НАЛОГИ И ПРАВО
НАЛОГОВОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО КОММЕНТАРИИ И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ИЗМЕНЕНИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ
Налоговый кодекс
Минфин РФ

ФНС РФ

Кодексы РФ

Подборки

Популярные материалы

Апелляционное определение Алтайского краевого суда (Алтайский край) от 04.07.2013 № 22-3460/2013

Судья: Борисов С.И.      Дело № 22-3460/2013

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

04 июля 2013 года г.Барнаул

Судебная коллегия по уголовным делам Алтайского краевого суда в составе

председательствующего:     Владимировой Э.В.,

судей:                 Ведищевой Л.А., Моисеевой И.А.,

при секретаре:            Толстихиной М.В.,

с участием прокурора:        Кейша М.А.

адвокатов:                Бутакова М.И., Татарниковой А.В.,

представителей потерпевшего: К.1 С.1

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционному представлению государственного обвинителя и апелляционной жалобе адвокатов Бутакова М.И. и Татарниковой А.В. на приговор Центрального районного суда г.Барнаула Алтайского края от 16 мая 2013 года, которым

МУСАЕВА Э.Н., <данные изъяты>, не судимая,

- осуждена по ч.3 ст.160 УК РФ (в редакции Федерального закона РФ №26-ФЗ от 07 марта 2011 года) к 2 годам лишения свободы без штрафа и ограничения свободы. На основании ст.73 УК РФ наказание назначено условно с испытательным сроком в 2 года, с возложением обязанностей: 1 раз в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, по графику, установленному данным органом; не менять постоянного места жительства без уведомления указанного органа.

Заслушав доклад судьи Владимировой Э.В., выслушав пояснения адвокатов Бутакова М.И. и Татарниковой А.В., поддержавших жалобу и возражавших против доводов представления; мнение прокурора Кейша М.А., поддержавшего представление и возражавшего против доводов жалобы, представителей потерпевшего К.1 и С.1 возражавших против доводов жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Мусаева Э.Н.г. признана виновной в том, что в том, что, являясь <данные изъяты> <адрес> исполняя обязанности кассира, в силу чего выполняла административно-хозяйственные функции по осуществлению контроля за денежными средствами, находящимися в кассе, на балансе и банковских счетах, в <адрес> в период с (дата) по (дата) присвоила вверенные ей денежные средства в сумме № рубль.

Так, (дата) Мусаева Э.Н.г. приняла от Б. в качестве членского взноса <данные изъяты> Р.1 за (дата) денежные средства в сумме № рублей, которые присвоила, изъяв выписанный на указанную сумму приходный кассовый ордер № от (дата), впоследствии оформив на этот ордер поступившие в качестве членского взноса <данные изъяты> А.1 денежные средства.

(дата) Мусаева Э.Н. приняла от З.1 в качестве членского взноса <данные изъяты> З.2 за (дата) денежные средства в сумме № рублей, выписав на указанную сумму приходный кассовый ордер № от (дата). Затем она присвоила из внесенных денежных средств № рублей, внеся изменения в оформленный приходный кассовый ордер о сумме членского взноса (вместо № рублей – № рублей) и валового дохода в отчете <данные изъяты> З.2 (вместо № рублей - № рублей).

(дата) Мусаева Э.Н.г. приняла от К. в качестве членского взноса <данные изъяты> В. за (дата) денежные средства в сумме № рублей, которые присвоила, изъяв выписанный на указанную сумму приходный кассовый ордер № от (дата), впоследствии оформив на этот ордер поступившие в качестве членского взноса <данные изъяты> К.3 денежные средства.

(дата) Мусаева Э.Н.г. приняла от <данные изъяты> К.4 в качестве членского взноса за (дата) денежные средства в сумме № рубль, которые присвоила, изъяв выписанный на указанную сумму приходный кассовый ордер № от (дата), впоследствии оформив на этот ордер поступившие в качестве членского взноса <данные изъяты> М.2 денежные средства.

(дата) Мусаева Э.Н.г. приняла от <данные изъяты> Т. в качестве членского взноса за (дата) денежные средства в сумме № рублей, которые присвоила, изъяв выписанный на указанную сумму приходный кассовый ордер № от (дата), впоследствии оформив на этот ордер поступившие в качестве членского взноса <данные изъяты> К.5 денежные средства.

(дата) Мусаева Э.Н.г. приняла от <данные изъяты> Т. в качестве членского взноса за (дата) денежные средства в сумме № рублей, выписав на указанную сумму приходный кассовый ордер № от (дата). Затем она присвоила из внесенных денежных средств № рублей, внеся изменения в оформленный приходный кассовый ордер о сумме членского взноса (вместо № рублей – № рублей) и валового дохода в отчете <данные изъяты> Т. (вместо № рублей - № рублей).

(дата) Мусаева Э.Н.г. приняла от <данные изъяты> П.1 в качестве членского взноса за (дата) денежные средства в сумме № рублей, выписав на указанную сумму приходный кассовый ордер № от (дата). Затем она присвоила из внесенных денежных средств № рублей, внеся изменения в оформленный приходный кассовый ордер о сумме членского взноса (вместо № рублей – № рублей) и валового дохода в отчете <данные изъяты> П.1 (вместо № рублей - № рублей).

(дата) Мусаева Э.Н.г. приняла от <данные изъяты> З.2 в качестве членского взноса <данные изъяты> денежные средства в сумме № рублей, которые присвоила, изъяв выписанный на указанную сумму приходный кассовый ордер № от (дата), впоследствии оформив на этот ордер поступившие в качестве членского взноса <данные изъяты> Л. денежные средства.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании Мусаева Э.Н.г. вину не признала.

