сторощук Н.В. осознавали, что указанные организации являются номинальными, фактически не осуществляющими предпринимательскую деятельность, является предположением, не подтверждено исследованными судом доказательствами. Ссылаясь на показания Щаповой Н. М. указывает, что все спорные контрагенты зарегистрированы в установленном законом порядке, являлись действующими, каких-либо отметок на момент правоотношений о том, что эти организации являются сомнительными, на сайте ФНС не было.

При этом, показания руководителей юридических лиц о том, что они фактически руководством не занимались, не подтверждает номинальность, так как сделки были совершены от имени юридических лиц. Документальные сведения в подтверждение данных выводов судом исследованы не были. Вместе с тем, у всех спорных контрагентов имелся расчетный счет, руководителям организаций была выдана электронная цифровая подпись, ими была оформлена доверенность на доверенных лиц, в число которых осужденные не входят. С расчетного счета поступили денежные средства, что уже опровергает доводы о номинальности юридических лиц. Из исследованных доказательств также усматривается, что спорные контрагенты не являлись номинальными, осуществляли хозяйственную деятельность, что подтверждается показаниями Л., С, Д., а также данными банковских досье данных организаций, что не было учтено при вынесении приговора.

Подчеркивает, что обвинением не установлен факт заключения сделок по поставке товара между ООО «ХХ» и спорными контрагентами.

Заключения почерковедческой, технико-криминалистической экспертизы о том, что подписи от имени К в договорах перевода долга выполнены не К, а иным лицом, не свидетельствует том, что они выполнены Щаповой Н. М., Сторощук Н. В., а также не свидетельствует о том, что Щапова Н. М. и Сторощук Н. В. знали об этом.

Ссылаясь на показания Щаповой Н. М., Сторощука Н. В., указывает, что со спорными контрагентами договоры поставок заключены не были, поступившие денежные средства не связаны с реализацией товара ООО «ХХ» спорным контрагентам. В 3 и 4 кварталах на расчетный счет ООО «ХХ» поступили денежные средства, из которых 56 569 592,31 рублей поступили по договорам займа от спорных контрагентов, 195 648 826,26 рублей поступили от спорных контрагентов в целях погашения дебиторской задолженности ООО «ГГ», ООО «ВВ», ИП ЗЗ, что подтверждается исследованными документами, в том числе договорами поставки товара, счет-фактурами и данные денежные средства обоснованно не были включены в налогооблагаемую базу по НДС, при том что, налоговые обязательства по исчислению НДС по факту отгрузки товара во 2, 3, 4 кварталах 2012 года, 1 квартале 2013 года ООО «ГГ», ООО «ВВ», ИП ЗЗ ООО «ХХ» были исполнены в соответствующих налоговых периодах. В противном случае это приведет к двойному налогообложению за один и тот же товар.

Судом были исследованы документы, подтверждающие реальность исполнения договоров поставки, наличии дебиторской задолженности перед ООО «ХХ» ООО «ВВ», «ГГ» и ЗЗ, однако оценка им не дана. Вместе с тем, отсутствие складских помещений и автотранспорта, работников и иных хозяйственных ресурсов не опровергают наличие дебиторской задолженности. Акты камеральных проверок в отношении ООО «ГГ» и «ВВ», а также отказ в возмещении НДС данным организациям никакого правового значения не имеет.

Ссылаясь на показания свидетеля ЗЗ, указывает о наличии у него дебиторской задолженности перед ООО «ХХ», которая была погашена третьими лицами, что предусмотрено действующим законодательством. Оспаривая выводы суда о том, что Щапова контролировала деятельность этих организаций ООО «ГГ», ООО «ВВ», ИП ЗЗ и они были созданы для нужд ООО «ХХ», указывает, что сведений о том, что подсудимые имели доступ к расчетному счету ООО «ГГ», ООО «ВВ», ИП ЗЗ суду не представлено.

Обращает внимание, что НДС по сделкам с ООО «ГГ», ООО «ВВ», ИП ЗЗ, заключенным в 2012 году, уплачен, что подтверждается налоговыми декларациями, исследованными в ходе судебного следствия, что свидетельствует об отсутствии ущерба по данному уголовному делу.

Раскрывая понятие и последствия мнимых сделок, указывает на то, что обязанность налогового органа о возврате ООО «ХХ» излишне уплаченный НДС за указанные периоды.

Ссылаясь на показания Щаповой Н.М., обращает внимание на то, что денежные средства поступившие от третьих лиц по договорам о переводе долга не могут быть включены в налогооблагаемую базу по НДС в связи с тем, что с данных денежных средств, НДС уже уплачен в 2012-2013 годах и повторно оплате не подлежит, данные денежные средства не связаны с реализацией товара, следовательно НДС не облагаются.

Кроме того, указывает на то, что денежные средства по договорам займа, также не подлежат налогообложению. А сам факт поступления денежных средств именно по договорам займа подтвержден документальными сведениями, исследованными в ходе судебного следствия: платежными поручениями, а также показаниями участников процесса, в том числе осужденных.

Выводы суда о том, что данные денежные средства являются предоплатой, то есть авансом за товар в приговоре не мотивированы. Необходимость займа денег подтверждается свидетельскими показаниями, в том числе АК.

Оспаривая выводы суда о незаконном возмещении ООО «ХХ» НДС за 3 и 4 кварталы 2014 года путем занижения налогооблагаемой базы по НДС, указывает на несоответствие данного вывода фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Выражает несогласие с заключением эксперта и считает его недопустимым доказательством, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства наличия у эксперта НВ права на самостоятельное производство судебных экспертиз. В обоснование своих доводов приводит доводы, указанные в жалобе Сторощука.

Обращает внимание на нарушение права на защиту Сторощука Н.В., выразившееся в ознакомлении его с постановлением о назначении и проведении судебной налоговой экспертизы, а также с заключением судебной налоговой экспертизы уже после её производства.

Кроме того, указывает о нарушении права Щаповой Н. М. на участие в производстве экспертизы, несмотря на удовлетворение её ходатайства в данной части.

Приводя выводы, изложенные в экспертизе, указывает о том, что следователем не было представлено достаточно данных для проведения экспертизы, а именно первичной бухгалтерской документации ООО «ХХ», которая могла бы свидетельствовать о наличии или отсутствии поставок, и авансов в счет предстоящих поставок за период с 2012 года по 2013 год. Также эксперт не истребовала и не оценила договоры займа, с которых НДС уплате не подлежит.

Вместе с тем, эксперту были предоставлены акт выездной налоговой проверки и решение Межрайонной ИФНС о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которое на момент проведения экспертизы не вступило в законную силу, было оспорено в установленном законом порядке, а в последующем вступившим в законную силу Решением Арбитражного суда <адрес> признано недействительным, как несоответствующее Налоговому кодексу РФ.

Приходит к выводу о том, что заключение эксперта НВ не основано на всестороннем и полном исследовании, что повлияло на обоснованность, достоверность и законность ее выводов, а сформировано, в том числе на основании документов, не имеющих юридическую силу.

