НАЛОГИ И ПРАВО
НАЛОГОВОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО КОММЕНТАРИИ И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ИЗМЕНЕНИЯ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ
Налоговый кодекс
Минфин РФ

ФНС РФ

Кодексы РФ

Подборки

Популярные материалы

Решение Суда по интеллектуальным правам от 03.12.2020 № СИП-676/19

СУД ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫМ ПРАВАМ

Огородный проезд, д. 5 стр. 2, Москва, 127254

http://ipc.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Москва  4 декабря 2020 года Дело № СИП-676/2019 

Резолютивная часть решения объявлена 3 декабря 2020 года.  Полный текст решения изготовлен 4 декабря 2020 года.  

Суд по интеллектуальным правам в составе:
председательствующего судьи Снегура А.А.,
судей Борисовой Ю.В., Мындря Д.И.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного  заседания Далгатовым М.Р. 

рассмотрел в открытом судебном заседании заявление общества  с ограниченной ответственностью «ПРОМИНТЕХ» (ул. Менделеева, д.  217, корп. А, эт. 3, пом. № 1, г. Уфа, Республика Башкортостан, 450071,  ОГРН 1025901224007) о признании незаконным решения Федеральной  службы по интеллектуальной собственности от 20.05.2019  об удовлетворении возражения против выдачи патента Российской  Федерации № 2400518 на изобретение «Способ получения коксующей  добавки замедленным коксованием». 

 К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено  публичное акционерное общество акционерная нефтяная компания  «Башнефть» (ул. Карла Маркса, д. 30, корп. 1, г. Уфа, Республика 


Башкортостан, 450077, ОГРН 1020202555240), 

В судебном заседании приняли участие представители:

от общества с ограниченной ответственностью «ПРОМИНТЕХ» –  Мустаев И.М. (по доверенности от 12.05.2020 № 52-2/6833), Фадеев Д.А.  (по доверенности от 27.09.2019 № 52-2/6590), Шахова Г.Н. (по  доверенности от 09.01.2020 № 52-2/6711), Лысенко А.В. (по доверенности  от 02.11.2020 № 52-2/6980/1); 

от Федеральной службы по интеллектуальной собственности –  Сенчихин М.С. (по доверенности от 07.04.2020 № 01/32-266/41); 

от публичного акционерного общества акционерная нефтяная компания  «Башнефть» – Громов А.А. (по доверенности от 26.12.2019   № ДОВ/8/296/19), Пфейфер Е.Г. (по доверенности от 06.09.2019   № ДОВ/8/176/19), Стукалова В.В. и Вилесов А.С. (по совместной  доверенности от 08.10.2019 № ДОВ/8/184/19), Кухта М.И. (по  доверенности от 26.12.2019 № ДОВ/8/294/19). 

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ПРОМИНТЕХ» (далее –  общество «ПРОМИНТЕХ») обратилось в Суд по интеллектуальным  правам с заявлением о признании незаконным решения Федеральной  службы по интеллектуальной собственности (Роспатента) от 20.05.2019 об  удовлетворении возражения против выдачи патента Российской  Федерации № 2400518 на изобретение «Способ получения коксующей  добавки замедленным коксованием», об обязании Роспатента отменить  запись об аннулировании патента Российской Федерации № 2400518 на  изобретение «Способ получения коксуюшей добавки замедленным  коксованием» в связи с признанием его недействительным полностью,  внесенную в Государственный реестр изобретений Российской Федерации  (далее – Госреестр) 20.05.2019, и восстановить действие названного  патента, об обязании Роспатента опубликовать в бюллетене Роспатента 


публикацию об отмене записи об аннулировании указанного патента в  связи с признанием его недействительным полностью, внесенной в  Госреестр 20.05.2019, и восстановить действие названного патента. 

В порядке, предусмотренном статьей 51 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в  качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное  общество акционерная нефтяная компания «Башнефть» (далее – общество  «Башнефть»). 

В обоснование заявленных требований общество «ПРОМИНТЕХ»  ссылается на то, что податель возражения в период с 25.01.2012 по  31.08.2018 состоял с патентообладателем спорного изобретения в  договорных отношениях по использованию этого изобретения на  установках замедленного коксования, тем самым признавая  исключительное право общества «ПРОМИНТЕХ» на данное изобретение.  В связи с этим, по мнению общества «ПРОМИНТЕХ», действия общества  «Башнефть» по подаче возражения против выдачи патента на спорное  изобретение следует квалифицировать как злоупотребление правом. 

Заявитель обращает внимание на допущенные Роспатентом  нарушения Правил подачи возражений и заявлений и их рассмотрения в  Палате по патентным спорам, утвержденных приказом Российского  агентства по патентам и товарным знакам от 22.04.2003 № 56 (далее –  Правила № 56), которые, с его точки зрения, выразились в следующем:  формировании состава коллегии Палаты по патентным спорам из числа  лиц, не обладающих необходимыми знаниями в области нефтепереработки  и черной металлургии (в части производства металлургического кокса);  непривлечении независимого специалиста (эксперта) в этой области  техники; принятии дополнительных материалов, оформленных как  пояснения на отзыв патентообладателя и письменно изложенный доклад  (выступление) представителя лица, подавшего возражение, которые по 


существу изменили и дополнили мотивы, приведенные в первоначальном  возражении; предоставлении представителям патентообладателя  незначительного времени на ознакомление с указанными  дополнительными материалами; лишении представителей  патентообладателя возможности возражать против приобщения  дополнительных документов; непредоставлении патентообладателю  возможности внести изменения в формулу спорного изобретения. 

По мнению общества «ПРОМИНТЕХ», Роспатент не принял во  внимание, что «спекаемость» и «коксуемость» являются разными  понятиями, а «спекающая добавка» и «коксующая добавка» – продуктами,  имеющими различное назначение. 

Выражая несогласие с выводом Роспатента о несоответствии  спорного изобретения условию патентоспособности «изобретательский  уровень», общество «ПРОМИНТЕХ» отмечает, что ни из одного из  противопоставленных спорному изобретению источников информации не  следует известность признака «подачи сырья коксования с температурой  450-470 °С, предпочтительно с температурой 455-465 °С» и  функционально связанного с этим признаком «коэффициент рециркуляции  составляет не более 1,2» для получения нефтяного кокса с содержанием  летучих веществ 15,5-21%, то есть коксующей добавки. 

Заявитель считает, что влияние вышеназванных отличительных  признаков формулы спорного изобретения на указанный заявителем  технический результат выражается в том, что по сравнению с наиболее  близким аналогом (патентом Российской Федерации № 2296151) –  способом получения двух видов нефтяного кокса замедленным  коксованием при подаче сырья в камеру коксования при температуре 475485 °С, а именно: нефтяного кокса с низким содержанием летучих веществ  (9-11%) в нижней части камеры коксования и нефтяного кокса с высоким  содержанием летучих веществ (15-19%) в верхней части камеры  коксования, использование спорного изобретения приводит к достижению 


заявленного технического результата – повышению выхода кокса с  высоким содержанием летучих веществ (15,5-21%), то есть нефтяного  кокса, пригодного для использования в качестве коксующей добавки. 

С точки зрения общества «ПРОМИНТЕХ», при анализе признаков  отличительной части формулы спорного изобретения и их влияния на  указанный в описании к этому изобретению технический результат,  Роспатент не принял во внимание, что в спорном изобретении речь идет не  просто о нефтяном коксе с любым содержанием летучих веществ, а  именно о коксующей добавке, то есть о нефтяном коксе с высоким  содержанием летучих веществ (15,5-21%), предназначенном для  использования в качестве коксующего компонента шихты, в результате  чего был сделан вывод об известности отличительного признака формулы  «в камеру коксования сырье подают с температурой 450-470 °С» из  источника информации [1] (Стехун А.И. и др., «Проблемы производства  нефтяного кокса», статья «Разработка технологии получения нефтяного  кокса, обогащенного летучими компонентами», М., ЦНИИТЭНефтехим,  1987 г., стр. 164-169), в котором якобы раскрыт «способ замедленного  коксования нефтяных остатков для получения кокса, обогащенного  летучими веществами, используемого в качестве добавки к коксуемым  углям. 

По утверждению заявителя, в источнике информации [1] указано  лишь то, что были проведены исследования на пилотной установке с  целью выбора оптимального температурного режима для получения кокса  с повышенным содержанием летучих веществ, для этого в камерах  коксования температуру изменяли в пределах от 400 до 465 °С, то есть  указанный интервал температур °С в источнике информации [1] – это  интервал, в пределах которого проводились исследования, а не интервал, в  пределах которого зафиксировано получение нефтяного кокса с  повышенным содержанием летучих веществ (15,5-21,0%) при  температурах 450-470 °С. 


Общество «ПРОМИНТЕХ» ссылается на то, что на странице 165  источника информации [1] повышение содержания летучих веществ с 11,7  до 50% было отмечено только при снижении температуры с 457 до 408 °С,  и при этом не указано, в каком интервале температур было обеспечено  получение нефтяного кокса с повышенным содержанием летучих веществ,  а именно с содержанием летучих веществ 15,5-21%, как в спорном  изобретении. 

Таким образом, по мнению заявителя, в источнике информации [1]  не раскрыт способ получения коксующей добавки – нефтяного кокса с  содержанием летучих веществ 15,5-21% при температуре подачи сырья в  камеру коксования в интервале 450-470 °С. 

При этом общество «ПРОМИНТЕХ» утверждает, что способ по  источнику информации [1] относится к способу получения спекающей  добавки и не относится к способу получения коксующей добавки, а также  не содержит признак «в камеру коксования сырье подают с температурой  450-470°С». 

Заявитель обращает внимание на то, что спекающие добавки служат  для замены спекающихся углей, а значит, хорошо спекаются, но  качественного кокса не дают, тогда как коксующие добавки служат для  замены коксующих (коксовых) углей, обладают и спекающими, и  коксующими и отощающими свойствами и, следовательно, дают при  коксовании доменный кокс необходимого качества, в связи с чем очень  важно различать в смысловом содержании понятия «коксуемость» и  «спекаемость», а также термины «коксующая добавка» и «спекающая  добавка». 

Не соглашаясь с выводами Роспатента о том, что источники  информации, содержащиеся в материалах дела, не подтверждают, что до  даты приоритета спорного изобретения существовало четкое определение  понятия «коксующая добавка» и что данное понятие являлось  общеизвестным, а в описании к спорному изобретению также отсутствуют 


сведения о каких-либо характеристиках, присущих коксующей добавке,  помимо высокого содержания летучих веществ, которые позволили бы  отличить данную добавку от других, схожих по функции веществ,  используемых в данной области техники, общество «ПРОМИНТЕХ»  отмечает, что в нормативных актах не указано на то, что в качестве  названия изобретения необходимо использовать только общеизвестные  термины, а из описания к спорному изобретению известно, что  «коксующая добавка – кокс примерно с таким же повышенным  содержанием летучих веществ (15,5-21,0 %), как и в коксе, получаемом в  верхней части камеры коксования по способу-прототипу (16,5%)». 

По мнению заявителя, термин «коксующая добавка», используемый  в названии спорного изобретения, прямо указывает на свойство, для  реализации которого используется данная добавка – использование в  качестве коксующей (коксовой) составляющей при составлении шихты для  получения металлургического кокса для улучшения коксуемости шихты.  При этом заявитель отмечает, что свойства, имманентно присущие  коксующим, спекающим, отощающим компонентам (добавкам) шихты для  коксования, известны специалистам из научных источников, согласно  которым: коксующие компоненты предназначены для того, чтобы  образовывать куски кокса требуемого качества (прочность, крупность,  реакционная способность); спекающие компоненты предназначены для  спекания отдельных зерен шихты между собой; отощающие компоненты  предназначены для поглощения излишней спекаемости и снижения  летучих веществ. 

В связи с изложенным общество «ПРОМИНТЕХ» полагает, что  Роспатент неправомерно отказался устанавливать факт известности  влияния признаков отличительной части формулы изобретения на  заявленный технический результат – повышение выхода именно  коксующей добавки. 