В апелляционном представлении государственный обвинитель просит приговор суда отменить. В обоснование доводов указывает на необоснованное исключение судом из обвинения Мусаевой Э.Н.г. хищения денежных средств, совершенные (дата) (взносов <данные изъяты>: П.2 и М.1 - (дата), Т. – (дата)). При этом судом, по мнению автора представления, допущены противоречия. Так, приняв за основу показания представителей потерпевшего, свидетелей обвинения (среди которых Ж., М.1, П.2, П.3, К., Т.) и заключение бухгалтерской экспертизы в части осуждения Мусаевой, суд оставил эти доказательства без внимания при исключении части эпизодов преступления. Кроме того, государственный обвинитель полагает, что наказание осужденной назначено чрезмерно мягкое, с нарушением требований ст.60 УК РФ. Так, судом не дана оценка характеру и степени тяжести совершенного преступления, которое относится к категории тяжких; позиции осужденной, которая отрицала свою вину и не приняла никаких мер к погашению ущерба. Учитывая, что судом установлено лишь одно смягчающее обстоятельство и необоснованно исключен ряд эпизодов хищения, автор представления полагает необходимым признать Мусаеву Э.Н.г. виновной по всем эпизодам хищения с назначением ей наказания в виде 4 лет лишения свободы с испытательным сроком в 4 года, с возложением приведенных в приговоре суда обязанностей.