В обоснование своих доводов ссылается на заключение специалиста ВИ, и аудиторское заключение ООО «ДТ», которые были основаны на исследовании первичной бухгалтерской документации ООО «ХХ», в том числе за 2012-2013 года, и которые не обоснованно не приняты в качестве доказательств невиновности Сторощука и Щаповой.

Перечисляя нарушения, допущенные органами предварительного следствия при назначении экспертизы, а также в ходе ее проведения, оспаривает отказ следователя о назначении и проведении повторной судебной налоговой экспертизы, а также отказ суда об исключении заключения НВ из материалов дела, при этом обращает внимание на нарушение норм УПК при разрешении соответствующего ходатайства судом.

Кроме того, в обоснование своих доводов о невиновности осужденных, ссылается на решение Арбитражного Суда Забайкальского края от 5 октября 2016 года, к которому суд не обоснованно отнесся критически. Выводы суда в данной части, по ее мнению, являются несостоятельными.

Оспаривая, положенные в основу приговора материалы оперативно-розыскных мероприятий «прослушивание телефонных переговоров», считает их недопустимыми доказательствами, поскольку они не подтверждают наличие преступной схемы, в них речи о замене договоров поставок на договоры переуступки долга, займа не имеется, а изложенная в приговоре оценка этим доказательствам с позиции ст. 14 УПК РФ судом не дана, иными собранными по делу доказательствам не подтверждены, показания Щаповой не опровергнуты.

Обращает внимание на допущенные процессуальные нарушения в ходе рассмотрения уголовного дела судом, являющиеся основанием для отмены приговора, к которым относится: отвод защитнику Сторощука Н.В. - Яковлеву А.И., не объявление состава суда вступившему в дело защитнику Котляровой Т. А., а также не разъяснение право на заявление отвода.

Оспаривая законность постановления об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору, обращает внимание на то, что в обвинительном заключении не указаны время, место, обстоятельства получения подсудимыми денежных средств в размере 22 157 066, зачисленных на расчетный счет ООО «ХХ», имеются противоречия в части указания суммы ущерба, что нарушает право обвиняемых на защиту. Кроме того, в нарушение требований указанной нормы закона в обвинительном заключении среди перечня доказательств, на которое ссылается сторона защиты, отсутствует вступившее в законную силу решение Арбитражного суда <данные изъяты>. Считает, что указанные нарушения, допущенные органами предварительного расследования при описании преступного деяния в обвинительном заключении, не могут быть устранены, исходя из положений ст. 73 УПК РФ, в ходе судебного заседания, и подлежит устранению только органами предварительного следствия. Отсутствие конкретизации и неполнота существа обвинения, предъявленного подсудимым исключает возможность постановления судом приговора или вынесения любого решения на основе данного обвинительного заключения, а также препятствует определению точных пределов судебного разбирательства и ущемляет гарантированное обвиняемому право знать, в чем он конкретно обвиняется.

Ссылаясь на требования ч. 4 ст. 302 УПК РФ, ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ, просит приговор в отношении Сторощука Н.В. отменить, постановив оправдательный приговор.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденные Щапова Н.М., Сторощук Н.В. и их адвокаты Варфоломеева Е.В., Котлярова Т.А. доводы апелляционных жалоб поддержали, просили приговор отменить, постановив оправдательный приговор.

Представитель потерпевшего ОП, прокурор Скубиев В.С. просили приговор оставить без изменения как законный и обоснованный.

Проверив материалы дела, выслушав мнения участников судебного разбирательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Фактические обстоятельства преступления судом установлены на основании полного и объективного исследования доказательств. Тщательно изучив и проанализировав доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины подсудимых в совершенном ими преступлении. <данные изъяты>

Причастность Сторощука Н.В. и Щаповой Н.М. к содеянному подтверждена показаниями представителей потерпевших ВН, ОП, свидетелей НВ, ОА, ЕЛ, СМ, АВ, ЮЮ, ЛВ, налоговыми декларациями ООО «ХХ», актами налоговой камеральной проверки и Решениями ФНС, на основании которых ООО «ХХ» возмещен НДС, актом выездной налоговой проверки, заключением эксперта и другими материалами дела.

Так, представитель потерпевшего ВП<данные изъяты>, суду пояснил, что в отношении ООО «ХХ» была проведена выездная налоговая проверка за период с 1 января 2013 года по 31 декабря 2014 года по налогу на добавленную стоимость, по результатам которой был установлен факт поступления на расчетный счет данной организации денежных средств, не учтенных в налоговой базе. Налоговым органом произведено доначисление данных сумм. Данное решение было обжаловано в Управление Федеральной налоговой службы, а затем в Арбитражный суд, решением которого решение инспекции было отменено. Считает, что решение налогового органа является законным, данные суммы должны быть включены в налогооблагаемую базу и с них должен быть исчислен налог.

Представитель потерпевшего ОП суду пояснила, что проводила выездную налоговую проверку в отношении ООО «ХХ», в ходе которой были исследованы бухгалтерские документы деятельности организации – декларации, книги покупок, книги продаж, счета-фактуры, карточки счетов, а также первичные документы. По результатам проверки было установлено, что ООО «ХХ» была занижена налогооблагаемая база и соответственно неверно исчислен НДС.

Свидетель НВ<данные изъяты>, пояснила, что ООО «ХХ» заявило к возмещению НДС за 3 и 4 кварталы 2014 года и по решению налогового органа после проведения камеральной проверки, было принято решение о возмещении НДС частично, деньги были перечислены на расчетный счет организации. При этом ею была подписана справка и решение о возмещении ООО «ХХ» НДС за 4 квартал 2014 года. 19 мая 2015 года ей стало известно о некачественном проведении камеральной налоговой проверки в отношении ООО «ХХ» за 4 квартал, о фактах злоупотребления должностными полномочиями ЮЮ и ЛВ В отношении данных лиц проведена служебная проверка. После этого была проведена выездная налоговая проверка в отношении ООО «Нико-С» и выявлено, что на расчетный счет данной организации поступили крупные денежные суммы, однако они не были отражены в книге продаж. Сведений о поставке товара в 2012 году и переуступке долга в 2014 году не было, факт займа документально подтвержден не был.

Свидетель ОА<данные изъяты>, пояснила, что камеральную налоговую проверку в отношении ООО «ХХ» за 3 и 4 кварталы 2014 года проводила <данные изъяты><данные изъяты>ЮЮ, которая провела проверку не качественно, то есть не истребовала первичные документы – договоры займа, перевода долга, не проанализировала расчетный счет. В случае отсутствия данных документов при назначении платежа «оплата за товар» указанные операции считаются авансом в счет предстоящих поставок, с которых должен быть уплачен НДС. Ею как заместителем руководителя была подписана справка и решение о возмещении ООО «ХХ» НДС за 3 квартал 2014 года, в справке были отражены все вопросы, она была согласована с начальником отдела камеральных проверок ЛВ. При этом первичные документы она смотрела. Принимая решение о возмещении НДС, она основывалась на данных указанных в справке, составленной Зубенко, не сомневаясь в достоверности изложенных в ней сведений.