С точки зрения заявителя, при принятии оспариваемого решения  Роспатент не установил, что из источников информации [1] и [3] (патент  Российской Федерации № 2296151) известна возможность получения  именно коксующей добавки, то есть добавки, служащей для улучшения  коксующих свойств шихты. 

Возражая против вывода Роспатента о том, что согласно описанию  задачей спорного изобретения является повышение выхода известного  продукта, а не получение какого-либо нового продукта, общество  «ПРОМИНТЕХ» отмечает, что в описании к спорному изобретению речь  идет не просто о получении известного продукта (нефтяного кокса с  высоким содержанием летучих веществ 15,5-21,0 %), а о получении  нефтяного кокса с высоким содержанием летучих веществ, который может  использоваться в качестве коксующей добавки. 

По утверждению заявителя, при осуществлении способа по  спорному патенту во всем объеме камеры коксования образуется нефтяной  кокс с высоким содержанием летучих веществ (15,5-21,0%), то есть весь  получаемый нефтяной кокс в этом случае имеет высокое содержание  летучих веществ. 

Резюмируя, общество «ПРОМИНТЕХ» полагает, что: из уровня  техники не известно, что в интервале температур 450-470°С можно  получить нефтяной кокс с содержанием летучих веществ 15,5-21%  (коксующую добавку); в описания к спорному изобретению показано  достижение технического результата – повышение выхода кокса с  высоким содержанием летучих веществ (15,5-21%) для использования в  качестве коксующей добавки при выполнении следующей совокупности  признаков изобретения: подачей нагретого сырья в камеру коксования с  температурой 450-470 °С, предпочтительно с температурой 455-465 °С,  замедленное коксование сырья в течение 14-24 ч при коэффициенте  рециркуляции, составляющем не более 1,2; температурный режим, при  котором согласно источнику информации [1] добиваются содержания 


летучих веществ 15% и более, находится в значительно более низком  диапазоне температур, чем в спорном изобретении; источник информации  [1] не подтверждает, что температурный интервал 450-470°С,  характеризующий поступающее в низ реактора сырье коксования, присущ  коксующей добавке, полученной замедленным коксованием, раскрытой в  спорном патенте; в источнике информации [1] отсутствуют сведения о  времени коксования 14-24 часа, нет сведений о том, что получаемый  продукт предназначен для использования в качестве коксующей добавки в  угольную шихту, а также не установлено совместное влияние температуры  сырья коксования и коэффициента рециркуляции при замедленном  коксовании на повышение выхода кокса с высоким содержанием летучих  веществ. 

Роспатентом представлен отзыв на заявление, в котором он просит  отказать в удовлетворении заявленных требований. 

Роспатент ссылается на то, что известный из источника  информации [3] (наиболее близкий аналог) способ включает в себя подачу  нагретого сырья в камеру коксования, коксование сырья в течение 14-36 ч  (то есть включая диапазон 14-24 ч) и последующую выгрузку  образовавшегося кокса; при этом в камеру коксования сырье подают с  температурой 475-485°С, а коэффициент рециркуляции составляет 1,08 (то  есть не более 1,2); полученный кокс имеет высокое содержание летучих  веществ (более 15%) и используется в качестве заменителя компонентов в  шихте для коксования углей при производстве доменного кокса. 

По мнению Роспатента, согласно описанию задачей спорного  изобретения является повышение выхода известного продукта, а не  получение какого-либо нового продукта, в связи с чем способ,  охарактеризованный в источнике информации [3], служит для получения  кокса для использования в качестве коксующей добавки и является  средством того же назначения, что и способ по спорному патенту. 


Роспатент полагает, что способ по спорному патенту отличается от  известного из источника информации [3] способа тем, что сырье в камеру  коксования подают с температурой 450-470°С, предпочтительно с  температурой 455-465°С. 

Вместе с тем Роспатент отмечает, что из источника информации [1]  известен способ замедленного коксования нефтяных остатков для  получения кокса, обогащенного летучими веществами, используемого в  качестве добавки к коксуемым углям, при реализации которого  температура в камере коксования составляет 400-465°С, понижение  температуры в коксовой камере приводит к увеличению выхода летучих  веществ, что в свою очередь приводит к увеличению выхода кокса при  коксовании. 

Что касается интервала температур 465-470°С, то, с точки зрения  Роспатента, исходя из сведений, приведенных в источнике  информации [1], касающихся известности влияния понижения и  повышения температуры в коксовой камере при получении кокса на выход  летучих веществ и выход кокса, для специалиста явным образом следует  возможность использования данной температуры при производстве кокса,  поскольку установлен факт влияния указанного признака на технический  результат, приведенный в описании к спорному изобретению. 

В отношении признака, характеризующего коэффициент  рециркуляции, Роспатент ссылается на сведения, известные из источника  информации [2] (Сюняев З.И., «Замедленное коксование нефтяных  остатков», Химия, М., 1967 г., стр. 28-43, 46-49, 66-69), согласно которым  при увеличении коэффициента рециркуляции, например, с 1,0 до 1,2  увеличивается выход кокса при замедленном коксовании нефтяных  остатков. 

Данные обстоятельства, по мнению Роспатента, указывают на  несоответствие изобретения по патенту Российской Федерации № 2400518  условию патентоспособности «изобретательский уровень». 


Возражая против довода заявителя о том, что при рассмотрении  возражения заявителю должна была быть предоставлена возможность  внести изменения в формулу спорного изобретения путем включения в ее  независимый пункт признаков из описания, Роспатент указывает на то, что  положения Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на выдачу  патента на изобретение, утвержденных приказом Российского агентства по  патентам и товарным знакам от 06.06.2003 № 82 (далее – Правила № 82),  не следует механически переносить на стадию рассмотрения возражений  против выдачи патента, поскольку необходимо различать функции  экспертизы, проводимой в процессе рассмотрения заявки, и функции  Роспатента при рассмотрении возражения против выданного патента  (в первом случае объем правовой охраны изобретения только еще  формируется и допустимы любые изменения его формулы, не изменяющие  сущности изобретения, вплоть до включения в нее объекта, ранее не  заявленного в формуле, но раскрытого в описании, во втором случае –  оценке подлежит уже запатентованный объект с формулой изобретения,  выражающей сущность изобретения и определяющей объем его правовой  охраны). 

В связи с этим Роспатент считает, что в рассматриваемом случае  допустимыми будут являться те изменения формулы изобретения, которые  не направлены на расширение объема охраны, а основаны на  использовании признаков, ранее включенных в эту формулу, что приводит  к сужению объема охраны. 

По мнению Роспатента, замена признаков формулы изобретения  признаками из описания, ранее не предусмотренными формулой  изобретения, приведет к возникновению нового объекта, на который  патент не выдавался, нарушителями прав на который будут третьи лица,  добросовестно использовавшие этот иной, прежде не считавшийся  запатентованным объект, в связи с чем внесение подобных изменений в  формулу изобретения приводит не к признанию патента недействительным 


частично, как это вытекает из смысла пункта 1 статьи 1398 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а к предоставлению  правовой охраны на новый объект. 

Исходя из изложенного, Роспатент считает, что уточнение формулы  изобретения путем внесения признаков из описания возможно только до  принятия по заявке решения о выдаче патента на изобретение. 

Не соглашаясь с доводом заявителя о том, что в состав коллегии  Палаты по патентным спорам, рассматривающей возражение, не входили  специалисты в области нефтепереработки, Роспатент отмечает, что  рассматриваемый объект относится к области химии и в составе коллегии  были представлены специалисты в данной области техники, базовая  квалификация которых позволяет им также рассматривать возражения  против выдачи патентов на изобретения, относящиеся к области  нефтепереработки. 

Кроме того, Роспатент полагает, что алгоритм оценки соответствия  изобретения условиям патентоспособности, в частности,  изобретательскому уровню, является общим для любой области техники и,  соответственно, оценка патентоспособности изобретений в области химии  или нефтепереработки не предполагает какой-либо специфики по  сравнению с другими областями техники. 

Относительно довода общества «ПРОМИНТЕХ» о наличии  договорных отношений между ним и обществом «Башнефть»  относительно спорного изобретения Роспатент отмечает, что согласно  пункту 2 статьи 1398 ГК РФ патент на изобретение в течение срока его  действия может быть оспорен путем подачи возражения в федеральный  орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности любым  лицом, которому стало известно о нарушениях, предусмотренных  подпунктами 1-4 пункта 1 статьи 1398 ГК РФ, в связи с чем право на  обращение с возражением против выдачи патента не обусловлено 


наличием либо отсутствием договорных отношений между лицом,  подающим возражение, и обладателем спорного патента. 

Общество «Башнефть» в представленном отзыве на заявление также  просит отказать в его удовлетворении, считая оспариваемое решение  Роспатента законным и обоснованным. 

Третье лицо также как и Роспатент полагает, что наличие  договорных отношений между ним и обладателем спорного патента не  подтверждает соответствие спорного изобретения условию  патентоспособности «изобретательский уровень», а также не являлось  препятствием для подачи третьим лицом возражения против выдачи  патента. 

Возражая против доводов заявителя о том, что из  противопоставленных источников информации не следует известность  признака, касающегося температурного режима сырья при его подаче в  камеру коксования и признака «коэффициент рециркуляции составляет не  более 1,2» для получения коксующей добавки при указанных в формуле  изобретения температурах, общество «Башнефть» ссылается на  проведенный сопоставительный анализ признаков независимого пункта  формулы спорного изобретения с изобретением по источнику  информации [3], в соответствии с которым способ по спорному патенту  отличается от способа, раскрытого в источнике информации [3], тем, что  сырье в камеру коксования подают с температурой 450-470°С  (предпочтительно с температурой 455-465°С), а не 475-485°С. 

По мнению третьего лица, поскольку в способе по источнику  информации [3] и в способе по спорному патенту получают один и тот же  продукт, то есть кокс с высоким содержанием летучих веществ, то  технический результат в сравнении с прототипом заключается в  повышении выхода указанного кокса с высоким содержанием летучих  веществ. 


По утверждению общества «Башнефть», в источнике информации [1]  раскрыт способ замедленного коксования нефтяных остатков для  получения кокса, обогащенного летучими веществами (выход летучих от  14 до 50%), температура в камере коксования составляет 400-465°С  (включает заявленный диапазон 450-465°), понижение температуры в  коксовой камере приводит к увеличению выхода летучих веществ, что, в  свою очередь, приводит к увеличению выхода кокса при коксовании. 

Как полагает третье лицо, из источника информации [1]  усматривается влияние понижения температуры низа реактора на  повышение выхода кокса и повышение выхода летучих веществ, для  специалиста явным образом следует возможность использования  пониженной температуры, в частности 450-470°С и 455-465°С, с целью  повышения выхода кокса с высоким содержанием летучих веществ,  поскольку оптимальный интервал температуры определяется путем  подбора. 

Общество «Башнефть» обращает внимание на представленный в  таблице 2 источника информации [1] материальный баланс процесса  замедленного коксования, который учитывает весь кокс, выгруженный из  камеры коксования, а также газ и дистиллят, сумма которых равна 100%. 

Анализ данной таблицы, по мнению третьего лица, позволяет прийти  к выводу о том, что в способе, известном из источника информации [1],  достигается такой же технический результат по повышению выхода кокса,  который указан в спорном патенте, поскольку весь выгруженный кокс  характеризуется повышенным содержанием летучих (выше 15%), а не  только кокс, выгруженный из верхней части реактора. 

Общество «Башнефть» полагает, что поскольку из источника  информации [1] известен нефтяной кокс с повышенным содержанием  летучих веществ в интервале 14-50%, следовательно, из него также  известен и нефтяной кокс с содержанием летучих веществ в более узком 


интервале 15,5-21,0%, так как указанный интервал составляет часть  известного интервала и полностью в него входит. 

Третье лицо также возражает против доводов о наличии в действиях  Роспатента, совершенных при рассмотрении возражения, нарушений  Правил № 56, отмечая, что названные правила не содержат обязательных  требований о включении в состав коллегии профильных специалистов, а  также об обязательном участии на заседании коллегии независимого  специалиста (эксперта). 