В апелляционной жалобе адвокаты Бутаков М.И. и Татарникова А.В. просят обвинительный приговор отменить, постановив в отношении Мусаевой Э.Н. оправдательный приговор. В обоснование доводов указывают на нарушение судом Конституции РФ и УПК РФ, в частности ст.ст.118, 123 Конституции РФ, ст.ст.15,16 УПК РФ. При этом приводят выдержки из обозначенных норм, полагая, что нарушен принцип состязательности сторон. Авторы жалобы обращают внимание на не устранение ни в ходе следствия, ни в суде несоответствия в бухгалтерской документации: записей в 10 приходных кассовых ордерах и квитанциях к ним. При этом, вообще отсутствуют ордера № за (дата) и папка «Первичные кассовые документы и приложения к ним (дата)». Защита полагает, что несоответствия могли быть вызваны разными причинами: при восстановлении бухгалтерской документации после сбоя в системе программы 1С бухгалтерия (дата); ошибками при осуществлении бухгалтерского учета; умышленным искажением данных бухгалтерского учета; наличием недостачи денежных средств; совершением хищения денежных средств. Выводы суда о наличии доступа к компьютеру <данные изъяты> только у Мусаевой Э.Н. не соответствует установленному в судебном заседании, поскольку такой доступ имел неограниченный круг лиц не только сотрудников <данные изъяты>, но и других лиц. Необоснованна ссылка суда на отсутствие контроля за ведением финансово-бухгалтерской документации и расходованием денежных средств со стороны руководства <данные изъяты>, поскольку это опровергается исследованными материалами, среди которых акты проверки финансово-бухгалтерской документации и расходования денежных средств. В суде вообще не выяснялся вопрос о времени возникновения у Мусаевой Э.Н. умысла на хищение денежных средств. Документов в подтверждение этому материалы дела также не содержат. Приведенные в приговоре действия осужденной относительно факта принятия денежных средств у нотариусов и уполномоченных ими лиц не только не являются преступными, но и соответствуют нормативным актам, регламентирующих порядок приема наличных денег кассами предприятий. Факты хищения денежных средств ни по одному из эпизодов не подтверждены, поскольку остаток денежных средств в кассе <данные изъяты> ни органами следствия, ни в суде не проверялся. Ссылка обвинения на уничтожение Мусаевой Э.Н.г. приходных кассовых ордеров №, как и на внесение изменений в программу «1С бухгалтерия», и на удаление информации о поступлении в кассу денежных средств, ничем не подтверждена. Защита полагает, что по фактам хищения от (дата) и (дата), учитывая, что в вину осужденной не вменено удаление информации о поступлении денег в кассу по ордерам №, такая информация должна находиться в компьютере <данные изъяты>. Не состоятельна ссылка суда на допущение органами следствия опечатки при изложении обвинения по факту хищения (дата) по кассовому ордеру №. Так, под № в папке документов «первичные кассовые документы» находится приходный кассовый ордер от (дата) на сумму № рублей от имени <данные изъяты> М.2, а не на сумму № рублей от К.5, как указал суд. При этом, адвокаты обращают внимание, что Мусаевой Э.Н.г. было предъявлено обвинение с изложением объективной стороны преступления по обозначенному факту в обвинительном заключении именно с указанием других реквизитов кассового ордера, которую нельзя расценивать как опечатку. Необоснованным отказом в проведении ряда экспертиз суд нарушил право Мусаевой Э.Н. на защиту. Так, для установления факта внесения либо не внесения изменений в файлы программы «1С бухгалтерия» на компьютере главного бухгалтера требовалось проведение компьютерной экспертизы. Однако суд отказал в назначении такой экспертизы, сделав ложный вывод о невозможности установления факта внесения изменений в программу. Показания же свидетеля Г., по мнению стороны защиты, не могут быть положены в основу приговора, поскольку она, как специалист по сопровождению программы «1С бухгалтерия», имеет малый стаж работы и не является экспертом в области компьютерной техники. При этом ее показания противоречат заключению эксперта ЭКЦ ГУ МВД России по Алтайскому краю № от (дата) о возможности установления фактов внесения либо не внесения изменений в файлы программы на рабочем компьютере <данные изъяты> путем экспертного исследования. Указание суда о том, что к компьютеру Мусаевой Э.Н. не имели доступ иные лица, противоречит выводу о том, что внести изменения может любой специалист, обладающий специальными познаниями. Не установление факта внесения изменений в компьютерную базу <данные изъяты> должно повлечь исключение в силу ч.3 ст.14 УПК РФ из обвинения осужденной вмененных ей действий по такому изменению. Для установления периода времени подписи осужденной в приходных кассовых ордерах № необходимо было провести криминалистическую экспертизу. В назначении такой экспертизы судом, несмотря на пояснения специалиста П.4 о возможности установления давности нанесения подписи от имени Мусаевой, необоснованно отказано. Показания же указанного специалиста, положенные в основу приговора, не опровергают показания Мусаевой Э.Н. о подписании ею бухгалтерских документов (дата) после увольнения. Приведенные в приговоре суда показания свидетелей Р.1, Б., М.1, П.2, П.3, П.1, З.2, З.1, К.4, В., Т., К.5, М.3, Ф.1, Л., А.1, К.3 и К.6 также согласуются с показаниями осужденной относительно обстоятельств внесения нотариусами денежных средств в кассу палаты. Положенные в качестве доказательств вины Мусаевой Э.Н. акты сверки между <данные изъяты> и <данные изъяты> свидетельствуют о ее невиновности, т.к. экземпляры, хранящиеся у <данные изъяты> идентичны экземплярам <данные изъяты>. Фактов же исчезновения актов сверки из бухгалтерии <данные изъяты> не установлено. Положенные в основу обвинительного приговора показания свидетелей Н.2, Н., П. и Ж. не согласуются с иными доказательствами. Так, утверждение свидетелей о восстановлении бухгалтерской документации в связи с ведением ее Мусаевой Э.Н. с нарушением закона противоречит предъявленному обвинению относительно указания на хранение такой документации в папке «наряды» в подшитом и пронумерованном виде. При этом, П. указывала, что на период ее прихода (дата) документация была надлежащим образом оформлена, за исключением (дата) и (дата). В то время, как Ж. пояснила, что бухгалтерская документация на (дата) находилась в не подшитом и не пронумерованном виде. Указанные пояснения подтверждают доводы осужденной о подписании ею ряда документов в тот период, когда она уже не работала. Чему судом оценки не дано. Оставлены судом без внимания доказательства стороны защиты о том, что свидетель Н.2 привозила осужденной на подпись бухгалтерские документы (дата), среди которых находились и приходные кассовые ордера. При этом, при оценке доказательств суд проигнорировал положения ст.14 УПК РФ, поскольку сомнения в выводах почерковедческих, психофизиологических исследований и экспертиз истолковал не в пользу Мусаевой Э.Н., а в пользу обвинения. Не должно приниматься во внимание и заключение судебно-бухгалтерской экспертизы, поскольку из показаний эксперта П.5 следует, что указанная экспертиза проводилась не на основании первичных документов, а на основании не заверенной карточки счета №. При этом, в экспертизе не отражено и не установлено, что в кассу <данные изъяты> в (дата) были оприходованы денежные средства по приходным кассовым ордерам с № по №. Приходные кассовые ордера за № вообще отсутствуют, хотя из бухгалтерских документов следует, что такие ордера выписывались и по ним поступали денежные средства. Судом не дано оценки тому обстоятельству, что органами следствия не выяснялся вопрос оприходования денежных средств <данные изъяты> Р.1, З.2, В., К.4, Т. по приведенным кассовым ордерам. Защита полагает, что положенные в качестве доказательств обвинения показания свидетелей К.2, Ц. и Щ. не подтверждают вину осужденной. При этом, последний вообще указал на факты пропажи членских взносов, передаваемых в бухгалтерию через сотрудников <данные изъяты>. Помимо этого, обвинение построено на недопустимых доказательствах, среди которых справка эксперта № (т.2 л.д.52); заключения экспертов № (т.4 л.д.58), №(т.4 л.д.32-51), № (т.4 л.д.5) и № (т.4 л.д.15-19); акты проверки финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты> по (дата) и сверки взаимных расчетов <данные изъяты> В.; приходные кассовые ордера № квитанции к приходным кассовым ордерам № копии квитанций к приходным кассовым ордерам № образцы оттиска печати бухгалтерии <данные изъяты> и <данные изъяты> <адрес>; отчеты об объеме совершенных нотариальных действий <данные изъяты> З.2, Т., П.1. Авторы жалобы обращают внимание на нарушение следователем норм УПК РФ при изъятии бухгалтерских и других документов, поскольку имело место лишь изъятие папок первичных кассовых документов (без указания их индивидуальных признаков) с приложениями, анализы и карточки счета №, а также отчеты кассира без обозначения их наименований. В связи с чем, невозможно определить, какие именно документы были изъяты и направлены для проведения экспертиз. Учитывая вышеизложенное все квитанции, кассовые ордера, акты проверок и сверок, образцы оттиска печатей <данные изъяты>; отчеты об объеме совершенных <данные изъяты>, а также проведенные на их основании экспертизы являются недопустимыми доказательствами. Помимо этого, адвокаты обращают внимание на проведение экспертизы № на основании копий квитанций к приходным кассовым ордерам без учета приходных кассовых ордеров №; на отличия способа упаковки кассовых ордеров № во время проведения экспертизы № и после нее (вначале в скоросшивателях, а затем в подклеенном виде); на проведение экспертизы № позднее экспертизы №; на не направление образцов оттиска печатей <данные изъяты> на экспертизу № (что следует из постановления следователя о назначении этой экспертизы - т.4 л.д.12). Пояснения следователя Ф. относительно опознания ею приведенных кассовых ордеров противоречит ее же показаниям о том, что она не участвовала в их выемке, направлении эксперту, осмотре и приобщении к материалам дела. Кроме того, судом не дано оценки представленным стороной защиты доказательствам: показаниям свидетелей Ю., А., Б.1, С. и самой Мусаевой Э.Н. относительно обстоятельств ее приема на работу; принятия денежных средств не только главным бухгалтером, но и другими лицами <данные изъяты>; имевшем факте пропажи денег у одного из <данные изъяты>; о подписании ряда бухгалтерских документов уже после увольнения по просьбе девушки <данные изъяты>; о нецелевом расходовании денежных средств президентом <данные изъяты> и о надлежащем оформлении Мусаевой Э.Н. принятых от нотариусов денежных средств.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя адвокаты полагают, что судом правильно исключено из обвинения Мусаевой Э.Н. присвоение денежных средств по эпизодам от (дата) (<данные изъяты> П.2 и М.1) и от (дата) (<данные изъяты> Т.).