Свидетель ЕЛ<данные изъяты>, пояснила, что после проведения камеральной проверки <данные изъяты> по ООО «ХХ» и возмещения НДС данной организации, стало известно о том, что данная проверка была проведена не качественно. Управлением было принято решение об изъятии у проводивших проверку лиц – ЮЮ и ЛВ первичных документов, представленных ООО «ХХ» для возмещения НДС с целью проверки правомерности принятого решения, которые должны были быть предоставлены в тот же день. Документы в Управление были предоставлены через два дня, при этом было установлено, что момент проверки данные документы у инспектора, проводившего проверку, отсутствовали, поступили по электронной почте за пределами проверки, после возмещения НДС. При этом, изъятые в инспекции документы не подтверждали сведения, изложенные в справке по результатам камеральной проверки.

Свидетель СМ пояснила, <данные изъяты> 19 или 20 мая 2015 года ей позвонила ЛВ и попросила сказать, что документы (договоры о переводе долга, договоры займа), касающиеся проведения камеральной налоговой проверки ООО «ХХ» за 4 квартал 2014 года, находятся у нее и чтобы она вынесла заключение об отказе в возмещении НДС. При этом скинула ей проект заключения, в котором уже была указана организация и суммы, а также несколько договоров займа. Она подкорректировала заключение, внесла ссылки Налогового кодекса и подписала задним числом. Представив данное заключение в Управление, узнала, что возмещение НДС уже прошло, назначена проверка законности возмещения НДС.

Свидетель АВ<данные изъяты>, суду пояснил, что ООО «ХХ» ему знакома по встречным проверкам. Организация добросовестная, документы предоставляют вовремя и в полном объеме. Зимой 2014 года к ним в кабинет заходила главный бухгалтер ООО «ХХ» Щапова Н.М., после чего ЛВ обратилась к нему с просьбой помочь занести фрукты, он занес 3 коробки с фруктами, которые взял из машины Щаповой. Фрукты поставил возле стола ЛВ.

Свидетель ЮЮ суду пояснила, что <данные изъяты>. С 2012 года проводила камеральные проверки в отношении ООО «ХХ» по представленным декларациям по возмещению НДС. В ходе проведения камеральной проверки видела по расчетному счету и первичным документам, что от ряда организаций поступили денежные средства с назначением платежа как оплата за товар. Данные перечисления не проверяла, поручения по встречным проверкам не направляла, так как думала, что Щапова предоставила полные и достоверные сведения и эти операции отражены в книге продаж. По окончании камеральных проверок, как за 3, так и 4 квартал 2014 год ею были составлены справки, в которых она указала о том, что проверки проведены в полном объеме. По результатам проверок было принято решение о возмещении ООО «ХХ» НДС. При составлении справок она исходила из того, что со Щаповой поддерживала хорошие доверительные взаимоотношения. После проведения проверки, ей стало известно о том, имеются расхождения между поступлениями денежных средств на расчетный счет и налоговой декларацией. Об отсутствии договоров займа она разговаривала с ЛВ и по ее просьбе встречалась со Щаповой с целью предоставления последней подтверждающих документов. При проведении проверки Щаповой договоры займа предоставлены не были.

Из показаний свидетеля ЛВ, данных в ходе предварительного следствия, следует, что после майских праздников 2015 года, ей сообщили, что камеральная проверка в отношении ООО «ХХ» по возмещению НДС проведена не качественно, запросили документы. После чего, она созванивалась со Щаповой, просила её отправить по электронной почте имеющиеся у нее договоры займа и перевода долга. Сотруднику ЮЮ, которая непосредственно проводила камеральную проверку, она поручила связаться со Щаповой, чтобы та обратилась в банк для смены назначения платежа в платежных поручениях по данным сделкам и подписания их задними числами. 20 мая 2015 года ЮЮ с электронной почты распечатала отправленные Щаповой договоры займа и перевода долга и сообщила ей (ЛВ) о том, что на кануне вечером дома у Щаповой они совместно вырезали фрагменты договоров, содержащие подписи и печати контрагентов, и клеили их на недостающие договоры займа и перевода долга. При этом также сообщила, что они не все изготовили указанные договоры, поскольку часть из них отсутствовала вообще. Кроме того, по ее (ЛВ) просьбе, СМ – начальник правового отдела, сказала о том, что якобы эти документы находятся у нее на правовой оценке перед принятием решения, при этом ей не сообщалось о содержании документов и происходящих событиях.

Из показаний свидетеля ИС следует, что в августе 2012 года на её имя была зарегистрирована фирма ООО «ВВ», по деятельности которой она ничего пояснить не может, так как являлась только учредителем и формальным директором. Фирму на её имя предложил ей зарегистрировать гражданин КНР по имени В., пообещав заработную плату в размере 20 000 рублей в месяц. Оформлением и регистрацией фирмы занимался ХЕ, Ф – водитель В, ей был представлен как заместитель директора. Ею была выдана доверенность на имя СР о предоставлении интересов ООО «ВВ». Других документов в качестве директора она не подписывала, в том числе представленные ей договоры займа и перевода долга. Наличные денежные средства из кассы ООО «ХХ» никогда не получала. О каких-либо задолженностях ей ничего не известно.

В ходе очной ставки со Сторощуком Н.В. свидетель ИС дала аналогичные показания, уточнив, что денежных средств в размере 40 миллионов рублей у нее никогда не было и 10 октября 2014 года она находилась за пределами Российской Федерации, <данные изъяты><данные изъяты>

Свидетель ХЕ суду пояснил, что является директором ООО «ПМ», со Сторощуком и Щаповой знаком, ранее работал юристом в ООО «ХХ». Летом 2012 года по просьбе гражданина КНР Н занимался оформлением документов для регистрации ООО «ВВ», руководителем которого была БГ. В деятельность данной организации не вникал.

Свидетель Ф пояснил, что в сентябре 2012 года по предложению гражданина КНР ВН был трудоустроен в ООО «ВВ», директором БГ на его имя была оформлена нотариальная доверенность. В деятельности фирмы реально сам не участвовал, только подписывал документы, которые привозил ему Н. В налоговой инспекции дал объяснения со слов данного гражданина. Со Сторощуком и Щаповой знаком, Сторощука возил.

Свидетель КБ пояснила, что на ее имя было зарегистрировано ООО «ГГ», в котором она была единственным учредителем и директором. Чем занималась организация, пояснить не может, в деятельность не вникала, всем занимался ее супруг – гражданин КНР Л, но вроде были фрукты-овощи, склад также был, но точно не помнит. Подписывала какие-то документы, в содержание не вникала, ей было это не интересно.