С точки зрения общества «Башнефть», поскольку в пояснениях лица,  подавшего возражение, представленных на заседании коллегии, не было  указано на нарушение иных, чем в возражении, условий  охраноспособности изобретения, а также не были приведены  отсутствовавшие в возражении источники информации, то они не  изменяли и не могли изменить мотивы, приведенные в подтверждение  наличия оснований для признания патента недействительным, что  исключало нарушение положений пункта 2.5 Правил № 56. 

Третье лицо отмечает, что признаки, которые правообладатель хотел  бы включить в формулу спорного изобретения, отсутствовали в формуле  этого изобретения, а дополнение формулы изобретения признаками из  описания недопустимо, что соответствует правовой позиции, изложенной в  постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам по делу   № СИП-32/2015. 

В отношении довода заявителя о том, что способ по источнику  информации [1] относится к способу получения спекающей добавки и не  относится к способу получения коксующей добавки – нефтяного кокса с  содержанием летучих веществ 15,5-21% и не содержит признак «в камеру  коксования сырье подают с температурой 450-470°С», общество  «Башнефть» отмечает, что в способе, раскрытом в источнике  информации [1], и в способе, раскрытом в спорном патенте, производят  один и тот же продукт – нефтяной кокс, полученный на установке 


замедленного коксования, при этом содержание летучих веществ в  полученном коксе является регулируемой характеристикой и, согласно  сведениям, раскрытым в источнике информации [1], зависит от  температуры сырья, подаваемого в камеру коксования. 

Реагируя на довод заявителя о том, что при принятии оспариваемого  решения Роспатент не установил, в чем разница спекающих, отощающих и  коксующих компонентов (или добавок) шихты для коксования, третье  лицо считает, что заявитель пытается восполнить недостатки описания к  спорному изобретению путем представления сведений, которые  отсутствуют в этом описании, в частности, путем указания на то, что  изобретение по спорному патенту направлено не просто на получение  некоего компонента, участвующего в шихте для получения  металлургического кокса, а компонента со строго определенной  функцией – коксующий компонент шихты (а не спекающий или  отощающий)». 

Общество «Башнефть» обращает внимание на то, что из описания к  спорному изобретению следует только то, что коксующая добавка  представляет собой кокс с высоким содержанием летучих веществ, а иных  признаков, характеризующих понятие «коксующая добавка» и  позволяющих отличить ее от других добавок, в материалах спорного  патента не содержится, также, как и признаков, указывающих на величину  спекаемости, величину коксуемости, исходное сырье, крупность кусков  кокса и пр. 

Третье лицо ссылается на то, что в нормативных и словарно- справочных источниках отсутствует определение понятия «коксующая  добавка», а также не содержится информации об имманентных признаках  коксующей добавки, которые отличали бы кокс, используемый в качестве  коксующей добавки, от иного кокса, выгружаемого из камеры коксования  после замедленного коксования. 


В отношении довода заявителя о том, что Роспатент не устанавливал  факт известности влияния признаков отличительной части формулы  изобретения на заявленный технический результат – повышение выхода  именно коксующей добавки, общество «Башнефть» указывает на то, что  при осуществлении способа, раскрытого в примере 3 источника  информации [3] (прототип), при коэффициенте рециркуляции 1,08 и  температуре 475°С получают кокс с содержанием летучих веществ 19 %,  который в соответствии с информацией, содержащейся в спорном патенте,  может быть использован в качестве коксующей добавки при коксовании  углей для получения металлургического кокса. 

При этом, по мнению третьего лица, Роспатент установил влияние  отличительных признаков на заявленный технический результат: из  источника информации [1] были выявлены сведения о влиянии понижения  температуры на повышение выхода кокса и повышение выхода летучих  веществ, а из источника информации [2] были выявлены сведения о  влиянии повышения коэффициента рециркуляции на выход кокса при  замедленном коксовании нефтяных остатков. 

Общество «Башнефть» отмечает, что спорное изобретение для  специалиста явным образом следует из источников информации [1] и [3],  поскольку в источнике [3] раскрыты все признаки спорного изобретения,  кроме пониженного интервала температур, а из источника информации [1]  известно о влиянии понижения температуры на технический результат,  приведенный в описании к спорному изобретению. 

В дополнении к заявлению, поступившем 13.01.2020, общество  «ПРОМИНТЕХ» указывает, что выводы Роспатента о том, что в источнике  информации [1] раскрыт способ замедленного коксования нефтяных  остатков для получения кокса, обогащенного летучими веществами,  используемого в качестве добавки к коксуемым углям; температура в  камере коксования составляет 400-465°С (то есть включая диапазон 450465°); понижение температуры в коксовой камере приводит к увеличению 


выхода летучих веществ, что в свою очередь приводит к увеличению  выхода кокса при коксовании; при увеличении коэффициента  рециркуляции (например, с 1,0 до 1,2) увеличивается выход кокса при  замедленном коксовании нефтяных остатков, не соответствуют сведениям,  приведенным в источниках [1] и [2]. 

По утверждению заявителя, им было установлено, что в сочетании с  температурным интервалом в реакторе, составляющем 450-470°С  (предпочтительный интервал 455- 465°С) и коэффициенте рециркуляции  не более 1,2, будет обеспечено повышение производства кокса с высоким  содержанием летучих веществ по сравнению с наиболее близким  аналогом. 

Общество «ПРОМИНТЕХ» полагает, что поскольку из уровня  техники, в частности, из источников [1] и [2] не известна возможность  обеспечения повышения выхода кокса при температурах ниже тех,  которые принято считать оптимальными для увеличения объема  производимого кокса, а также не известно значение коэффициента  рециркуляции в реакторе, при котором обеспечивается повышение выхода  кокса и не происходит снижения производительности установки по  исходному сырью, отсутствуют основания считать изобретение по патенту  Российской Федерации № 2400518 не соответствующим условию  патентоспособности «изобретательский уровень». 

По мнению заявителя, при оценке изобретательского уровня  необходимо принимать во внимание известность из уровня техники не  каждого признака в отдельности, а сочетания признаков отличительной  части формулы изобретения и известность влияния на достигаемый  технический результат не каждого признака в отдельности, а совокупности  всех признаков отличительной части формулы изобретения по  оспариваемому патенту. 

Общество «ПРОМИНТЕХ» считает, что Роспатентом не учтено, что  способом, описанным с источнике информации [1] и способом, описанным 


в спорном изобретении, получают разные продукты, а именно –  спекающую добавку и коксующую добавку соответственно. 

 При этом заявитель отмечает, что термин «коксующая добавка»  определяет не конкретный вид продукта, а назначение, свойство, функцию  продукта, который может иметь различное происхождение, все  компоненты шихты делятся на три группы: коксующие, спекающие и  отощающие в зависимости от их свойств, эти названия широко  используются и известны всем специалистам коксохимикам. 

В письменных объяснениях, поступивших 05.02.2020, общество  «Башнефть» возражает против доводов заявителя, изложенных в  дополнении к заявлению. 

Как полагает третье лицо, в дополнении к заявлению содержатся  новые источники информации и доводы, которые не могут учитываться  при проверке законности оспариваемого решения Роспатента, поскольку  не были указаны в возражении и не исследовались Роспатентом при  принятии оспариваемого решения. 

Общество «Башнефть» также считает, что содержащиеся в  дополнении к заявлению утверждения заявителя не соответствуют  фактическим обстоятельствам дела. 

Кроме того, третье лицо отмечает, что термины «коксующая  добавка» и «спекающая добавка» не являются взаимоисключающими, что  подтверждается самим заявителем, который называет нефтяной кокс с  повышенным содержанием летучих веществ то коксующей добавкой, то  спекающим компонентом. 

По мнению общества «Башнефть», представленные заявителем  источники информации не содержат ни определения понятия «коксующая  добавка», ни стандартных характеристик и свойств «коксующих добавок»,  позволяющих отличить «коксующую добавку» от любой другой добавки,  ни стандартный компонентный состав угольной шихты, в которую  добавляют «коксующую добавку». 


Общество «Башнефть» в представленных 11.06.2020 письменных  пояснениях возражало против изложенных в ходатайстве от 12.03.2020  доводов заявителя о наличии в действиях общества «Башнефть» признаков  злоупотребления правом, мотивированных тем, что между этими лицами  ранее действовали лицензионные договоры. 

Общество «Башнефть» утверждает, что в его действиях отсутствует  противоречивое поведение, поскольку сведения об отсутствии у патента  Российской Федерации № 2400518 условия патентоспособности  «изобретательский уровень» ему стало известно только в 2018 году. 

Третье лицо, признавая, что являлось лицензиатом в отношении  спорного изобретения в период с 01.01.2011 по 31.08.2018, вместе с тем  утверждает, что в этот период оно не знало и не должно было знать о том,  что спорное изобретение не обладает патентоспособностью. 

По утверждению общества «Башнефть», оно узнало о том, что  спорное изобретение не обладает патентоспособностью только по  результатам масштабного аудита всей деятельности, проведенного после  интеграции с публичным акционерным обществом «Нефтяная компания  «Роснефть», по результатам которого возникли сомнения относительно  обоснованности заключенного с обществом «ПРОМИНТЕХ»  лицензионного договора с точки зрения патентоспособности спорного  изобретения. 

Третье лицо отмечает, что после получения информации о  несоответствии спорного изобретения условию патентоспособности  «изобретательский уровень» оно не подписывало с патентообладателем  каких-либо соглашений и из его поведения никаким образом нельзя было  сделать вывод, что оно считает спорный патент действительным. 

Исходя из этого, общество «Башнефть» полагает, что в его действиях  нет противоречия и/или злоупотребления правом, соответствующие  действия являются разумными и добросовестными, а иное (осуществление  лицензионных платежей за неохраноспособное изобретение) 


противоречило бы цели осуществления предпринимательской  деятельности. 

Вместе с тем, третье лицо считает, что злоупотребление правом  допустил патентообладатель, который при направлении в Роспатент заявки  на регистрацию спорного изобретения не указал в качестве  патентообладателя открытое акционерное общество «Новойл»  (правопредшественник общества «Башнефть»), на основании договора с  которым создавалось спорное техническое решение. 

Обществом «ПРОМИНТЕХ» 27.07.2020 были представлены  письменные пояснения, в которых оно обобщило ранее изложенные  доводы, а 13.08.2020 – краткие письменные пояснения, в которых оно  возражало против наличия в его действиях признаков злоупотребления  правом. 

Обществом «Башнефть» 27.07.2020 была представленная письменная  консолидированная позиция 

Роспатентом 27.10.2020 были представлены письменные объяснения,  в которых он выразил согласие с выводами, содержащимися в заключении  судебной экспертизы. 

Обществом «ПРОМИНТЕХ» 28.10.2020 были представлены  письменные пояснения, в которых он возражал против выводов,  изложенных в заключении судебной экспертизы. 

Обществом «Башнефть» 20.11.2020 представлены письменные  пояснения, в которых оно согласилось с выводами эксперта, а Роспатентом  02.12.2020 – письменные возражения против назначения повторной  судебной экспертизы. 

Помимо перечисленных процессуальных документов в ходе  судебного разбирательства лицами, участвующими в деле представлялись  различные письменные пояснения и объяснения, касающиеся  формулировки вопросов перед специалистами, перед экспертом, 


кандидатур научных учреждений для направления запросов, кандидатур  экспертов. 

В судебном заседании 03.12.2020 было рассмотрено и отклонено  ходатайство общества «ПРОМИНТЕХ» о назначении повторной судебной  экспертизы, производство которой оно просило поручить экспертам  общества с ограниченной ответственностью «НТФ «Металлоконсалтинг»  Смирнову Л.А. и Москалеву И.В., либо эксперту Института технической  химии Уральского отделения Российской академии наук Киселькову Д.М.  Указанное ходатайство мотивировано наличием у заявителя сомнений в  обоснованности заключения эксперта и наличием противоречий в его  выводах. 

Отказывая в назначении повторной судебной экспертизы, суд  исходит из того, что заключение эксперта от 22.09.2020 соответствует всем  требованиям, предъявляемым к экспертным заключениям, содержит  обоснование выводов по каждому вопросу, ссылки на источники  информации, составляющие уровень техники, нормативные правовые  документы, в достаточной степени мотивировано и не противоречиво. При  этом суд расценивает приведенные заявителем в обоснование ходатайства  о назначении судебной экспертизы доводы как выражающие несогласие с  мнением эксперта по вопросам исследования. 