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, а также глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Выводы суда о виновности осужденной при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание которых в приговоре раскрыто. Каждое доказательство (представленное, как стороной обвинения, так и стороной защиты) оценено судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для постановления обвинительного приговора, как того требует ст.88 УПК РФ. Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств изложены в приговоре, как это предусмотрено ст.307 УПК РФ.

Суд надлежащим образом проверил версию стороны защиты о непричастности Мусаевой Э.Н.г. к совершению преступления, к которой обоснованно отнесся критически, поскольку она противоречит установленным по делу фактическим обстоятельствам, которые основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах:

- показаниях представителя потерпевших К.1 о порядке внесения <данные изъяты> края на основании <данные изъяты> членских взносов и их размере в зависимости от количества совершенных <данные изъяты> действий, что должно быть подтверждено соответствующим отчетом; о выявлении в ходе проверки финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты> (дата) расхождений между общим годовым доходом <данные изъяты> и зафиксированным доходов в годовом отчете <данные изъяты>; о причинении противоправными действиями бывшего главного бухгалтера <данные изъяты> Мусаевой ущерба на сумму № рублей;

- показаниях представителя потерпевших С.1 о порядке приема членских взносов от <данные изъяты>, в том числе и путем внесения наличных денег в кассу <данные изъяты>; а также о возможности внесения изменений в бухгалтерские документы через программу «1С Бухгалтерия», но лишь прошедшим соответствующее обучение человеком;

- показаниях свидетеля К.6 об обстоятельствах приема на работу в качестве главного бухгалтера <данные изъяты> Мусаевой и ее рабочем месте; порядке внесения и размере членских взносов <данные изъяты>, исходя из объема совершенных <данные изъяты> действий на основании отчета; порядке составления и направления Мусаевой актов сверки <данные изъяты> по итогам года; порядке работы кассы, а также об обнаружении в ходе проведенной Федеральной налоговой палатой проверки различий между показателями взносов отдельных <данные изъяты> с имеющимися в <данные изъяты> показателями, имеющимися в бухгалтерии; в результате чего ревизионной комиссией было выявлено хищение Мусаевой денежных средств;

- показаниях свидетелей П.1, Т., В., Р.1, К.4, З.2 о внесении ими (дата) ежемесячных членских взносов в <данные изъяты> в размере 5% от валового дохода <данные изъяты> за месяц, которые они лично либо через представителей отдавали главному бухгалтеру Мусаевой, получая взамен квитанцию. При этом, П.1 внесла (дата) № рублей, получив квитанцию к приходному кассовому ордеру №; Т. внес (дата) № рублей и (дата) № рублей, получив квитанции к приходному кассовому ордеру № и № соответственно; В. внесла через К. (дата) № рублей, получив квитанцию к приходному кассовому ордеру №; Р.1 внесла через Б. (дата) № рублей, получив квитанцию к приходному кассовому ордеру №; К.4 внесла (дата) № рублей, получив квитанцию к приходному кассовому ордеру №; З.2 внесла через З.1 (дата) № рублей, получив квитанцию к приходному кассовому ордеру №, и (дата) – № рублей, получив квитанцию к приходному кассовому ордеру №. Впоследствии в ходе проверки финансово-хозяйственной деятельности узнали, что их деньги в полном объеме в кассу <данные изъяты> не поступили.

- показаниях свидетелей К., Б., З.1 о передаче ими по поручению <данные изъяты> членских взносов и отчетов Мусаевой, которая взамен отдавала им квитанции к приходно-кассовым ордерам;

- показаниях свидетелей А.1, Л., М.1, П.2, П.3, Ф.1, К.3, М.2, К.5 о внесении ими членских взносов в кассу <данные изъяты>, передавая деньги Мусаевой, иногда и вместе с отчетом.