Свидетель СН пояснил, что проживает в <адрес>. В октябре-ноябре 2013 года по предложению незнакомой женщины приезжал в <адрес>, где на его имя была зарегистрирована фирма «ГГ». Он был номинальным директором данной фирмы, никаких документов от имени указанной организации не подписывал.

Свидетель АВ, ранее работавший юристом в ООО «ХХ» пояснил, что в августе 2012 года по просьбе гражданина КНР Н занимался оформлением документов для регистрации ООО «ГГ», директором которого была М, главным бухгалтером - ЛА. После регистрации, совместно с М, ЛА и Щаповой в банке открыли расчетный счет. ООО «ГГ» занималась реализацией плодово-овощной продукции. От Щаповой домой к ЛА привозил документацию.

Как следует из показаний ЛА, она с конца лета 2012 года по предложению Щаповой была трудоустроена бухгалтером в ООО «ГГ», где проработала примерно полгода, директором числилась М, которая являлась формальным директором. Щапова проверяла все её документы по удаленному доступу, контролируя ведение бухгалтерского учета «ГГ». Контрагентом «ГГ» являлась ООО «ХХ». О реальной поставке товара ей ничего не известно, вместе с тем, по документам работа велась. На расчетный счет поступали денежные средства якобы за товар, которые перечислялись другим организациям якобы за товар. К моменту окончания налогового периода, ей звонила Щапова, чтобы она делала документы на возмещение НДС, указывая конкретную сумму. При составлении налоговой декларации по НДС, Щапова контролировала каждую цифру, сумму НДС к уплате, а также к возмещению. В ходе трудовой деятельности в ООО «ГГ», она поняла, что поставки фруктов от ООО «ХХ» не было, складские помещения у ООО «ГГ» отсутствовали. При формировании бухгалтерского учета, понимала, что задолженность перед ООО «ХХ» создается искусственно для создания дебиторской задолженности у ООО «ХХ». По указанию Щаповой, она также делала документы по взаимоотношениям с ООО «ВВ». Взаимоотношения ООО «ВВ», ООО «ГГ», ООО «ХХ» были только на бумаге, реальных финансово-хозяйственных взаимоотношений не было.

Из показаний, свидетеля ЛМ<данные изъяты> следует о том, что у ООО «УУ» и ООО «ПП» были финансово-хозяйственные отношения с ООО «ХХ». За поставку плодоовощной продукции данными организациями в адрес ООО «ХХ» были перечислены денежные средства в сумме 7-8 миллионов рублей, вместе с тем поставка осуществлена не была. С февраля по июнь 2015 года к нему неоднократно обращалась главный бухгалтер Щапова Н. с просьбой подписания руководителями организаций подготовленных ею проектов договоров займа и перевода долга, пояснив, что у нее идет возмещение НДС. При этом она просила изменить назначение платежа, поменяв с оплаты за товар на «по договору о переводе долга», а на встречной налоговой проверке предоставить данные договора.

Из показаний свидетеля ДВ следует, что у ООО «ИИ» никаких финансово-хозяйственных взаимоотношений с ООО «ХХ» не было. Долговых обязательств перед ЗЗ не было. Договор от <Дата> о переводе долга между ООО «ИИ», ООО «ХХ» и ИП ЗЗ., он не заключал. Денежные средства в счет погашения задолженности не переводились. Если денежные средства и перечислялись на расчетный счет ООО «ХХ», то за товар (фрукты, овощи) или в счет предстоящих поставок. При опросе в налоговой инспекции, по просьбе Щаповой Н.М. указал о наличии взаимоотношений с ИП ЗЗ в 2012-2013 годах <данные изъяты>

Из показаний свидетеля СД следует, что на него была зарегистрирована фирма ООО «Щ», никакого участия в финансово-экономической деятельности предприятия он не принимал, был номинальным руководителем. Ему не известны реальные руководители и иные сотрудники организации. ООО «ХХ» ему не знакомо. Никаких документов и договоров с данной организацией он не подписывал. Никаких денег на расчетный счет не перечислял, таких указаний не давал. Город Читу никогда не посещал, наличные деньги в кассе ООО «ХХ» не получал.

Свидетель КИ пояснила, что является учредителем ООО «ПМ», которую на нее оформили за денежные средства. Чем занималась данная фирма, она не знает. Доверенность не выписывала. ООО «ХХ», ИП ЗЗ ей не знакомы. В г. Читу никогда не приезжала, наличные денежные средства не получала и не перечисляла.

Из показаний свидетеля ЦВ следует, что он подписал документы для регистрации на его имя ООО «НН», но какие не помнит, в налоговую инспекцию для регистрации не обращался. Никаких документов, в том числе договоров о переводе долга или договоров займа от имени ООО «НН» он не подписывал. ООО «ХХ» не знакомо <данные изъяты>

Учредители ООО «АА» ОС, ООО «СС» ЕС, АН, ООО «ПМ» ЖР, ООО «ЕЕ» ИИ, ООО «КК» СА, ООО «РТ» АК, ООО «РР» МП., ООО «ТТ» ИК, как в ходе предварительного следствия, так и в суде поясняли, что являлись номинальными директорами, данные организации на их имя были зарегистрированы за денежное вознаграждение, какой деятельностью фирмы занимались пояснить не смогли. Никаких договоров, в том числе поставки, переуступке долга или займа, они не заключали и не подписывали. В городе Чите не были, денежные средства в кассе ООО «ХХ» не получали.

Проанализировав и сопоставив показания вышеназванных представителей потерпевших и свидетелей, суд обоснованно признал их достоверными, поскольку данные показания дополняют и конкретизируют друг друга и воссоздают целостную картину произошедшего. Оснований, по которым представители потерпевшего и свидетели могли бы оговаривать осужденных, могли бы быть заинтересованы в незаконном привлечении Щаповой Н.М. и Сторощука Н.В. к уголовной ответственности, судом не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Свидетель ДВ пояснил о том, что летом 2012 года, он как индивидуальный предприниматель, брал у ООО «ХХ» на реализацию плодово-овощную продукцию фурами, при этом складских помещений у него не было, он сразу фуру перепродавал нерусским ребятам, которые своевременно с ним не рассчитывались, а он соответственно не рассчитывался с ООО «ХХ», таким образом у него сложилась задолженность перед ООО «ХХ» в размере около 80 миллионов рублей. Позднее его долг оплатили сторонние фирмы, с которыми были составлены трехсторонние договора о переуступке долга. Где он их подписывал не помнит, от третьей стороны были какие-то представители. В сентябре-октябре 2014 года подписал 8-10 договоров. Позже провели сверку со Щаповой, задолженности перед ООО «ХХ» у него нет.

К данным показаниям свидетеля ДВ суд обосновано отнесся критически, поскольку они противоречат иным доказательствам, исследованным судом, положенным в основу обвинения.

Вина осужденных также подтверждается письменными доказательствами.