В судебном заседании 03.12.2020 обществом «ПРОМИНТЕХ» также  заявлено ходатайство о вызове в суд эксперта Крыловой А.Ю.,  мотивированное необходимостью получения от эксперта разъяснений по  вопросам экспертного исследования. 

Представители Роспатента и третьего лица возражали против  удовлетворения данного ходатайства. 

Рассмотрев ходатайство заявителя о вызове в суд эксперта  Крыловой А.Ю., коллегия судей пришла к выводу об отсутствии  оснований для его удовлетворения, поскольку заключение эксперта  от 22.09.2020 является полным, ясным и не содержит противоречий, а 


изложенные заявителем в ходатайстве «вопросы, требующие  разъяснения», по сути, представляют собой те же самые выраженные им  ранее доводы, свидетельствующие о несогласии с выводами эксперта. 

Кроме того, принимая во внимание тот факт, что заключение  эксперта поступило в суд 28.09.2020, заявитель ознакомился с данным  заключением 01.10.2020 (дата одобрения ознакомления в режиме онлайн),  28.10.2020 им была представлена подробная письменная позиция,  содержащая анализ заключения эксперта, в судебном заседании 29.10.2020  представители общества «ПРОМИНТЕХ» не заявляли ходатайство о  вызове эксперта, коллегия судей приходит к выводу о том, что обращение  истца с данным ходатайством только в ходе судебного заседания  03.12.2020 является злоупотреблением процессуальными правами,  направленным на срыв судебного заседания, затягивание рассмотрения  дела (часть 2 статьи 41, часть 5 статьи 159 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации). 

Представители общества «ПРОМИНТЕХ» в судебном заседании  поддержали доводы, изложенные в заявлении, дополнении к нему и иных  представленных процессуальных документах. 

Представители Роспатента и общества «Башнефть» возражали  против удовлетворения заявленных требований. 

Как следует из материалов дела, патент Российской Федерации   № 2400518 на изобретение «Способ получения коксующей добавки  замедленным коксованием» выдан по заявке № 2009113213 с приоритетом  от 08.04.2009 на имя общества с ограниченной ответственностью «РБА- Оптима». В результате государственной регистрации 18.01.2013 договора  об отчуждении исключительного права № РД0117153 состоялся переход  исключительного права на указанное изобретение к обществу  «ПРОМИНТЕХ». 

Патент Российской Федерации № 2400518 выдан со следующей  формулой: 


«Способ получения коксующей добавки замедленным коксованием,  включающий подачу нагретого сырья в камеру коксования, коксование  сырья в течение 14-24 ч и последующую выгрузку в качестве коксующей  добавки образовавшегося кокса, отличающийся тем, что в камеру  коксования сырье подают с температурой 450-470 °C, предпочтительно с  температурой 455-465 °C, при этом коэффициент рециркуляции составляет  не более 1,2.». 

Против выдачи данного патента в соответствии с пунктом 2  статьи 1398 ГК РФ обществом «Башнефть» 24.01.2019 было подано  возражение, мотивированное несоответствием изобретения условию  патентоспособности «изобретательский уровень». 

К возражению приложены копии следующих материалов:

– Стехун А.И. и др., «Проблемы производства нефтяного кокса»,  статья «Разработка технологии получения нефтяного кокса, обогащенного  летучими компонентами», М., ЦНИИТЭНефтехим, 1987 г., стр. 164-169  [1]; 

– Сюняев З.И., «Замедленное коксование нефтяных остатков»,  Химия, М., 1967 г., стр. 28-43, 46-49, 66-69 [2]; 

– патент Российской Федерации № 2296151, дата публикации  27.03.2007 [3]; 

– ГОСТ 16126-91 «Уголь. Метод определения спекаемости по Грэй- Кингу», Комитет стандартизации и метрологии СССР, М., дата введения  01.01.1993 г. [4]; 

– Глущенко И.М., «Теоретические основы технологии горючих  ископаемых», Металлургия, М., 1990 г., стр. 162-163, 170-171 [5]. 

Общество «Башнефть» в возражении отмечало, что наиболее  близким аналогом способа по спорному патенту является решение,  раскрытое в источнике информации [1], в котором охарактеризован способ  получения нефтяного кокса с повышенным содержанием летучих веществ  (более 15%) замедленным коксованием нефтяных остатков в мягком 


температурном режиме, включающий подачу сырья в коксовую камеру  при температуре 400-465 °C, коксование с получением нефтяного кокса с  содержанием летучих компонентов 25-50%, который может быть  использован в качестве спекающего компонента угольных шахт при  производстве металлургического кокса. 

По мнению подателя возражения, способ по спорному патенту  отличается от способа, охарактеризованного в источнике информации [1],  следующими признаками: 

– коксование сырья проводят в течение 14-24 часов;
– коэффициент рециркуляции составляет не более 1,2.

При этом общество «Башнефть» полагало, что указанные выше  отличительные признаки известны из источников информации [2] и [3], а  также подтверждено влияние упомянутых отличительных признаков на  технический результат, приведенный в описании к спорному изобретению  и заключающийся в повышении выхода коксующей добавки – кокса с  высоким содержанием летучих веществ. 

Исходя из этого, лицо, подавшее возражение, делало вывод о том,  что при известности источников информации [1], [2] и [3] способ по  спорному патенту не соответствует условию патентоспособности  «изобретательский уровень». 

Решением Роспатента от 20.05.2019 возражение было удовлетворено,  патент Российской Федерации на изобретение № 2400518 признан  недействительным полностью. 

Принимая данное решение, Роспатент исходил из того, что  техническое решение, раскрытое в источнике информации [1], не является  наиболее близким аналогом способа по спорному патенту, поскольку по  назначению и совокупности признаков наиболее близким аналогом  спорного изобретения является техническое решение, раскрытое в  источнике информации [3]. 

Роспатент констатировал, что в источнике информации [3] раскрыт 


способ получения кокса замедленным коксованием, включающий подачу  нагретого сырья (нефтяных остатков) в камеру коксования, коксование  сырья в течение 14-36 ч (то есть, включая диапазон 14-24 ч) и  последующую выгрузку образовавшегося кокса; при этом в камеру  коксования сырье подают с температурой 475-485 °C, а коэффициент  рециркуляции составляет 1,08 (то есть не более 1,2); полученный кокс  имеет высокое содержание летучих веществ (более 15%) и используется в  качестве заменителя компонентов в шихте для коксования углей при  производстве доменного кокса. 

При этом Роспатент отметил, что источник информации [3] приведен  в описании к спорному изобретению в разделе «уровень техники», где  указано, что полученный в источнике информации [3] кокс может быть  использован в качестве коксующей добавки при коксовании углей, а также  то, что задачей изобретения по сравнению с указанным аналогом является  повышение выхода коксующей добавки – кокса с высоким содержанием  летучих веществ. 

Исходя из изложенного, Роспатент пришел к выводу о том, что  согласно описанию задачей спорного изобретения является повышение  выхода известного продукта, а не получение какого-либо нового продукта. 

По мнению Роспатента, источники информации, содержащиеся в  материалах дела, не подтверждают, что до даты приоритета спорного  изобретения существовало четкое определение понятия «коксующая  добавка» и что данное понятие являлось общеизвестным, а в описании к  спорному изобретению также отсутствуют сведения о каких-либо  характеристиках, присущих коксующей добавке, помимо высокого  содержания летучих веществ, которые позволили бы отличить данную  добавку от других, схожих по функции веществ, используемых в данной  области техники. 

С учетом изложенного Роспатент сделал вывод, что способ по  спорному патенту отличается от способа, раскрытого в источнике 


информации [3], тем, что сырье в камеру коксования подают с  температурой 450-470 °C, предпочтительно с температурой 455-465 °C. 

Вместе с тем Роспатент отметил, что в источнике информации [1]  раскрыт способ замедленного коксования нефтяных остатков для  получения кокса, обогащенного летучими веществами, используемого в  качестве добавки к коксуемым углям; температура в камере коксования  составляет 400-465 °C (то есть, включая диапазон 450-465°); при этом  понижение температуры в коксовой камере приводит к увеличению  выхода летучих веществ, что в свою очередь приводит к увеличению  выхода кокса при коксовании. 

Относительно интервала температур 465-470 °C Роспатент указал,  что исходя из сведений, приведенных в источнике информации [1],  касающихся известности влияния понижения и повышения температуры в  коксовой камере при получении кокса на выход летучих веществ и выход  кокса, для специалиста явным образом следует возможность  использования данной температуры при производстве кокса, поскольку  установлен факт влияния указанного признака на технический результат,  приведенный в описании к спорному изобретению. 

Роспатент также пришел к выводу о том, что из источника  информации [2] известно, что при увеличении коэффициента  рециркуляции (например, с 1,0 до 1,2) увеличивается выход кокса при  замедленном коксовании нефтяных остатков. 

Принимая во внимание изложенное, Роспатент установил, что  возражение содержит доводы, позволяющие признать изобретение по  спорному патенту несоответствующим условию патентоспособности  «изобретательский уровень». 

Общество «ПРОМИНТЕХ», ссылаясь на несоответствие решения  Роспатента от 20.05.2019 закону и иным нормативным правовым актам, а  также полагая, что этим решением нарушаются его права и законные 


интересы, обратилось в Суд по интеллектуальным правам с настоящим  заявлением. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в  заявлении, дополнении к нему, отзывах на них, письменных пояснениях,  объяснениях и возражениях, представленных лицами, участвующими в  деле, исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьями 71 и 162  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  имеющиеся в деле доказательства, заслушав мнение явившихся в судебное  заседание представителей лиц, участвующих в деле, принимая во  внимание ответы научных учреждений на судебные запросы, заключение  эксперта от 22.09.2020, Суд по интеллектуальным правам не находит  оснований для признания оспариваемого ненормативного правового акта  недействительным в силу следующего. 

Согласно статье 13 ГК РФ ненормативный акт государственного  органа или органа местного самоуправления, а в случаях,  предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующие  закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и  охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут  быть признаны судом недействительными. 

Глава 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации предусматривает в качестве самостоятельного способа защиты  прав и законных интересов в сфере предпринимательской деятельности  обжалование решений государственных органов в суд. 

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и  иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании  недействительными ненормативных правовых актов, незаконными  решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные  полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый  ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не 


соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и  нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и  иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо  обязанности, создают иные препятствия для осуществления  предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех  месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о  нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено  федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок  подачи заявления может быть восстановлен судом (пункт 4 статьи 198  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Установленный законом срок на подачу заявления о признании  недействительным решения Роспатента заявителем соблюден,  что не оспаривается Роспатентом и третьим лицом. 

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об  оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий  (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия,  должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет  проверку оспариваемого акта или его отдельных положений,  оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их  соответствие закону или иному нормативному правовому акту,  устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли  оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия  (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт,  решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя  в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Полномочия Роспатента по рассмотрению возражения против  выдачи патента и принятию по его результатам решения установлены  частью четвертой ГК РФ и Положением о Федеральной службе по 


интеллектуальной собственности, утвержденным постановлением  Правительства Российской Федерации от 21.03.2012 № 218, и не  оспариваются заявителем и третьим лицом. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 27  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса  Российской Федерации», при оспаривании решений Роспатента и  федерального органа исполнительной власти по селекционным  достижениям суды должны учитывать: заявки на выдачу патента, заявки  на товарный знак, а также заявки на наименование места происхождения  товара подлежат рассмотрению в порядке, установленном  законодательством, действовавшим на дату подачи заявки, а  международные заявки на изобретение, промышленный образец или  товарный знак и преобразованные евразийские заявки – на дату  поступления заявки в Роспатент. 