- показаниях свидетеля Щ. о том, что в период его работы (дата) в <данные изъяты> в качестве исполнительного директора он общался с главным бухгалтером Мусаевой по вопросу уплаты членских взносов <данные изъяты>, которая по окончанию каждого месяца предоставляла об этом сведения. Мусаева работа в отдельном кабинете, куда посторонние не имели доступа; обслуживающие программу «1С бухгалтерия» работники занимались этим в присутствии работника. Отчеты <данные изъяты> об объеме выполненных нотариальных действий сдавались бухгалтеру, а офис-менеджер Н.2 лишь регистрировала их;

- показаниях свидетеля Р. о том, что (дата) он работал системным администратором в <данные изъяты> и давал консультации Мусаевой по работе программы «1С бухгалтерия», где возможно изменение документов, в том числе времени и дате создания. Больше никого из сотрудников в период работы Мусаевой он по указанной программе не консультировал. При увольнении Мусаева просила его уничтожить базу программы, чего он не сделал. Специальные системы, которые бы позволяли определить факт внесения изменений, на компьютерах <данные изъяты> не имелись.

- показаниях свидетеля Ц. о том, что в период исполнения обязанностей бухгалтера вместо Мусаевой, она работала на ее компьютере, оформляя документы способом, который показала ей последняя, которой она и передала после выхода все документы (дата). Никаких исправлений в бухгалтерские документы она не вносила. Обязанности Мусаевой также исполняли Н.2 и М.; а после увольнения Мусаевой бухгалтером работала Ж.;

- показаниях свидетелей Н. и П., которые в (дата) году замещали Мусаеву, принимая членские взносы, проводя их соответствующим образом; от Мусаевой по поводу оформления документов замечаний не поступало. Никаких изменений в документы они не вносили, и домой к Мусаевой не ездили;

- показаниях свидетеля Ж. о том, что в <данные изъяты> на должности главного бухгалтера и по совместительству кассира она работала после увольнения Мусаевой в период с (дата) года. Кассу <данные изъяты> она принимала у исполняющей обязанности кассира Н.2, остатки по документам сошлись. В ходе ревизионной проверки была обнаружена недостача, т.к. при сверке актов с <данные изъяты> установлены факты отражения в бухгалтерии другой суммы, чем у <данные изъяты>, либо суммы вообще не оприходывались. В связи с этим пришлось восстанавливать бухгалтерию. Внести изменения в программу «1С Бухгалтерия» до сформирования отчета за день, но не позже, т.к. в последнем случае пойдут разночтения остатков на конец дня и на начало. Все кассовые документы, в том числе отчеты, были сделаны во время работы Мусаевой. Она никаких документов, ранее созданных Мусаевой, не подделывала, изменений не вносила и не видела, чтобы это кто-то делал.

- показаниях свидетеля Н.2, которая во время работы (дата) в <данные изъяты> офис-менеджером, а затем методистом принимала от <данные изъяты> либо их представителей отчеты, которые после регистрации в журнале, передавала в бухгалтерию. Иногда отчеты передавались сразу бухгалтеру, а затем только она их регистрировала. Свободного доступа в кабинет бухгалтера не было, ключ от кабинета ей давали, когда она замещала Мусаеву по приказу. В этот период она принимала взносы от <данные изъяты>, которые оформляла соответствующим образом. Программой «1С Бухгалтерия» она владеет плохо и по ее применению звонила Мусаевой. После увольнения Мусаевой она никакие документы ей на подпись не привозила;

- показаниях свидетелей К.2 и М.4 о проведении аудиторской проверки <данные изъяты>, в ходе которой было выявлено грубое нарушение ведения бухгалтерского учета доходов и расходов, неправильное оформление приходно-кассовых ордеров. Проверка проводилась на основании предоставленных документов, среди которых находились и месячные отчеты <данные изъяты> об объеме и тарифе <данные изъяты> действий с подписями бухгалтера;

- показаниях экспертов К.7 и Н.1 об обстоятельствах проведения почерковедческой и технико-криминалистической экспертиз, в том числе об упаковке поступивших на исследование объектов, описание которых совпадало с указанным в постановлении перечнем;

- показаниях эксперта П.5 о проведении бухгалтерской экспертизы по вопросу оприходования денежных средств в кассу <данные изъяты> на основании документов, которые поступили в папках в прошитом и пронумерованном виде;

- показаниях свидетеля Г. об особенностях работы по программе «1С», в том числе о возможности внесения изменения в ходе проведения бухгалтерских операций и распечатке документов без их сохранения в программе; в этом случае можно отследить время, дату и лицо, которое изменило документ, но нельзя увидеть цифры, буквы и суммы документа.

- показаниях специалиста П.4 о методике определения периода подписания документов в случае использования пасты шариковой ручки и невозможности отличить время заполнения документов (дата) из-за давности времени и летучести входящие в состав пасты шариковой ручки растворителей. Исходя из разницы в толщине и морфологии штриха, а также оттенка пасты, в приходных кассовых ордерах (дата) подписи бухгалтера выполнены разными пишущими приборами;

- протоколах изъятия в <данные изъяты> бухгалтерских документов;

- заключении эксперта № о нанесении оттисков печати в представленных на исследование квитанциях к приходным кассовым ордерам а также акте сверки взаимных расчетов между <данные изъяты> и <данные изъяты> В. печатью <данные изъяты>;

- заключении эксперта № о выполнении в представленных на исследование квитанциях к приходным кассовым ордерам; в акте сверки взаимных расчетов; корешке чека № подписи от имени Мусаевой именно Мусаевой Э.Н.г.;