Факт возмещения ООО «ХХ» НДС за 3, 4 кварталы 2014 года подтверждается:

- налоговой декларацией за 3 квартал 2014 года, согласно которой ООО «ХХ» заявлена сумма НДС к возмещению из бюджета в размере 14 609 980 рублей <данные изъяты>

- актом камеральной налоговой проверки за 3 квартал 2014 года и Решением ФНС <данные изъяты>, согласно которому принято решение о возмещении НДС ООО «ХХ» за 3 квартал в сумме 13 079 545 рублей, отказано в возмещении НДС в размере 1 530 435 рублей <данные изъяты>

- налоговой декларацией за 4 квартал 2014 года (первичной и уточненной), согласно которой ООО «ХХ» заявлена сумма НДС к возмещению из бюджета в размере 27 046 284 рублей <данные изъяты>

- актом камеральной налоговой проверки за 4 квартал 2014 года и Решением ФНС <данные изъяты>, согласно которому принято решение о возмещении НДС ООО «ХХ» за 4 квартал в сумме 26 334 001 рублей, отказано в возмещении НДС в размере 712 283 рублей <данные изъяты>

Согласно книге продаж ООО «ХХ» за период с 1 июля 2014 года по 30 сентября 2014 года в ней не отражены денежные средства в размере сумме 67 479 475 рублей 46 копеек <данные изъяты>

Как следует из книги продаж ООО «ХХ» с 1 октября 2014 года по 31 декабря 2014 года, в нее не включены поступления денежных средств в размере 176 246 243 рублей 11 копеек <данные изъяты>

Согласно актам камеральных налоговых проверок в отношении ООО «ВВ», ООО «ГГ», ИП ЗЗ, данные организации в 3 и 4 кварталах 2012 года реальную хозяйственную деятельность не осуществляли, являются организациями, используемыми недобросовестными лицами в целях создания ложного звена в финансово-хозяйственных связях, сокрытия реальных продавцов и обналичивания денежных средств, что свидетельствует о согласованности действий ООО «ВВ», ООО «ГГ», ИП ВВ и ООО «ХХ», направленных не на достижение экономического результата и получение дохода по сделкам, а на получение необоснованной налоговый выгоды налогоплательщикам. Решениями ФНС в возмещении НДС данным организациям за указанный период времени, отказано.

Обстоятельства отсутствия реальной экономической деятельности, в том числе заключения договоров поставки, перевода долга, займа установлены Арбитражным судом Забайкальского края при рассмотрении заявления ООО «ХХ» к МИФНС по <адрес> о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Из судебного решения следует, что руководители ООО «УУ», ООО «ПП» АА и НА отказались от факта подписания каких-либо документов от имени данных организаций. МП – руководитель ООО «РР» указал, что договор поставки ни с одной из организаций не заключал. ОА – руководитель ООО «ИН» название ООО «ХХ» услышала впервые на допросе, никаких договоров с данной организацией не заключала, документы не подписывала.

Факт отсутствия реальной экономической деятельности данными организациями, а также другими спорными контрагентами, в том числе заключения договоров поставки, перевода долга и займа подтверждается показаниями руководителей данных фирм, полно приведенными в приговоре, которые утверждают, что являются номинальными. ООО «ХХ» и её руководитель Сторощук Н.В., а также главный бухгалтер Щапова Н.М. им не знакомы. Никакие договоры, в том числе поставки, перевода долга или займа, они не подписывали, денежные средства в кассе ООО «ХХ» не получали.

Как следует из заключения судебной комплексной почерковедческой, технико-криминалистической экспертизы, подписи от имени АА в представленных на исследование договорах /пп, /пп-1, -пп-2 и решении вероятно выполнены разными лицами, являются поддельными и исполнены не АА, а другим лицом (лицами). Изображения реквизитов ООО «УУ» (текста, подписи от имени АА и оттиска печати) в договорах /пп о переводе долга от <Дата>, /пп-1 о переводе долга от <Дата>, /пп-2 от <Дата> являются копиями одного изображения и смонтированы прикладыванием или приклеиванием вырезанного фрагмента, на котором расположены реквизиты ООО «УУ» в ранее созданные копии документов с целью изменения первоначального содержания <данные изъяты>

Оснований сомневаться в выводах эксперта не имеется. Доводы защитника о том, что не установлено, что данные подписи выполнены Щаповой или Сторощуком, не ставят под сомнение выводы суда о доказанности вины осужденных, поскольку их виновность установлена совокупностью других доказательств.

Как следует из заключения судебной налоговой экспертизы от <Дата>, налоговая база по НДС ООО «ХХ» занижена на 243 727 718 рублей 57 копеек (за 3 квартал 2014 года в сумме 67 479 475 рублей 46 копеек, за 4 квартал 176 246 243 рублей 11 копеек); за 3 и 4 кварталы 2014 года ООО «ХХ» излишне исчислен к возмещению из бюджета НДС в сумме не менее 22 157 066 рублей (за 3 квартал 2014 года в сумме не менее 6 143 498 рублей, за 4 квартал 2014 года в сумме не менее 16 022 568 рублей.

В налоговую базу по налогу на добавленную стоимость за 3 и 4 кварталы 2014 года не включены суммы оплаты в счет предстоящих поставок товаров (работ, услуг) от контрагентов: ООО «ПМ», ООО «СС», ООО «НН», ООО «ОО», ООО «КК», ООО «РР», ООО «СИП», ООО «АА», ООО «ИИ». ООО «УУ», ООО «ЕЕ», ООО «ПП», ООО «Щ.», ООО «ТТ», ООО «ББ», ООО «ИН», ООО «ММ» в размере 243 727 718 рублей 57 копеек (за 3 квартал 2014 года в сумме 67 479 475 рублей 46 копеек, за 4 квартал 176 246 243 рублей 11 копеек), в результате чего была занижена налоговая базапо налогу на добавленную стоимость ООО «ХХ», а также неверно исчислен к возмещению из бюджета НДС в размере 22 157 066 рублей (за 3 квартал 2014 года в сумме не менее 6 143 498 рублей, за 4 квартал 2014 года в сумме не менее 16 022 568 рублей, поскольку в каждом случае, за исключением поступивших платежей от ООО «КК», плательщиками выделен НДС в размере 18 % <данные изъяты>

Оснований ставить под сомнение выводы эксперта у суда не имелось, не находит таковых и судебная коллегия. Первичные бухгалтерские документы, на которые ссылается сторона защиты, как на основание для проведения дополнительной или повторной экспертизы, были представлены в ходе рассмотрения дела судом. На момент назначения и проведения налоговой экспертизы, данные документы не были представлены эксперту в виду их отсутствия.

Не может расцениваться как нарушение закона, влекущее исключение данного доказательства из числа допустимых, несвоевременное ознакомление Сторощука Н.В. с постановлением о назначении экспертизы и заключением эксперта, а также не участие Щаповой Н.М. в проведении экспертизы.