По возражениям против выдачи патента, предоставления правовой  охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товара  основания для признания недействительным патента, предоставления  правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения  товара определяются исходя из законодательства, действовавшего на дату  подачи заявки в Роспатент или в федеральный орган исполнительной  власти по селекционным достижениям. Основания для признания  недействительным патента на изобретение, выданного по международной  заявке на изобретение или по преобразованной евразийской заявке,  признания недействительным предоставления правовой охраны  промышленному образцу или товарному знаку по международной  регистрации определяются исходя из законодательства, действовавшего на  дату поступления соответствующей международной или преобразованной  евразийской заявки в Роспатент, если иное не предусмотрено  международным договором Российской Федерации. 


Вместе с тем подлежит применению порядок рассмотрения  соответствующих возражений, действующий на момент обращения  за признанием недействительными патента, предоставления правовой  охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров. 

С учетом даты подачи заявки № 2009113213 (08.04.2009) на выдачу  спорного патента законодательство, применимое для оценки  его охраноспособности, включает ГК РФ и Правила № 82. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1350 ГК РФ изобретению  представляется правовая охрана, если оно является новым, имеет  изобретательский уровень и промышленно применимо. 

Согласно пункту 2 статьи 1350 ГК РФ изобретение имеет  изобретательский уровень, если для специалиста оно явным образом не  следует из уровня техники. Уровень техники включает любые сведения,  ставшие общедоступными в мире до даты приоритета изобретения. 

В силу подпункта 2 пункта 19.5.3 Правил № 82 изобретение  признается не следующим для специалиста явным образом из уровня  техники, в частности, в том случае, когда не выявлены решения, имеющие  признаки, совпадающие с его отличительными признаками, или такие  решения выявлены, но не подтверждена известность влияния  отличительных признаков на указанный заявителем технический  результат. Проверка соблюдения указанных условий включает  определение наиболее близкого аналога; выявление признаков, которыми  заявленное изобретение, охарактеризованное в независимом пункте  формулы, отличается от наиболее близкого аналога (отличительных  признаков); выявление из уровня техники решений, имеющих признаки,  совпадающие с отличительными признаками рассматриваемого  изобретения; анализ уровня техники с целью установления известности  влияния признаков, совпадающих с отличительными признаками  заявленного изобретения, на указанный заявителем технический результат. 

Подпунктом 3 пункта 19.5.3 Правил № 82 предусмотрено, что не 


признаются соответствующими условию изобретательского уровня  изобретения, основанные, в частности: на замене какой-либо части  известного средства другой известной частью для достижения  технического результата, в отношении которого установлено влияние  именно такой замены. Не могут быть признаны соответствующими  изобретательскому уровню также изобретения, основанные на изменении  количественного признака (признаков), представлении таких признаков во  взаимосвязи либо изменении ее вида, если факт влияния каждого из них на  технический результат и новые значения этих признаков или их  взаимосвязь могли быть получены исходя из известных зависимостей,  закономерностей. 

В соответствии с подпунктом 1 пункта 22.3 Правил № 82 при  определении уровня техники общедоступными считаются сведения,  содержащиеся в источнике информации, с которым любое лицо может  ознакомиться само, либо о содержании которого ему может быть  законным путем сообщено. 

Согласно подпункту 2 пункта 22.3 Правил № 82 датой,  определяющей включение источника информации в уровень техники, для  опубликованных патентных документов является указанная на них дата  опубликования, для отечественных печатных изданий и печатных изданий  СССР – указанная на них дата подписания в печать, для нормативно- технической документации – дата ее регистрации в уполномоченном на  это органе. 

В силу пункта 3.2.4.2 Правил № 82 в качестве аналога изобретения  указывается средство того же назначения, известное из сведений, ставших  общедоступными до даты приоритета изобретения. В качестве наиболее  близкого аналога изобретения указывается тот, которому присуща  совокупность признаков, наиболее близкая к совокупности существенных  признаков изобретения. 


Роспатентом при рассмотрении возражения общества «Башнефть»  было верно установлено, что наиболее близким аналогом спорного  изобретения является источник информации [3], поскольку описанный в  нем способ получения нефтяного кокса, заключающийся в замедленном  коксовании нефтяных остатков, является средством того же назначения,  что и спорное изобретение. 

Так, в описании к изобретению по источнику информации [3]  указано, что изобретение обеспечивает получение кокса, отобранного в  верхней части коксовой камеры, с повышенным содержанием летучих  веществ (>15 %), используемого в качестве заменителя спекающих и  отощающих добавок в шихте коксования углей при производстве  доменного кокоса. 

Роспатент также правильно отметил, что известный из источника  информации [3] способ включает в себя подачу нагретого сырья в камеру  коксования, коксование сырья в течение 14-36 ч, то есть включая диапазон  14-24 ч., последующую выгрузку образовавшегося кокса, а коэффициент  рециркуляции составляет 1,08 (то есть не более 1,2). 

Как полагает заявитель, в отличие от способа по источнику  информации [3] использование способа по спорному патенту приводит не  просто получению кокса с высоким содержанием летучих веществ, а к  повышению выхода кокса с высоким содержанием летучих веществ,  пригодного для использования в качестве коксующей добавки. 

В рассматриваемом случае разногласия между заявителем, с одной  стороны, и Роспатентом и третьим лицом, с другой стороны, возникли  относительно известности из источников информации, составляющих  уровень техники, отличительных признаков формулы спорного  изобретения «в камеру коксования сырье подают с температурой 450-470  °C, предпочтительно с температурой 455-465 °C, при этом коэффициент  рециркуляции составляет не более 1,2», известности влияния совпадающих  признаков на достижение технического результата, заключающегося в 


повышении выхода коксующей добавки – кокса с высоким содержанием  летучих веществ, а также относительно соотношения понятий «коксующая  добавка» и «спекающая добавка». 

При проверке доводов лиц, участвующих в деле, относительно этих  вопросов Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу о  необходимости выяснения профессионального мнения ученых,  специалистов и прочих лиц, обладающих теоретическими и практическими  познаниями по существу настоящего спора. 

В силу части 1.1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации специализированный арбитражный суд в целях  получения разъяснений, консультаций и выяснения профессионального  мнения ученых, специалистов и прочих лиц, обладающих теоретическими  и практическими познаниями по существу разрешаемого  специализированным арбитражным судом спора, может также направлять  запросы. 

Запросы о даче разъяснений, консультаций и об изложении  профессиональных мнений по рассматриваемым специализированным  арбитражным судом делам обязательны для всех органов, организаций и  лиц, которым они адресованы. 

Судом по интеллектуальным правам в соответствии  с вышеприведенной нормой были направлены запросы следующим  научным и образовательным учреждениям: федеральному  государственному автономному образовательному учреждению высшего  образования «Российский государственный университет нефти и газа  (национальный исследовательский университет) имени И.М. Губкина»  (далее – РГУНиГ); федеральному государственному автономному  образовательному учреждению высшего образования «Национальный  исследовательский технологический университет «МИСиС» (далее –  «МИСиС») и федеральному государственному автономному  образовательному учреждению высшего образования «Уральский 


федеральный университет им. первого Президента России Б.Н. Ельцина»  (далее – УрФУ). 

Указанным научным и образовательным учреждениям было  предложено выразить мнение в письменной форме по следующим  вопросам: 


нефтяных остатков? 

В Суд по интеллектуальным правам поступили ответы (заключения)  на судебные запросы от РГУНиГ и УрФУ. 

По мнению РГУНиГ, выраженному Чернышевой Е.А., кандидатом  технических наук, профессором, заместителем заведующего кафедрой  «Технология переработки нефти», из источника информации Стехун Л.И.  и др. «Проблемы производства нефтяного кокса», статья «Разработка  технологии получения нефтяного кокса, обогащенного летучими  компонентами», М., ЦНИИТЭНефтехим, 1987 г., стр. 164-169 известно,  что при осуществлении способа замедленного коксования нефтяных  остатков для получения кокса, обогащенного летучими веществами,  используемого в качестве добавки к коксуемым углям (угольной шихте),  понижение температуры в коксовой камере приводит к увеличению  выхода летучих веществ и к увеличению выхода кокса при коксовании.  Также, из указанного источника информации известен диапазон  температур 450-465°С, при котором в камере коксования получается  коксующая добавка – кокс с высоким содержанием летучих веществ. 

Поскольку в таблице 1 на стр. 166 (Стехун А.И. и др. «Проблемы  производства нефтяного кокса», статья «Разработка технологии получения  нефтяного кокса, обогащенного летучими компонентами», М.,  Ц1ШИТЭНефтехим, 1987 г., стр. 164-169) указано, что процесс  производства кокса можно проводить в широком спектре температур  коксовой камеры от 408°С (пилотная установка ЗК-З) до 490 °С  (промышленная УЗК г. Красноводск) и данный интервал попадает  диапазон температур 465-470°С, то исходя из сведений, приведенных в 


источниках информации, касающихся известности влияния понижения и  повышения температуры в коксовой камере при получении кокса на выход  летучих веществ и выход кокса, очевидна возможность использования  температуры в интервале 465-470°С при производстве кокса. 

В ответе РГУНиГ отмечено, что из источника информации  Сюняев З.И. «Замедленное коксование нефтяных остатков» Химия, М.,  1967 г., стр. 48, таблица 7 следует, что с увеличением коэффициента  рециркуляции с 1,0 до 1,2 и 1,4 увеличивается выход кокса соответственно.  Так, при коэффициенте рециркуляции 1,0 выход кокса составил  15,5 мас.%, а при коэффициенте рециркуляции 1,2 – выход кокса составил  18,0 мас.%. Таким образом, при увеличении коэффициента рециркуляции в  интервале 1,0-1,2 (то есть, не более 1,2) выход кокса увеличивается.  Однако, увеличение коэффициента рециркуляции выше 1,2 – до 1,4  способствует еще большему увеличению выхода кокса и количества  летучих соединений в нем. То есть, прослеживается влияние величины  коэффициента рециркуляции на результаты процесса коксования, а именно  на выход кокса и на содержание в нем летучих веществ. При этом следует  учитывать, что выход кокса увеличивается в расчете на единицу загрузки  по первичному сырью. Из того же источника известно (стр.47), что с  увеличением коэффициента рециркуляции снижается производительность  установки по первичному сырью. Таким образом, из источника  информации Сюняев З.И. «Замедленное коксование нефтяных остатков»,  Химия, М., 1967 г., стр. 28-43, 46-49, 66-69 известно, что при  коэффициенте рециркуляции, составляющем не более 1,2, увеличивается  выход кокса при замедленном коксовании нефтяных остатков. 

Относительно соотношения понятий «коксующая добавка» и  «спекающая добавка» в ответе РГУНиГ отмечено, что  стандартизированных или общепринятых определений этих терминов в  научно-технической литературе, опубликованной до 08.04.2009 и  относящейся к нефтехимии и коксохимии, не выявлено. В других областях 


техники имеются определения термина «спекающая добавка». Например, в  ГОСТ Р 52918-2008 «Огнеупоры. Термины и определения» дано  следующее определение термина «спекающая добавка»: «Добавка  спекающая – активирующая добавка, способствующая ускорению  процесса спекания при обжиге огнеупора». 

На взгляд специалиста РГУНиГ, термины «коксующая добавка» и  «спекающая добавка» не являются равнозначными, так как наименования  «коксующая» и «спекающая» отражают способность влиять на  коксуемость и спекаемость шихты, к которой их добавляют. Однако в  научно-технической литературе не выявлены критерии для различения  коксующей и спекающей добавок по их составу. Технические требования к  спекающим добавкам указаны в статье Стехуна А.И. и др. «Разработка  технологии получения нефтяного кокса, обогащенного летучими  компонентами», М., ЦНИИТЭНефтехим, 1987 г., (см. табл. 3 на стр. 167).  При этом требования к коксующим добавкам в научно-технической  литературе не выявлены. 

Вместе с тем, в источнике «Справочник коксохимика в шести  томах», под ред. А.К. Шелкова, М.: Металлургия, 1964. Том I, стр. 21  указано, что «...спекаемостью углей называется способность смеси  угольных зерен образовывать при нагревании без доступа воздуха  спекшийся или сплавленный нелетучий остаток. 

Спекание углей – результат процессов термической деструкции,  вызывающих переход их в пластическое состояние с последующим  образованием полукокса; протекает главным образом в зоне температур  400- 450°С. 