- заключении эксперта №, согласно которому денежные средства в кассу <данные изъяты> по квитанциям к приходным кассовым ордерам: № от (дата) на сумму № рублей и № от (дата) на сумму № рублей от З.2; № от (дата) на сумму № рублей от В.; № от (дата) на сумму № рублей от К.4; № от (дата) на сумму № рублей от Р.1; № от (дата) на сумму № рублей и № от (дата) на сумму № рублей от Т.; № от (дата) на сумму № рублей от П.1 - не поступали. Разница между суммой денежных средств, поступивших в кассу <данные изъяты> с основанием «членские взносы за сентябрь» от З.2 и суммой денежных средств, отраженной в квитанции к ПКО № от (дата), составила № рублей; разница между суммой денежных средств поступивших в кассу <данные изъяты> с основанием «членские взносы за декабрь» от Т., и суммой денежных средств, отраженной в квитанции к ПКО № от (дата), составила № рублей; разница между суммой денежных средств, поступивших в кассу <данные изъяты> с основанием «членские взносы за декабрь» от П.1, и суммой денежных средств, отраженной в квитанции к ПКО № от (дата) составила № рублей;

- заключении эксперта №, согласно которому имели место исправления в отчетах об объеме совершенных <данные изъяты> действий <данные изъяты> З.2 от (дата) (вместо №); <данные изъяты> Т. за (дата) года (вместо №); <данные изъяты> П.1 за (дата) года (вместо №); а также в приходных кассовых ордерах № от (дата) (вместо № рублей), № от (дата) (вместо № рублей), № от (дата) (вместо № рублей);

- заключениях эксперта № и №, согласно которым рукописные записи и подписи от имени Мусаевой Э.Н.г. в отчете об объеме совершенных <данные изъяты> действий (дата) года <данные изъяты> Т.; отчетах кассира <данные изъяты> за указанные в приговоре периоды времени; а также в обозначенных приходных кассовых ордерах - выполнены осужденной;

- актах сверок взаимных расчетов, отчетов об объеме совершенных нотариальных действий <данные изъяты> П.1, Т., В., Р.1, К.4, З.2;

- актах проверки финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты> по факту несоответствия данных бухгалтерского учета и сведений <данные изъяты> о валовом доходе (дата);

- документах, подтверждающих факт приема Мусаевой Э.Н.г. на должность главного бухгалтера с (дата); ее должностные обязанности и полную индивидуальную материальную ответственность, а также ее увольнение с (дата);

- иных исследованных в судебном заседании доказательствах.

Судом дана надлежащая оценка всем представленным, как стороной обвинения, так и стороной защиты, доказательствам.

При этом, судом достоверно установлено, что Мусаева Э.Н.г. присвоила внесенные в кассу <данные изъяты> в качестве членских взносов <данные изъяты> Р.1, В., К.4, Т., З.2 и П.1 денежные средства, внеся соответствующие изменения в бухгалтерские документы.

Так, факты внесения в кассу <данные изъяты> денежных средств (дата) Р.1; (дата) В. и К.4; (дата) Т. и (дата) З.2 осужденная вообще скрыла, оформив на выданные им приходные кассовые ордера иные денежные средства, поступившие от других <данные изъяты> в тот же день (на № от (дата) – от А.1; на № от (дата) – от К.3; на № от (дата) – от М.2; на № от (дата) – от К.5; на № от (дата) – от Л.); а суммы внесенных З.2 ((дата)), П.1 и Т. ((дата)) денежных средств занизила, исправив на меньшую в приходных кассовых ордерах и в отчетах о валовом доходе за соответствующий период (у З.2 – с №; у П.1 – №; у Т. с № рублей).

Данные обстоятельства подтверждены: показаниями свидетелей Б., З.1, К., К.4, Т., З.2 и П.1 (о передаче именно осужденной указанных в описательно-мотивировочной части приговора денежных средств в качестве членских взносов); квитанциями к приходным кассовым ордерам № от (дата) на имя Р.1; № от (дата) на имя З.2 на сумму № рублей, №№,781 от (дата) на имя В. и К.4 соответственно; № от (дата) на имя Т., № от (дата) на имя З.2, №№,913 от (дата) на имя Т. на сумму № рублей и П.1 на сумму № рублей соответственно (подтверждающими факт внесения обозначенных свидетелями денежных средств в указанные ими дни в кассу <данные изъяты>); показаниями свидетелей А.1, К.3, М.2, К.5 и Л. (о внесении денежных средств в качестве членских взносов в те же дни по тем же квитанциям, что и <данные изъяты> Р.1, В., К.4, Т., З.2); квитанциями к приходным кассовым ордерам № от (дата) на имя А.1; №№,781 от (дата) на имя К.3 и М.2 соответственно; № от (дата) на имя К.5, № от (дата) на имя Л. (подтверждающими факт внесения обозначенных свидетелями денежных средств в указанные ими дни в кассу <данные изъяты>); квитанциями к приходным кассовым ордерам № от (дата) на имя З.2 на сумму № рублей, № от (дата) на имя Т. на сумму № рублей и № от (дата) на имя П.1 на сумму № рублей; заключением эксперта № (о выполнении подписи от имени Мусаевой Э.Н.г. как в изъятых у <данные изъяты> квитанциях, так и в изъятых в <данные изъяты>, а также в актах сверки взаимных расчетов именно осужденной;); заключением эксперта № (о не поступлении в кассу <данные изъяты> денежных средств по указанным в приговоре квитанциям в обозначенные дни от <данные изъяты> Р.1, В., К.4, Т., З.2 и о разнице между поступившей в кассу <данные изъяты> суммой денежных средств и суммой денежных средств, отраженных в изъятых у З.2, Т., П.1 квитанциях к ПКО №, № и № соответственно); заключением эксперта № (о внесении исправлений в изъятые в <данные изъяты> приходные кассовые ордера №, № и №; а также в отчеты об объеме совершенных <данные изъяты> действий <данные изъяты> З.2, Т. и П.1).