Экспертиза проведена старшим экспертом отдела криминалистики следственного управления Следственного комитета РФ по Забайкальскому краю НВ, имеющей высшее экономическое образование, специальность «Бухгалтерский учет, анализ и аудит», квалификацию «Экономист» и стаж экспертной деятельности 9 лет на основании постановления следователя по материалам уголовного дела. Экспертное заключение отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, проведено с исследованием материалов уголовного дела, при этом эксперт предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Утверждение стороны защиты о том, что эксперт НВ не прошла соответствующую переаттестацию, в связи с чем не имела право на проведение подобных экспертиз, судебной коллегий признаются не обоснованными. Из Положения об отделе криминалистики следственного управления Следственного комитета РФ по Забайкальскому краю, других нормативных актов, которыми руководствуется эксперт НВ. в своей деятельности не следует, что она должна проходить переаттестацию на основаниях, указанных стороной защиты.

Доводы стороны защиты о том, что изначально эксперт неверно взял за основу условие следователя о том, что платежи от организаций являлись авансовыми, как видно из материалов судебного следствия, являлись предметом исследования в стадии судебного разбирательства, и обоснованно были признаны судом несостоятельными по основаниям, полно изложенным в приговоре. Судебная коллегия соглашается с данными выводами.

Заключение специалиста ВИ от <Дата> и аудиторское заключение ООО «УА», на которые ссылается сторона защиты в апелляционных жалобах как доказательство не виновности Щаповой Н.М. и Сторощука Н.В., судебной коллегий во внимание не принимается. Данные заключения не отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, дано без учета показаний представителей потерпевших, свидетелей, без исследования материалов уголовного дела, при этом специалист ВИ не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Представленные в суд апелляционной инстанции сведения об образовании ВИ не являются основанием для признания данного заключения допустимым доказательством по настоящему уголовному делу.

С учетом отсутствия причин подвергать сомнению выводы судебно-налоговой экспертизы от <Дата>, оснований для назначения и проведения по уголовному делу повторной или дополнительной судебно-налоговой экспертизы, а также бухгалтерской экспертизы, судебная коллегия не находит. Оснований для запроса документов в территориальный налоговый орган на спорных контрагентов, не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, оперативно-розыскные мероприятия <данные изъяты> проведены в строгом соответствии с законом, надлежащим образом рассекречены и представлены в органы предварительного следствия, оснований для признания их недопустимыми доказательствами не имеется.

Доводы стороны защиты о том, что телефонные переговоры Щаповой Н.М. подвергались монтированию, не подтверждаются материалами уголовного дела.

Совокупность исследованных доказательств в отношении осужденных для установления судом всех обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ, судебная коллегия признает достаточной.

Положенные судом в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ и, вопреки доводам жалоб, обоснованно признаны судом допустимыми. Данные доказательства были исследованы судом в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ, проверены, исходя из положений ст. 87 УПК РФ, в совокупности с другими доказательствами по делу, нашли свое полное подтверждение и были оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их достаточности, полноты, допустимости и относимости к рассматриваемым событиям.

Показания представителей потерпевшего ВП, ОП, свидетелей обвинения были исследованы в ходе судебного заседания, при наличии противоречий, законно и обоснованно оглашены, в связи с чем, противоречия были устранены. Их показания подробно приведены в приговоре суда, который дал оценку данным показаниям, мотивировав свои выводы в приговоре, которые судебная коллегия находит убедительными, основанными на совокупности собранных по делу доказательств. При этом, суд пришел к правильному выводу о достоверности показаний свидетелей обвинения, вопреки доводам апелляционных жалоб, поскольку их показания являются логичными, последовательными, согласуются между собой и подтверждаются всей совокупностью собранных по делу доказательств. Каких-либо данных о заинтересованности со стороны указанных лиц, при даче показаний в отношении Щаповой Н.М. и Сторощука Н.В., оснований для оговора ими осужденных, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности Щаповой Н.М. и Сторощука Н.В., на правильность применения уголовного закона и определение им меры наказания, материалами дела не установлено и не приведено в суде апелляционной инстанции.

Поэтому доводы жалоб о том, что приговор основан на предположениях, недостоверных и недопустимых доказательствах, противоречивых и ложных показаниях, являются несостоятельными.

Всесторонний анализ собранных по делу доказательств, полученных в установленном законом порядке, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда, свидетельствует о том, что судом правильно установлены фактические обстоятельства дела и сделан обоснованный вывод о виновности Щаповой Н.М. и Сторощука Н.В. в совершении преступления, за которое они осуждены.

Судом с достоверностью установлено, что Щапова Н.М. главный бухгалтер ООО «ХХ» и Сторощук Н.В. директор ООО «ХХ» вступили в предварительный сговор, при этом Щапова Н.В. внесла в налоговые декларации за 3 и 4 кварталы 2014 года недостоверную информацию не включив поступившие авансовые платежи по предстоящим поставкам в размере 243 727 718 рублей 57 копеек, а Сторощук Н.В., достоверно зная о том, что в данных документах содержится ложная информация, поддерживая действия Щаповой Н.М., подписал указанные налоговые декларации. После чего, документы были представлены в налоговый орган для получения незаконно НДС. Тем самым, своими совместными и согласованными действиями Щапова Н.М. и Сторощук Н.В. занизили налогооблагаемую базу, и незаконно получили возмещение НДС в сумме 22 157 066 рублей.

Суд полно изложил в приговоре обстоятельства, которые были установлены в ходе рассмотрения дела, при этом, вопреки доводам апелляционных жалоб, не вышел за пределы предъявленного Сторощуку Н.В. и Щаповой Н.М. обвинения и верно установил способ мошенничества.

Доводы осужденных о законном характере их действий при возмещении НДС, об отсутствии корыстного мотива и цели, тщательно проверялись судом и обоснованно отвергнуты как не соответствующие действительности. Указанными выше показаниями представителей потерпевшего, свидетелей, письменными доказательствами не подтверждается законность действий Щаповой Н.М., Сторощука Н.В. по возмещению НДС за 3 и 4 кварталы 2014 года в сумме 22 157 066 рублей.

Ссылка стороны защиты на решение Арбитражного суда Забайкальского края от <Дата> по делу и последующие судебные решения вышестоящих инстанций, как на имеющие преюдициальное значение, была предметом рассмотрения суда первой инстанции. Указанным доводам дана надлежащая оценка, приведенная в приговоре, оснований не согласиться с которой судебная коллегия не усматривает.

Согласно п. 3.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 года № 30-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 90 УПК РФ» пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного судопроизводства. Преюдициальное значение обстоятельств по ранее рассмотренному делу не означает предопределенности окончательных выводов суда по уголовному делу, принятых в другом судопроизводстве в иных правовых процедурах.

Предметом решения Арбитражного суда Забайкальского края от <Дата>, апелляционной и кассационной инстанций было заявление ООО «ХХ» о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. По обжалуемому приговору дело рассматривалось в отношении Щаповой Н.М. и Сторощука Н.В., которым инкриминируется совершение мошеннических действий по незаконному возмещению НДС за 3 и 4 кварталы 2014 года.