Коксуемость углей обусловливается совокупностью всех процессов,  которые протекают при нагреве их до более высоких температур  (1000-1100°С) и включает, кроме процессов спекания, упрочнение и  усадку материала полукокса и кокса, образование трещин и другие  явления. 


Поэтому коксуемостью называют способность угля самостоятельно  или в смеси с другими углями при определенных условиях подготовки и  нагревания до высоких температур образовывать кусковой пористый  материал – кокс, обладающий определенной крупностью и механической  прочностью. 

Коксообразование – это сумма взаимосвязанных химических и  физикохимических процессов и физических явлений, протекающих в  результате термической деструкции органической массы углей. 

Близость понятий спекаемости и коксуемости нередко приводит к  путанице и затрудняет определение этих свойств углей. Поэтому, учитывая  особенности рассматриваемых процессов, следует иметь ввиду, что  непосредственным опытом в лабораторных условиях может быть в той или  иной мере оценено лишь свойство угля спекаться или спекать компоненты  смеси, не способные самостоятельно спекаться. Для характеристики же  коксуемости углей или угольных смесей необходимо непосредственное  испытание их коксованием в промышленных или близких к ним  условиях». 

Таким образом, по мнению РГУНиГ, функциональное назначение  спекающей добавки повышение спекаемости шихты, а функциональное  назначение коксующей добавки – влияние на способность образовывать из  шихты кокс. 

Спекание является обязательным условием процесса образования  кокса, поскольку процесс спекания представляет собой одну из стадий  процесса коксообразования. Из этого следует, что процесс  коксообразования невозможен без процесса спекания. 

Таким образом, специалист РГУНиГ пришел к выводу о том, что  понятия «коксующая добавка» и «спекающая добавка» не равнозначны, но  являются в определенной степени взаимосвязанными. Спекающая добавка  может быть одновременно коксующей, в случае, если ее добавление в  шихту влияет на возможность получения кокса из этой шихты и наоборот.  


Согласно ответу УрФУ, подготовленному заведующим кафедрой  химической технологии топлива и промышленной экологии Химико- технологического института Стахеевым С.Г., анализ источника  информации Стехун А.И. и др. «Проблемы производства нефтяного  кокса», статья «Разработка технологии получения нефтяного кокса,  обогащенного летучими компонентами», М., ЦНИИТЭНефтехим, 1987 г.  показал, что из него не следует известность температур 450-470 °С,  предпочтительно с температурой 455-465 °С, при которой в камеру  коксования подают сырье для получения коксующей добавки – кокса с  содержанием летучих веществ 15-25 %, так как в указанной статье не  имеется сведений о получении кокса с содержанием летучих веществ от 15  до 25% в интервале температур 450–470 °С. 

По мнению специалиста УрФУ, для способа по спорному способу  важен не автономный параметр «температура», с которой подается сырье в  камеру коксования, а совокупность ограниченных значений сразу трех  параметров – температуры, с которой подается сырье в камеру коксования,  коэффициента рециркуляции и времени процесса коксования. 

Между тем в источнике информации [1] отсутствуют сведения о  коэффициенте рециркуляции при получении коксов на промышленных  УЗК, а также в процессе получения нефтяного кокса с повышенным  содержанием летучих веществ при исследованиях на пилотной установке  ЗК-З, кроме того, нет данных о продолжительности процесса. 

Как полагает специалист УрФУ, из таблицы источника  информации [1], где приведены результаты коксования с указанием  содержания летучих веществ в полученных коксах при различных  температурах коксования, не следует однозначный вывод о том, что  понижение температуры в коксовой камере приводит к увеличению  выхода летучих веществ независимо от вариаций коэффициента  рециркуляции и продолжительности процесса коксования. 


Согласно ответу на второй вопрос специалисту не является  очевидной возможность использования температуры в интервале  465-470 °С при производстве кокса с повышенным содержанием летучих  веществ, так как в источнике информации [1] при температурах 457°С и  470 °С получен кокс с содержанием летучих веществ менее 15%, а в  спорном способе в интервале температур 450-470 °С получен кокс с  содержанием летучих веществ 15 % и более, соответственно возможность  использования температуры в интервале 465-470 °С при производстве  кокса неочевидна. 

С точки зрения специалиста УрФУ, из источника информации  Сюняев З.И., «Замедленное коксование нефтяных остатков», Химия, М.,  1967 г., стр. 28-43, 46-49, 66-69 известно увеличение выхода кокса при  изменении коэффициента рециркуляции от 1,0 до 1,2 на величину 2,5%.  Однако этот факт не означает увеличение выхода кокса с содержанием  летучих веществ 15-21% (коксующей добавки) на 300%, то есть  увеличение выхода коксующей добавки в полном объеме камеры  коксования происходит не за счет увеличения коэффициента  рециркуляции. В спорном способе выход кокса с содержанием летучих  более 15% (коксующей добавки) увеличивается за счет получения кокса в  полном объеме камеры коксования. 

По четвертому вопросу специалист УрФУ выразил мнение, что  «спекаемость» и «коксуемость» – это разные свойства углеродистых  материалов, а «спекающая добавка» и «коксующая добавка» – продукты,  имеющие различное назначение, а именно: «спекающая добавка» – это  спекающий компонент шихты при производстве металлургического кокса,  а «коксующая добавка» – коксующий (коксовый) компонент шихты при  производстве металлургического кокса. 

Принимая во внимание, что представленные в суд ответы на  судебные запросы содержат противоречащие друг другу мнения  специалистов в данной области техники, а также учитывая 


представленную третьим лицом информацию о том, что Стахеев С.Г.,  подготовивший ответ УрФУ, входил с некоторыми из авторов спорного  изобретения в авторские коллективы по созданию иных технических  решений, получивших патентную защиту, Суд по интеллектуальным  правам определением от 20.08.2020 назначил судебную экспертизу,  проведение которой было поручено Крыловой А.Ю., главному научному  сотруднику лаборатории № 2 химии нефти и нефтехимического синтеза  федерального государственного бюджетного учреждения науки Ордена  Трудового Красного Знамени Институт нефтехимического синтеза  им. А.В. Топчиева Российской академии наук. 

Перед экспертом были поставлены следующие согласованным с  лицами, участвующими в деле, вопросы: 


3. Известно ли из приложенных источников информации, что при  коэффициенте рециркуляции, составляющем не более 1,2, увеличивается  выход кокса с повышенным содержанием летучих веществ при  замедленном коксовании нефтяных остатков? 

При этом в распоряжение эксперта были предоставлены не только те  источники информации, которые являлись предметом рассмотрения  Роспатента, но и источники информации, дополнительно приобщенные  судом по ходатайству заявителя. 

Как усматривается из поступившего в суд заключения эксперта  от 22.09.2020, для целей производства экспертизы экспертом была 


проанализирована вся совокупность источников информации,  составляющих уровень техники применительно к спору, которая была  предоставлена эксперту судом. 

Проанализировав источник информации [1], эксперт установил, что в  указанном источнике понятия «температура в коксовой камере»,  «температура сырья на входе в коксовые камеры» и «температура низа  реактора» используются в качестве равнозначных понятий (синонимов),  что подтверждается тем, что температуру, указанную в таблице 1 для  пилотной установки и промышленных УЗК, называют то «температура в  коксовой камере», то «температура сырья на входе в коксовые камеры», то  «температура низа реактора». 

Таким образом, по мнению эксперта, при проведении замедленного  коксования нефтяных остатков с целью получения кокса, обогащенного  летучими веществами и используемого в качестве добавки к коксуемым  углям, понижение температуры в коксовой камере, то есть температуры,  при которой в камеру коксования подают сырье, приводит к увеличению  выхода летучих веществ. При этом, согласно приведенным данным,  интервал температур в коксовой камере составляет 400-465°С и этот  интервал практически полностью покрывает интервал температур 450470°С. 

Эксперт пришел к выводу о том, что в названном источнике  содержатся сведения о том, что снижение температуры в коксовой камере  позволяет увеличить выход летучих веществ в коксе, при этом по мере  увеличения летучих веществ в коксе увеличивается выход кокса. 

Эксперт обратил внимание, что в источнике информации [2]  приведен график, отражающий зависимость выхода летучих веществ в  коксе от температуры на выходе из печи: при температуре 480°С выход  летучих веществ в полученном коксе составляет 20%, при температуре  510°С – около 6%, из чего следует, что для увеличения содержания  летучих веществ в коксе температуру на выходе из печи, то есть 


температуру нагрева сырья, необходимо снижать, что также подтверждают  сведения, приведенные в источнике информации [1]. 

Изучив источник информации – Походенко Н.Т., Брондз Б.И.  «Получение и обработка нефтяного кокса», М., изд. Химия. 1986 г.,  стр. 63-64, 71-72, эксперт указал, что в приведенной в этом источнике  таблице 8 указаны сведения о выходе кокса в зависимости от множества  факторов, в том числе от температуры нагрева сырья на входе в реактор, на  основании данной таблицы невозможно сделать однозначный вывод о  зависимости между температурой нагрева сырья и выходом кокса,  поскольку в каждом режиме коксования одновременно с данной  температурой изменялся состав и качество сырья, коэффициент  рециркуляции, давление в реакторе, то есть в каждом режиме вся  совокупность параметров влияла па выход кокса и выделить  закономерность между каким-либо одним параметром и выходом кокса не  представляется возможным, указанная работа не содержит сведений о  содержании летучих веществ в полученном коксе, поэтому на основании  этого источника невозможно сделать вывод о влиянии температуры  нагрева сырья на выход кокса с высоким содержанием летучих веществ. 

Эксперт пришел к выводу о том, что из источника информации [1]  является известным, что при проведении замедленного коксования  нефтяных остатков для получения кокса, обогащенного летучими  веществами и используемого в качестве добавки к коксующимся углям  (угольной шихте), понижение температуры в коксовой камере приводит к  увеличению выхода летучих веществ и к увеличению выхода кокса при  коксовании, а также известен интервал температур 450-465°С, при котором  в камеру коксования подают сырье и его положительное влияние на  повышение выхода коксующей добавки – кокса с высоким содержанием  летучих веществ. 

Отвечая на второй вопрос, эксперт констатировал, что таблица 1 и  поясняющий ее текст источника информации [1] содержат сведения о том, 


что процесс производства кокса можно осуществлять в широком интервале  температур коксовой камеры – от 408°С (пилотная установка ЗК-З) до  490°С (промышленная УЗК, г. Красноводск); в этот интервал попадают  температуры 465-470°С; из этой работы также известен интервал  температур 450-465°С, при котором в камеру коксования подают сырье и  его положительное влияние на повышение выхода коксующей добавки –  кокса с высоким содержанием летучих веществ. 

Таким образом, по мнению эксперта, для специалиста очевидна  возможность использования температуры 465-470°С, предпочтительно  455-465°С, при производстве кокса, а из источника информации [1]  известно влияние температуры в коксовой камере при получении кокса на  выход летучих веществ и выход кокса, а также очевидна возможность  использования температуры 465-470°С при производстве кокса. При этом  эксперт отметил, что остальные источники информации не содержат  сведений, опровергающих сделанные выше выводы. 

При ответе на третий вопрос эксперт сослался на таблицу 7 из  источника информации [2], иллюстрирующую влияние величины  коэффициента рециркуляции на результаты процесса замедленного  коксования. В частности, эксперт отметил, что при коэффициенте  рециркуляции 1,0 выход кокса составил 15,5 мас.%, а при коэффициенте  рециркуляции 1,2-18,0 мас.%, в связи с чем при увеличении коэффициента  рециркуляции с 1,0 до 1,2 (то есть не более 1,2) выход кокса возрастает. 

Проанализировав таблицу 8 в источнике информации  Походенко Н.Т. и др. [Походенко Н.Т., Брондз Б.И. «Получение и  обработка нефтяного кокса», М., изд. Химия. 1986 г., стр. 63- 64, 71-72, в  которой указаны сведения о выходе кокса в зависимости от множества  факторов, в том числе от коэффициента рециркуляции, эксперт указал, что  на основании данной таблицы невозможно сделать однозначный вывод о  зависимости между коэффициентом рециркуляции и выходом кокса,  поскольку в каждом режиме коксования одновременно с коэффициентом 


рециркуляции изменялся состав и качество сырья, температура нагрева  сырья на входе в реактор, давление в реакторе, то есть в каждом режиме  вся совокупность параметров влияла па выход кокса и выделить  закономерность между каким-либо одним параметром и выходом кокса не  представляется возможным, в связи с чем признал, что информация в этом  источнике является недостаточной для анализа влияния коэффициента  рециркуляции на выход кокса с высоким содержанием летучих веществ, а  сведения из этого источника не подтверждают и не опровергают сведения,  приведенные в источнике информации [2]. 