Свой вывод о критическом отношении к показаниям Мусаевой Э.Н.г. о непричастности ее к хищению денежных средств <данные изъяты>, суд мотивировал надлежащим образом, с чем соглашается и судебная коллегия.

При этом, предметом рассмотрения суда первой инстанции являлись и приведенные в апелляционной жалобе доводы стороны защиты о подписании осужденной бухгалтерских документов после ее увольнения в один период времени; о не установлении факта внесения Мусаевой Э.Н.г. изменений в данные бухучета и времени возникновения у нее преступного умысла; о доступе к компьютеру главного бухгалтера <данные изъяты> неограниченного круга лиц (как сотрудников палаты, так и других) и возможности внесения в используемую бухгалтерией программу «1С бухгалтерия» изменений в любое время; и другие. Выводы суда основаны на представленных сторонами доказательствах, с указанием мотивов принятого решения.

При этом, указание суда на отсутствие доступа к компьютеру Мусаевой Э.Н. посторонних лиц, вопреки доводам жалобы, не противоречит выводу суда о возможности внесения изменений в бухгалтерскую программу специалистом, обладающим специальными познаниями.

Мнение адвокатов о наличии в компьютере <данные изъяты> информации о внесении денежных средств (дата) и (дата) (по приходным кассовым ордерам №) в первоначальном виде, является голословным. Напротив, исследованными в судебном заседании доказательствами установлено, что именно в указанные ордера и приложенные к ним отчеты Мусаева Э.Н.г. внесла соответствующие изменения. Именно в результате актов сверок данных, зафиксированных в <данные изъяты>, с имеющимися данными <данные изъяты> и были выявлены факты присвоения осужденной денежных средств.

Проведение проверок финансовой деятельности <данные изъяты> по итогам каждого года и не своевременное установление фактов хищения не влияет на существо принятого судом решения, поскольку осужденная присваивала денежные средства, скрывая сам факт внесения рядом <данные изъяты> членских взносов, либо внося изменения в квитанции и отчеты об объеме совершенных <данные изъяты> действий в сторону уменьшения.

Принятие Мусаевой Э.Н.г. денежных средств у нотариусов в соответствии с установленными законом правилами приема наличных денег, вопреки доводам жалобы, не свидетельствуют об отсутствии в действиях осужденной признаков хищения.

Вопреки доводам жалобы адвокатов, показания свидетелей Н.2, Н., П. и Ж. (в том числе и по вопросу принятия бухгалтерской документации последними) не являются противоречивыми и согласуются, как друг с другом, так и с иными доказательствами, в том числе бухгалтерскими документами и заключениями экспертиз.

Ссылка защиты на заключения психолого-физиологических исследований с использованием полиграфа (как в отношении Мусаевой Э.Н.г., так и Н.2) не состоятельна, и указанные заключения правильно не приняты судом во внимание, поскольку по смыслу закона не являются доказательствами. Кроме того, как верно отметил суд, выводы специалистов вероятностны и основаны на психофизиологических реакциях обозначенных лиц при их опросах с использованием полиграфа, которые сделаны в период либо непосредственно после медикаментозного лечения.

Иные доводы жалобы адвокатов (не установление факта оприходования нотариусами денежных средств, отсутствие в бухгалтерских документах приходных кассовых ордеров № за (дата) года и папки «Первичные кассовые документы и приложения к ним (дата)», факт пропажи членского взноса одного из <данные изъяты> после увольнения Мусаевой; принятие денег другими лицами <данные изъяты>; нецелевое расходование денежных средств президентом <данные изъяты> и другие), не влияет на законность и обоснованность настоящего приговора. Кроме того, осужденная не признана виновной за хищение денежных средств по приведенным в жалобе ордерам.

Вопреки доводам жалобы, суд правильно указал на допущение органами следствия технической опечатки по факту хищения от (дата) при указании приобщенного к первичным бухгалтерским документам <данные изъяты> номера приходного кассового ордера (вместо № от (дата) - № от (дата)). Так, из исследованных в судебном заседании доказательств усматривается, что Мусаева Э.Н.г. скрыла факт поступления членского взноса от <данные изъяты> Т. по приходному кассовому ордеру № от (дата), оформив на этот ордер поступившие в качестве оплаты членского взноса <данные изъяты> К.5 денежные средства. При этом, и из предъявленного обвинения, усматривается, что получив от Т. денежные средства и выписав тому приходный кассовый ордер № от (дата), Мусаева Э.Н.г. желая скрыть этот факт, оформила поступление членского взноса от К.5 по указанному приходному кассовому ордеру.

Судебная коллегия находит не состоятельными утверждения адвокатов о нарушении уголовно – процессуального закона органами предварительного расследования и судом.

    Так, вопреки доводам жалобы, изъятие в <данные изъяты> бухгалтерских и иных документов, образцов оттиска печати, а также их направление на экспертизу было проведено в соответствие с требованиями уголовно-процессуального закона. Данные вопросы, в том числе и относительно нумерации документов в папках, являлись предметом исследования суда, который дал надлежащую оценку всем доводам стороны защиты, среди которых и приведенные в апелляционной жалобе.