Анализ доказательств, имеющихся в материалах дела, свидетельствует о том, что суд верно квалифицировал действия Щаповой Н.М. и Сторощука Н.В. по ч. 4 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, приведя мотивы, подтверждающие наличие в действиях осужденных данного состава преступления. При этом, исходя из совместных и согласованных действий Щаповой и Сторощука, суд обоснованно пришел к выводу о том, что данное преступление совершено в группе лиц по предварительному сговору. У каждого из них была своя роль в совершении преступления, и они предварительно договорились, каким образом ими будет совершено преступление. Сторощук Н.В. как директор ООО «ХХ» был в курсе всех действия Щаповой Н.М., поддерживал ее, что подтверждается ОРМ <данные изъяты>, подписывал все изготовленные ею документы.

Так же суд обоснованно пришел к выводу о том, что хищение совершено в особо крупном размере, поскольку размер ущерба превышает 1 000 000 рублей (согласно примечанию к ст. 158 УК РФ).

При таких обстоятельствах, доводы осужденного и его защитника о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, недоказанности вины осужденных судебная коллегия находит не состоятельными. Не истребование из налоговых органов банковских досье спорных контрагентов, не влияет на доказанность вины осужденных, квалификацию их действий, поскольку суд оценивает не полноту предварительного следствия, которую вправе определять следственные органы, а достаточность, представленных суду доказательств для принятия итогового судебного решения. Ведение ООО «УУ» и ООО «ПП» хозяйственной деятельности с ООО «ХХ», не влияет на выводы суда о доказанности вины осужденных. Как установлено в ходе рассмотрения дела, данные организации перечислили денежные средства ООО «ХХ» именно за поставку товара, вместе с тем товар не получили. Более того, Щапова Н.М. неоднократно обращалась к руководителям данных организаций с просьбой о подписании договоров о переуступке долга и займа и просила изменить назначение платежа, в чем ей было отказано.

Доводы стороны защиты о том, что в 2012 году в рамках договоров поставки ООО «ХХ» осуществило поставку товара ООО «ВВ», ООО «ГГ» и ИП ЗЗ, как видно из материалов судебного следствия, являлись предметом исследования в стадии судебного разбирательства, и обоснованно были признаны судом несостоятельными по основаниям, полно изложенным в приговоре. Оснований не согласиться с которыми у судебной коллегии не имеется. Выводы суда о том, что фирмы: ООО «ВВ», ООО «ГГ», ИП ЗЗ были созданы для нужд ООО «ХХ» признаются судебной коллегией правильными и обоснованными, подтверждаются представленными доказательствами. Мнимое (притворное) существование ООО «ВВ», ООО «ГГ», ИП ЗЗ подтверждается как показаниями свидетелей, так и сведениями из ФНС, проводивших камеральную проверку в отношении указанных фирм.

Доводы осужденных и их адвокатов о том, что договоры о переуступке долга и займа не являются подложными, поскольку представителям контрагентов направлялись проекты данных договоров, и в последующем уже подписанные договоры с синими печатями были направлены в адрес ООО «ХХ», что подтверждается электронной перепиской Щаповой Н.М., признаются судебной коллегией не состоятельными. Как следует из показаний учредителей и директоров контрагентов никаких договоров, в том числе о переуступке долга и займа, ими не подписывались, и таких указаний не давалось, большинству из них ООО «ХХ» и её руководитель с главным бухгалтером не знакомы, финансово-хозяйственную деятельность не осуществляли, долговых обязательств не имелось. Подписи на договорах указанным лицам не принадлежат. При этом третья сторона по договорам о переуступке долга (ООО «ГГ», ООО «ВВ», ИП ЗЗ), как верно установлено судом, были созданы для личных нужд ООО «ХХ» и полностью контролировались Щаповой Н.М.

Таким образом, вопреки доводам апелляционных жалоб, достоверных сведений о том, что денежные средства в сумме 243 727 718 рублей 57 копеек поступили на расчетный счет ООО «ХХ» именно по договорам о переуступке долга и займа, не имеется. Напротив, согласно представленным документам, указанные денежные средства поступили на расчетный счет ООО «ХХ» как оплата за товар, что подтверждается счет-фактурами, в которых указана, что оплата производится за товар.

Изменение платежа в платежных поручениях не противоречит нормам гражданского и налогового законодательства. Вместе с тем, как установлено в ходе судебного следствия, Щапова Н.М. самостоятельно на своем компьютере изготовила письма об изменении платежа, подписи в которых со стороны спорных контрагентов, оспариваются.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденных и их адвокатов, ущерб, причиненный потерпевшей стороне действиями Сторощука Н.В и Щаповой Н.М. установлен верно, подтвержден экспертным заключением. Оснований для признания заключения эксперта недопустимым доказательством не имеется. Отсутствие договоров поставки со спорными контрагентами, а также отсутствие с их стороны претензий и исковых требований, а так же тот факт, что при проведении экспертизы не получило оценки платежное поручение, а также оставление иска без рассмотрения, не ставит под сомнение выводы суда о виновности осужденных и размере причиненного ущерба.

Доводы стороны защиты о том, что за предыдущие и последующие налоговые периоды, нарушения деятельности ООО «ХХ» не установлены, не влияют на выводы суда о доказанности вины осужденных.

Требования осужденных и их адвокатов о применении норм гражданского законодательства, касающихся неосновательного обогащения в виду признания судом мнимости заключенных договоров о переуступке долга и займа, удовлетворению не подлежат, поскольку как верно установлено судом, данными договорами прикрывалась поставка товара.

Доводы стороны защиты о том, что телефонные переговоры Щаповой Н.М. не содержат в себе сведения, свидетельствующие о совершении инкриминируемого ей деяния, а носят бытовой характер, противоречат представленным материалам уголовного дела, в том числе протоколам осмотра сводок, детализации телефонных соединений и прослушивания фонограмм.

Доводы, содержащиеся в апелляционных жалобах, сводятся к переоценке, собранных по делу доказательств, которые судом проверены в соответствии с требованиями закона и поэтому оснований к отмене приговора, как об этом поставлен вопрос в жалобах не имеется.

Оснований для постановления оправдательного приговора в отношении Щаповой Н.В. и Сторощука Н.В., как о том ставится вопрос в апелляционных жалобах, не имеется.

При исследовании материалов дела судебной коллегией не выявлено существенных нарушений уголовно-процессуального закона при производстве предварительного и судебного следствия, либо неполноты расследования и судебного следствия, влекущих отмену приговора по основаниям, предусмотренным ст. 389.17 УПК РФ.