Аналогичным образом эксперт не смог сделать однозначный вывод о  зависимости между коэффициентом рециркуляции и выходом кокса  исходя из сведений, содержащихся в журнале «Химия и технология топлив  и масел», № 4, 2009 г., Везиров P.P. и др. «Тенденции развития процесса  замедленного коксования и перспективы производства электродного  кокса», стр. 7, признав ее также недостаточной для анализа. 

Изучив источник информации «Проблемы развития производства  электродного кокса». Труды, выпуск VIII, Башкирский научно- исследовательский институт по переработке нефти БашНИИ ПП, Уфа,  1975 г., стр. 199, эксперт констатировал, что из него известны общие  тенденции, согласно которым с увеличением коэффициента рециркуляции  возрастает выход кокса, но снижается содержание летучих веществ,  однако отсутствуют конкретные значения коэффициентов рециркуляции,  поэтому нет возможности сделать однозначный вывод о том, какой  коэффициент рециркуляции позволит увеличить выход кокса с  повышенным содержанием летучих веществ, и будет ли он попадать в  интервал «не более 1,2», указанный в вопросе. 

Исходя из изложенного, эксперт сделал вывод о том, что из  источника информации [2] известно, что при коэффициенте рециркуляции,  составляющем не более 1,2, увеличивается выход кокса при замедленном  коксовании нефтяных остатков. 


Отвечая на четвертый вопрос об известности влияния совпадающих  признаков на возможность достижения заявленного технического  результата, заключающегося в повышении выхода коксующей добавки –  кокса с высоким содержанием летучих веществ, эксперт отметил, что  поскольку из источников информации [1] и [2] известны признаки  температура подаваемого в коксовую камеру сырья 408-490°С и  коэффициент рециркуляции не более 1,2, отличительные признаки,  приведенные в независимом пункте формулы изобретения по патенту  Российской Федерации № 2400518, попадают в указанные интервалы  значений температуры и коэффициента рециркуляции и из приложенных  источников также известна зависимость между изменением значений  температуры и коэффициента рециркуляции и повышением выхода  коксующей добавки – кокса с высоким содержанием летучих веществ, то  влияние этих признаков на возможность достижения заявленного  технического результата, заключающегося в повышении выхода  коксующей добавки – кокса с высоким содержанием летучих веществ  также известно. При этом остальные источники информации, как  утверждает эксперт, не содержат сведений, опровергающих сделанные  выше выводы. 

При ответе на пятый вопрос эксперт пришел к следующим выводам.

Спекаемостью называют свойство угля переходить при нагревании  без доступа воздуха в пластическое состояние с образованием связанного  нелетучего остатка (ГОСТ 17070-87, стр. 8). 

Коксуемостью называют свойство измельченного угля спекаться с  последующим образованием кокса с установленной крупностью и  прочностью кусков (ГОСТ 17070-87, стр. 8). 

Эксперт пришел к выводу о том, что спекание является частью  процесса коксования, отметив при этом, что все коксующиеся угли  обязательно спекаются, однако не все спекающиеся угли дают кокс, по  качеству соответствующий доменному. 


По мнению эксперта, «коксующая добавка» и «спекающая добавка»  не являются равнозначными, они соотносятся, как общее и частное  понятия, то есть коксующая добавка обязательно будет спекающей, но  спекающая добавка не обязательно будет коксующей. 

Эксперт отметил, что в патенте Российской Федерации № 2400518  термин «коксующая добавка» используется для обозначения направления  использования нефтяного кокса, получаемого заявляемым способом, хотя  в патенте отсутствуют непосредственные данные о возможности  использования полученного кокса в качестве коксующей добавки при  изготовлении металлургического кокса, однако приведенные в патенте  данные получены на основе некоторого изменения режима работы  действующей установки замедленного коксования, цель которого – повышение летучих веществ. Поскольку режим работы установки  изменялся незначительно, можно предположить, что назначение  полученного нефтяного кокса состоит в использовании его в качестве  коксующей добавки. 

Исходя из описания изобретения по патенту Российской Федерации   № 2400518, термин «коксующая добавка» использован в формуле  изобретения в значении «кокс с высоким содержанием летучих веществ». 

В описании указанного изобретения свойством нефтяного кокса,  определяющим его назначение в качестве коксующей добавки, является  содержание летучих веществ не менее 15%. 

Исследовав представленные в материалы дела источники  информации, ответы научных учреждений на судебные запросы,  заключение эксперта, Суд по интеллектуальным правам приходит к  следующим выводам. 

Суд считает обоснованным вывод Роспатента о том, что из  источника информации [3] известен способ получения кокса замедленным  коксованием, включающий подачу нагретого сырья (нефтяных остатков) в  камеру коксования, коксование сырья в течение 14-36 ч (время, 


включающее диапазон 14-24 ч) и последующую выгрузку образовавшегося  кокса, сырье камеру коксования сырье подают с температурой 475-485 °C,  коэффициент рециркуляции составляет 1,08 (то есть не более 1,2),  полученный кокс может иметь высокое содержание летучих веществ  (более 15%). 

Этот же источник информации указан в качестве наиболее близкого  аналога и в описании к спорному изобретению, в котором отмечено, что  аналог представляет собой способ получения замедленным коксованием  нефтяного кокса с высоким содержанием летучих веществ (более 15%),  в соответствии с которым осуществляют раздельную выгрузку кокса из  верхней и нижней части камеры коксования, при этом высокое  содержание летучих веществ (более 15%) имеет кокс, выгруженный из  верхней части камеры. Этот кокс может быть использован в качестве  коксующей добавки при коксовании углей для получения  металлургического кокса. 

При этом недостатком данного способа авторы спорного  изобретения видят низкий выход коксующей добавки – кокса с  высоким содержанием летучих веществ (20-30% от общей массы  полученного кокса), утверждая, что спорное изобретение направлено на  повышение выхода коксующей добавки – кокса с высоким  содержанием летучих веществ. 

Следовательно, авторами спорного изобретения признается, что в  результате реализации способа получения нефтяного кокса, описанного  в источнике информации [3], также происходит получение коксующей  добавки, под которой они понимают кокс с высоким содержанием  летучих веществ. Отличие же, по утверждению авторов, заключается  только в том, что предлагаемый ими способ позволяет увеличить выход  этой коксующей добавки. 

Таким образом, коллегия судей отклоняет довод заявителя о том,  что из источника информации [3] (патент Российской Федерации 


№ 2296151) не известна возможность получения именно коксующей  добавки, то есть добавки, служащей для улучшения коксующих свойств  шихты. 

Суд полагает, что соответствующее утверждение общества  «ПРОМИНТЕХ», являющегося обладателем спорного патента, следует  рассматривать как нарушение принципа эстоппель, поскольку в этом  случае его мнение расходится с мнением авторов спорного изобретения и  лица, обратившегося с заявкой на выдачу патента. 

 При этом коллегия судей обращает внимание на то, что как в  спорном патенте, так и в источнике информации [3] термин «коксующая  добавка» имеет одинаковое значение – кокс с высоким содержанием  летучих веществ (более 15%). Иных характеристик коксующей добавки в  обоих патентах не приведено. 

С учетом изложенного Роспатент в оспариваемом решении пришел к  правильному выводу о том, что задачей спорного изобретения является  повышение выхода известного продукта, а не получение какого-либо  нового, ранее не известного продукта (коксующей добавки). 

Исходя из этого, также следует признать обоснованным и вывод  Роспатента о том, что спорное изобретение отличается от изобретения,  раскрытого в источнике информации [3], тем, что сырье в камеру  коксования подают с температурой 450-470 °C, предпочтительно с  температурой 455-465 °C. 

При этом в источнике информации [1] раскрыт способ замедленного  коксования нефтяных остатков для получения кокса, обогащенного  летучими веществами, используемого в качестве добавки к коксуемым  углям. 

Как усматривается из указанного источника, при определении  технологического режима работы пилотной установки, обеспечивающего  получение кокса с высоким содержанием летучих веществ, основное  внимание уделялось выбору оптимального температурного режима в 


камерах коксования. Для этого температуру в коксовой камере изменяли в  пределах 400-465 °C, то есть практически в тех же пределах, что и  диапазон температур в коксовой камере по спорному патенту. 

При этом анализ полученных данных показал, что снижение  температуры в коксовой камере позволяет увеличить выход летучих  веществ в коксе, что в свою очередь приводит к увеличению выхода кокса  при коксовании. 

Указанное следует из таблицы 1 источника информации [1], согласно  которой понижение температуры низа реактора на пилотной установке  приводит к увеличению выхода летучих веществ. Ссылка заявителя на  значения, относящиеся к промышленным УЗК, судом не принимается, так  как указанные температурные значения выходят за пределы  температурного диапазона 400-465 °C. 

К выводу об очевидности для специалиста использования  температурного диапазона 450-470°С в коксовой камере для увеличения  выхода летучих веществ в коксе и, соответственно, увеличения выхода  кокса пришли РГУНиГ и эксперт Крылова А.Ю. 

Суд по интеллектуальным правам также соглашается с выводом  Роспатента о том, что учитывая сведения, приведенные в источнике  информации [1], касающиеся известности влияния понижения и  повышения температуры в коксовой камере при получении кокса на выход  летучих веществ и выход кокса, для специалиста явным образом следует  возможность использования и интервала температур 465-470 °C при  производстве кокса, поскольку установлен факт влияния указанного  признака на названный технический результат. 

Довод заявителя о том, что поскольку в источнике  информации [1] кокс является спекающей добавкой, а не коксующей, как в  спорном патенте, в связи с чем из этого источника не следует известность  отличительного признака, характеризующего температурный режим в  коксовой камере, подлежит отклонению, поскольку судом на основании 


материалов спорного патента, источников, входящих в уровень техники,  ответа РГУНиГ на судебный запрос и заключения эксперта от 22.09.2020  установлено, что спекание является обязательным условием процесса  образования кокса, поскольку процесс спекания представляет собой одну  из стадий процесса коксообразования, при этом все коксующиеся угли  обязательно спекаются, однако не все спекающиеся угли дают кокс, по  качеству соответствующий доменному. В связи с этим «коксующая  добавка» и «спекающая добавка» не являются равнозначными, они  соотносятся, как общее и частное понятия, то есть коксующая добавка  обязательно будет спекающей, но спекающая добавка не обязательно  будет коксующей. 

Таким образом, суд не может признать обоснованным довод  общества «ПРОМИНТЕХ» о том, что «спекающая добавка» и «коксующая  добавка» являются совершенно различными, не взаимосвязанными между  собой продуктами. 

При этом коллегия судей отмечает, что в формуле спорного  изобретения термин «коксующая добавка» использован в значении «кокс с  высоким содержанием летучих веществ», в описании к спорному  изобретению присутствует указание на диапазон летучих веществ в таком  коксе – 15,5-21,0%, иные характеристики коксующей добавки в описании  отсутствуют. 

Исходя из этого, указание в источнике информации [1] на получение  кокса с высоким содержанием летучих веществ, по сути, означает, что  получившийся кокс может быть использован в качестве коксующей  добавки. 

Принимая во внимание данные обстоятельства, Суд по  интеллектуальным правам не может согласиться с доводом заявителя о  том, что из источников информации [1] и [3] не известна возможность  получения именно коксующей добавки, то есть добавки, служащей для  улучшения коксующих свойств шихты. 


Проанализировав источник информации [2], коллегия судей  приходит к выводу об известности из этого источника того, что при  увеличении коэффициента рециркуляции (например, с 1,0 до 1,2)  увеличивается выход кокса при замедленном коксовании нефтяных  остатков. 