    Суд правильно не установил оснований для признания не допустимыми заключений экспертиз, поскольку все они проведены в соответствии с требованиями главы 27 УПК РФ. Сомневаться в компетентности экспертов, участвовавших в проведении экспертиз, у суда оснований не имелось, т.к. они проведены квалифицированными специалистами в различных областях, имеющими большой опыт экспертной работы. Все материалы на исследование экспертов поступили в упакованном и надлежащим образом заверенном виде, что следует и из содержания экспертиз, и из пояснений допрошенных в судебном заседании экспертов. Все заключения экспертиз составлены в соответствии со ст.204 УПК РФ.

Все заявленные сторонами ходатайства, в том числе и стороны защиты о назначении криминалистической, компьютерной и бухгалтерской экспертиз, разрешены судом в соответствии с требованиями закона, с изложением мотивов принятого решения.

Ссылка адвокатов на заключение № от (дата), проведенное по иному делу, не состоятельна и не является основанием для признания показаний свидетеля Г. недопустимыми.

Не состоятельными находит судебная коллегия доводы апелляционного представления о необоснованном исключении из обвинения Мусаевой Э.Н.г. фактов хищения денежных средств, совершенных (дата) в сумме № рублей (внесенных <данные изъяты> П.2) и в сумме № рублей (внесенных М.1) и (дата) в сумме № рублей (внесенных Т.).

При этом вопреки доводам представления, суд дал надлежащую оценку представленным стороной обвинения доказательствам относительно предъявленного Мусаевой Э.Н.г. по обозначенным фактам обвинения, в том числе и показаниям приведенных в представлении свидетелей, представителей потерпевшего и заключению бухгалтерской экспертизы.

Учитывая отсутствие приведенных в обвинительном заключении приходных кассовых ордеров по обозначенным фактам хищений, и проведение экспертизы только на основе компьютерной бухгалтерской отчетности (которая была представлена спустя длительное время после увольнения Мусаевой Э.Н.г.), притом, что она (по показаниям свидетелей и специалистов) могла и изменяться, и не соответствовать первичной кассовой документации, суд пришел к правильному выводу об отсутствии доказательств, которые могли бы с достоверностью свидетельствовать как о совершении Мусаевой Э.Н.г. хищений при указанных обвинением обстоятельствах, так и о наличии самих фактах таких хищений.

В связи с чем, суд, руководствуясь положениями ст.14 УПК РФ правильно исключил из обвинения осужденной факты совершения ею хищений (дата) (<данные изъяты> П.2), (дата) (<данные изъяты> М.1) и (дата) (<данные изъяты> Т.).

Таким образом, оценив тщательно и всесторонне исследованные и представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Мусаевой Э.Н.г в содеянном и правильно квалифицировал ее действия по ч.3 ст.160 УК РФ (в редакции Федерального закона РФ №26-ФЗ от 07 марта 2011 года) как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения.

Наказание Мусаевой Э.Н.г. назначено в соответствии со ст.60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, данных о личности виновной, смягчающих обстоятельств, а также влияния назначаемого наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи.

Судом в полной мере признаны и учтены в качестве смягчающих наказание осужденной обстоятельств: наличие малолетнего ребенка, состояние здоровья самой Мусаевой Э.Н.г. и ее близких, а также привлечение к уголовной ответственности впервые.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время и после совершения преступлений, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, предусмотренных ст.64 УК РФ, суд обоснованно не усмотрел. Не находит таковых и судебная коллегия.

    Решение суда о назначении такого вида наказания, как лишение свободы, как и отсутствие оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ, мотивировано в приговоре в достаточной степени, с чем соглашается и судебная коллегия.

    Назначенное судом наказание соответствует тяжести совершенного преступления, личности осужденной и не является несправедливым. Оснований для его смягчения судебная коллегия не усматривает, поскольку оно определено не в максимальном размере санкции, предусмотренной ч.3 ст.160 УК РФ, и с применением положений ст.73 УК РФ.

Вместе с тем, судебная коллегия находит приговор суда подлежащим изменению.

Так, согласно предъявленному обвинению и исследованным в судебном заседании доказательствам следует, что приходный кассовый ордер № был составлен и распечатан Мусаевой Э.Н.г. (дата), а сумма валового дохода в отчете <данные изъяты> З.2 исправлена ею на № рублей. Суд же указал, что обозначенный ордер был составлен и распечатан (дата), а сума валового дохода исправлена на № рулей.

В связи с чем, указание суда на дату составления приходного кассового ордера № и сумму исправленного валового дохода в отчете <данные изъяты> З.2 по факту присвоения от (дата), судебная коллегия расценивает технической ошибкой, и полагает необходимым приговор в этой части уточнить.

Иных оснований для изменения приговора, либо нарушений уголовно – процессуального закона, Конституции Российской Федерации (как о том указывают авторы апелляционной жалобы) судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст.ст.389.13, п.1 ч.1 ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Центрального районного суда г.Барнаула Алтайского края от 16 мая 2013 года в отношении Мусаевой Э.Н. изменить.

Считать правильным в описательно-мотивировочной части приговора, что приходный кассовый ордер № Мусаева Э.Н.г. составила и распечатала (дата); а сумму валового дохода в отчете <данные изъяты> З.2 по факту присвоения от (дата) исправила с № рублей на № рублей.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя, апелляционную жалобу адвокатов Бутакова М.И. и Татарниковой А.В. - без удовлетворения.

Председательствующий:                    Э.В. Владимирова

Судьи:                                Л.А. Ведищева

                                    И.А. Моисеева