Уголовное дело возбуждено в соответствии с требованиями ст. 146 УПК РФ, при наличии надлежащего повода, предусмотренного ст. 140 УПК РФ, каким явился рапорт о/у УФСБ об обнаружении признаков преступления. Обжалование решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, не влечет признание постановления о возбуждении уголовного дела не законным, и не влияет на выводы суда о виновности осужденных.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судом верно установлены время, место, способ, мотив и другие обстоятельства совершения преступления. Оснований для возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не имелось, о чем вынесено обоснованное постановление, которое по доводам апелляционных жалоб отмене не подлежит. Вопреки доводам апелляционных жалоб, не приобщение к обвинительному заключению решения Арбитражного суда, не является существенным нарушением норм уголовно-процессуального законодательства и не влечет возвращение дела прокурору. Данное решение приобщено к материалам дела по ходатайству стороны защиты в ходе рассмотрения дела судом, нашло отражение и оценку в приговоре суда.

Обвинение Щаповой Н.М., Сторощуку Н.В. предъявлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в рамках уголовного дела, следователем, в производстве которого находилось уголовное дела, в пределах установленного руководителем следственного органа срока предварительного следствия, при наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления. Перед предъявлением обвинения обвиняемые и их защитники были уведомлены о проведении данных процессуальных действий, что соответствует ч. 2 ст. 172 УПК РФ.

Не усмотрено судебной коллегией и существенного нарушения прав на защиту Сторощука Н.В. ввиду отвода адвоката Яковлева. Как следует из материалов уголовного дела, его интересы, как в ходе предварительного следствия, так и в ходе рассмотрения дела судом, представляли профессиональные защитники, которые в полном объеме выполняли свои профессиональные обязанности, при этом поддерживали позицию Сторощука Н.В. относительно предъявленного ему обвинения, участвовали в исследовании доказательств, при этом Сторощук Н.В. от защитников не отказывался. Кроме того, на участии адвоката Яковлева в дальнейшем Сторощук Н.В. не настаивал.

Доводы осужденных и из защитников, изложенные в апелляционных жалобах о допущенных нарушениях уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела судом, обоснованными не являются. Как видно из протокола судебного заседания, судебное разбирательство проходило в соответствии с принципами уголовного судопроизводства, в том числе, на основе состязательности и равноправия сторон перед судом, при этом нарушений уголовного или уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, по делу допущено не было. Вопреки доводам адвоката Котляровой Т.А., в ходе судебного заседания по настоящему уголовному делу у нее имелась реальная возможность в любой момент и на любой стадии как судебного заседания 28 мая 2018 года, так и в последующих судебных заседаниях заявить отвод участникам процесса при наличии оснований, изложенных в гл. 9 УПК РФ.

Доводы стороны защиты о необоснованном отказе в ведении аудиопротоколирования судебного заседания, признаются судебной коллегией не состоятельными. Обязательное протоколирование судебного заседания с использованием средств аудиозаписи вводится с 1 сентября 2019 года.

Доводы о необъективности судебного разбирательства, об обвинительном уклоне суда, нарушении им требований ст. 252 УПК РФ, материалами дела не подтверждаются. Несогласие осужденных и их защитников с решениями суда по ходатайствам, в которых им было отказано, не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона, влекущем отмену приговора. Обоснованность принятых судом решений подтверждается уголовно-процессуальными основаниями, которые усматриваются в материалах дела.

Из протокола судебного заседания видно, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273-291 УПК РФ. Все представленные суду доказательства были исследованы, заявленные ходатайства были рассмотрены, по ним судом приняты решения в установленном законом порядке.

Доводы осужденных и их защитников о незаконном оглашении показаний свидетелей ИС, ММ, АА, ВА, АН, РА, ЖР, АМ, АК в ходе судебного следствия, признаются судебной коллегией не состоятельными.

Как следует из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания, судом первой инстанции приняты все возможные меры по обеспечению явки указанных лиц в судебное заседание для их допроса. Однако, принятыми мерами место нахождение данных лиц не установлено, в связи с чем судебная коллегия считает обоснованным решение суда об оглашении их показаний. Кроме того, при оглашении показаний, стороной защиты замечаний по содержанию данных показаний, о наличии каких-либо противоречий не высказывалось.

Доводы стороны защиты о не предоставлении времени для подготовки к судебным прениям, являются не состоятельными. Как следует из протокола судебного заседания, 17 июля 2018 года после окончания судебного следствия, ходатайство стороны защиты о предоставлении времени для подготовке к прениям удовлетворено частично, предоставлено время до 18 июля 2018 года, после чего судебное следствие по ходатайству стороны защиты было возобновлено, приобщены дополнительные доказательства. О повторном предоставлении времени или недостаточности предоставленного ранее времени сторона защиты не заявляла.

Что касается назначенного осужденным Щаповой Н.М. и Сторощуку Н.В. наказания за совершенное преступление, то судебная коллегия приходит к следующему.

При назначении наказания осужденным, судом в соответствии с требованиями закона, в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, данные о личности осужденных, при этом суд обоснованно учел в качестве смягчающих наказание обстоятельств: совершение преступления впервые, состояние здоровья.

Суд первой инстанции обоснованно установил, что в действиях осужденных отсутствуют отягчающие наказание обстоятельства.

В приговоре содержатся мотивированные выводы для отсутствия оснований для изменения категории преступления в соответствии со ст.15 УК РФ, при этом судом верно учтены фактические обстоятельства совершенного преступления и степень общественной опасности содеянного, а также данные о личности виновных.

Наказание Щаповой Н.М. и Сторощуку Н.В. как по виду так и по размеру назначено справедливое, соответствует содеянному. Оснований для смягчения не имеется.

Что касается постановления судьи о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания, которое обжалуется осужденной Щаповой и ее защитником – адвокатом Варфоломеевой Е.В., то судебная коллегия исходит из того, что этот документ является судебным актом, неотделимым от приговора, поэтому доводы осужденной и адвоката о его несогласии с постановлением судьи от <Дата> судебная коллегия рассматривает как часть доводов о несогласии с приговором.

Доводы в апелляционной жалобе осужденной и адвоката о незаконности и необоснованности указанного постановления судьи судебная коллегия находит несостоятельными. Замечания рассмотрены председательствующим в соответствии с требованиями ст. 260 УПК РФ. Процедура рассмотрения замечаний соблюдена. Доводы осужденной и адвоката о необходимости дословного изложения содержания ходатайств, показаний свидетелей, их ответов на вопросы в протоколе судебного заседания, не основаны на законе.

Данных о необъективном отношении судьи к рассмотрению настоящего дела, а, значит, и к рассмотрению замечаний на протокол судебного заседания, в материалах дела нет.

При таких обстоятельствах, апелляционные жалобы осужденных Щаповой Н.М., Сторощука Н.В., адвокатов Котляровой Т.А., Варфоломеевой Е.М. удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. HYPERLINK "garantF1://12025178.38920"389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Центрального районного суда г. Читы от 27 июля 2018 года в отношении Сторощука Н. В., Щаповой Н. М. оставить без изменения.

Апелляционные жалобы осужденных Щаповой Н.М., Сторощука Н.В., адвокатов Котляровой Т.А., Варфоломеевой Е.М. оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационную инстанцию Забайкальского краевого суда.

Председательствующий: Т.В. Леонтьева

Судьи: Е.В. Казанцева

К.И. Ануфриев

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>