Указанный вывод следует из таблицы 7 названного источника,  иллюстрирующей влияние величины коэффициента рециркуляции на  результаты процесса замедленного коксования. Так, при коэффициенте  рециркуляции 1,0 выход кокса составил 15,5 мас.%, а при коэффициенте  рециркуляции 1,2 – 18,0 мас.%, в связи с чем при увеличении  коэффициента рециркуляции с 1,0 до 1,2 (то есть не более 1,2) выход кокса  возрастает. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что из источников  информации, составляющих уровень техники по настоящему спору,  известны все признаки, которыми спорное изобретение отличается от  наиболее близкого аналога, а также следует известность влияния  признаков, совпадающих с отличительными признаками спорного  изобретения, на заявленный технический результат. 

При этом коллегия судей отклоняет ссылку заявителя на то, что ни  из одного из противопоставленных источников информации не следует  совместное влияние времени коксования, температуры сырья коксования и  коэффициента рециркуляции при замедленном коксовании на повышение  выхода кокса с высоким содержанием летучих веществ, поскольку при  проверке технического решения на предмет соответствия условию  патентоспособности «изобретательский уровень» установлению подлежит  не наличие совокупности признаков в каком-либо одном из  противопоставленных источников информации, а выявление в  противопоставленных источниках решений, имеющих признаки,  совпадающие с отличительными признаками спорного изобретения, а  также их анализ на предмет установления известности влияния признаков, 


совпадающих с отличительными признаками спорного изобретения, на  заявленный технический результат (подпункт 2 пункта 19.5.3 Правил   № 82). 

Суд по интеллектуальным правам критически относится к ответу  УрФУ на судебный запрос, поскольку установлено, что подготовившее его  лицо (Стахеев С.Г.), входил с некоторыми из авторов спорного  изобретения в авторские коллективы по созданию иных технических  решений, получивших патентную защиту, что могло повлиять на  беспристрастность данного специалиста. 

Таким образом, вывод Роспатента о несоответствии спорного  изобретения условию патентоспособности «изобретательский уровень»  является правомерным. 

Доводы общества «ПРОМИНТЕХ» относительно наличия в  действиях общества «Башнефть» по подаче возражения против выдачи  спорного патента признаков злоупотребления правом подлежат  отклонению по следующим основаниям. 

Данные доводы основаны на том, что общество «Башнефть» ранее  использовало спорное техническое решение в течение длительного  периода времени на основании лицензионных договоров, что, по мнению  заявителя, свидетельствует о фактическом признании обществом  «Башнефть» патентной чистоты используемого им технического решения,  в связи с чем последующее обращение указанного лица в Роспатент с  возражением против выдачи спорного патента осуществлено  исключительно с намерением причинить вред обществу «ПРОМИНТЕХ» в  обход закона с противоправной целью заведомо недобросовестного  осуществления гражданских прав (злоупотребление правом). 

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия  граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с  намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление  правом в иных формах. 


Применение статьи 10 ГК РФ возможно при установлении судом  конкретных обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо  действовало исключительно с намерением причинить вред другому лицу  либо злоупотребило правом в иных формах. 

Как отмечено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия  сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из  поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны,  содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность  участников гражданских правоотношений и разумность их действий  предполагаются, пока не доказано иное. 

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из  сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и  последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей  права полностью или частично, а также применяет иные меры,  обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих  лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10  ГК РФ). 

Исходя из принципа эстоппель сторона лишается права ссылаться на  возражения в отношении ранее совершенных действий и сделок, а также  принятых решений, если поведение этой стороны свидетельствовало о  действительности соответствующих сделок. 

Данное правило вытекает из общих начал гражданского  законодательства и является частным случаем проявления принципа  добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и  защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей 


участники гражданских правоотношений должны действовать  добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего  незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1  ГК РФ, пункт 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской  Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 15.11.2017). 

Главная задача принципа эстоппель – не допустить, чтобы из-за  непоследовательности в своем поведении сторона получила выгоду в  ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на  определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.  Принцип эстоппель можно определить как запрет ссылаться на  обстоятельства, которые ранее признавались стороной бесспорными  исходя из ее действий или заверений. 

Принцип эстоппель применяется судами, как правило:

для недопущения различного толкования патентообладателем одного  признака независимого пункта формулы различным образом при  рассмотрении различных споров (двух разных возражений; возражения и  дела о нарушении исключительного права) (постановления президиума  Суда по интеллектуальным правам от 02.11.2018 по делу № СИП-191/2018,  от 18.02.2019 по делу № СИП-688/2017 и от 05.04.2019 по делу   № СИП-260/2018); 

для случая, когда своим поведением лицо лишило другое лицо  возможности полагаться на сделку по выдаче первым согласия на  регистрацию товарного знака (постановление президиума Суда по  интеллектуальным правам от 20.12.2018 по делу № СИП-127/2018). 

Вместе с тем принцип эстоппель судами не применялся, когда  поведение лица (в том числе изменившееся) являлось разумно ожидаемым  (абзац третий пункта 1 Постановления № 25), например: 

предложение патентообладателем уточненной формулы,  направленное на сохранение действия патента хоть в каком-то объеме, не 


лишает патентообладателя права утверждать, что первоначальная формула  соответствовала условиям патентоспособности (постановление президиума  Суда по интеллектуальным правам от 11.02.2019 по делу   № СИП-685/2017); 

использование лицом в течение длительного времени спорного  товарного знака на условиях лицензионного договора, не ставившим под  сомнение регистрацию этого знака, не препятствует последующему  оспариванию предоставления правовой охраны товарному знаку в качестве  ответной меры после отказа правообладателя в продлении срока действия  лицензионного договора, предъявления им требований о признании  лицензионного договора недействительным, о взыскании суммы  компенсации (постановление президиума Суда по интеллектуальным  правам от 28.10.2019 по делу № СИП-781/2018). 

В материалах дела отсутствуют сведения о том, что общество  «Башнефть» изначально имело сведения о непатентоспособности спорного  технического решения. 

Само по себе использование какого-либо технического решения в  экономической деятельности не свидетельствует о признании  патентоспособности такого технического решения и, соответственно, не  лишает такого пользователя права исследовать вопрос патентоспособности  используемого (либо использовавшегося ранее) технического решения, а  при получении информации о его непатентоспособности – права на  оспаривание его патентоспособности в установленном законом порядке. 

Подача возражения обществом «Башнефть» является его правом,  основанным на законе. 

Из обстоятельств дела не усматривается, что умысел общества  «Башнефть» при обращении с возражение против выдачи спорного патента  был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав и его  единственной целью было причинение вреда другому лицу. 


Таким образом, заключение обществом «Башнефть» лицензионных  договоров в отношении использования изобретения по спорному патенту  не лишает названное лицо права оспаривания патента при установлении  для этого оснований, которые могут быть обнаружены уже в период  действия лицензионных договоров. 

Суд по интеллектуальным правам также отмечает, что  существование патентов, не соответствующих условиям  патентоспособности, может оказывать негативное влияние на гражданский  оборот соответствующих товаров, необоснованно ограничивать права и  законные интересы иных участников этого гражданского оборота. 

Возможность оспаривания патента в период его действия, помимо  частного интереса, который может быть у лица, подающего возражение,  преследует также публичный интерес, заключающийся в том, чтобы  неправомерно выданные патенты не препятствовали развитию науки,  ремесел и ведению третьими лицами деятельности с использованием  неохраноспособных решений. Поэтому допускается оспаривание патентов  в период срока действия любыми лицами (статья 1398 ГК РФ). Такой  публичный интерес сохраняется, пока сохраняются действие патента или  возможность его восстановления. 

Аналогичный подход отражен в постановлениях президиума Суда по  интеллектуальным правам от 20.04.2017 по делу № СИП-219/2016,  от 31.07.2017 по делу № СИП-788/2016, от 28.09.2017 по делу   № СИП-771/2016, от 10.10.2019 по делу № СИП-144/2019, от 20.08.2020 по  делу № СИП-677/2019. 

Представленная заявителем в судебном заседании 03.12.2020 в  обоснование предположения о том, что заключение патентных поверенных  Вилесова А.С. и Хромушиной Е.В., ответ РГУНиГ, подготовленный  Чернышевой Е.А. и заключение эксперта Крыловой А.Ю. выполнены  одним и тем же лицом, резолютивная часть автороведческой экспертизы,  изготовленная специалистом Дмитриевой Л.Г., согласно которой в 


представленных копиях текстов имеются одни и те же схожие фразы,  предложения, суждения, которые свидетельствуют об их смысловой и  стилистической идентичности, не принимается Судом по  интеллектуальным правам в качестве надлежащего доказательства ввиду  отсутствия какого-либо обоснования сделанного в резолютивной части  вывода. При этом коллегия судей полагает, что у заявителя было  достаточно времени для обращения к специалисту для проведения  лингвистического и психологического анализа вышеназванных текстов и  представления мотивированного заключения. 

Кроме того, суд отмечает, что учитывая технический характер  заключения патентных поверенных Вилесова А.С. и Хромушиной Е.В.,  ответа РГУНиГ, подготовленного Чернышевой Е.А., и заключения  эксперта Крыловой А.Ю., использование сходных формулировок,  обусловленных в том числе единой терминологией и обращением к одним  и тем же источникам информации, не может свидетельствовать об  обоснованности выдвигаемого заявителем предположения. 

Вместе с тем Суд по интеллектуальным правам также не может  признать обоснованным и довод третьего лица о наличии признаков  злоупотребления правом в действиях заявителя, который при направлении  в Роспатент заявки на регистрацию спорного изобретения не указал в  качестве патентообладателя открытое акционерное общество «Новойл»  (правопредшественник общества «Башнефть»), на основании договора с  которым создавалось спорное техническое решение. 

Из сведений, содержащихся в Госреестре, следует, что  исключительное право на спорное изобретение было приобретено  обществом «ПРОМИНТЕХ» только 18.01.2013, что исключает наличие у  него умысла на заведомо недобросовестное использование прав при  получении патента на это изобретение. 


Судом по интеллектуальным правам не принимаются ссылки  заявителя на то, что Роспатентом были допущены грубые нарушения  процедуры рассмотрения возражения. 

В силу пункта 4.1 Правил № 56, действовавших в период  рассмотрения возражения, дела по возражениям или заявлениям  рассматриваются коллегиально на заседании Палаты по патентным спорам  в составе не менее трех ее членов, включая председательствующего и  ответственного за рассмотрение, утвержденном председателем Палаты по  патентным спорам. 

Согласно пункту 4.2 Правил № 56 в состав коллегии Палаты по  патентам спорам не могут входить лица, состоящие в родстве или в  супружеских отношениях между собой, в родстве или в супружеских  отношениях с участниками рассмотрения дела, а также лица, принимавшие  оспариваемое решение. 

Лица, участвующие в заседании коллегии, могут заявить  мотивированный отвод любому члену коллегии или всему составу  коллегии. Отвод должен быть заявлен до начала рассмотрения дела по  существу (пункт 4.3 Правил № 56). 

Ни названные Правила, ни иные нормативные правовые акты не  устанавливают, что в состав коллегии Палаты по патентным спорам,  рассматривающей возражение против выдачи патента, должны входить  узкие специалисты в какой-либо определенной области техники, к которой  относится рассматриваемое техническое решение. 

Как признается самим заявителем, председательствующий в  коллегии, рассматривавшей возражение, обладает необходимым  образованием в области химии, к которой и относится спорное  изобретение. При этом самим заявителем в ходе судебного  разбирательства отмечалось, что круг специалистов в рассматриваемой  области техники является весьма ограниченным. В связи с этим подбор  членов коллегии Палаты по патентным спорам из числа узких 


специалистов представляется труднореализуемым и не является  объективно необходимым, поскольку алгоритм оценки соответствия  изобретения условиям патентоспособности, в частности,  изобретательского уровня, является общим для любой области техники и,  соответственно, оценка патентоспособности изобретений в области химии  или нефтепереработки не предполагает какой-либо специфики по  сравнению с другими областями техники. 

Кроме того, из материалов дела не следует, что обществом  «ПРОМИНТЕХ» заявлялись отводы членам коллегии Палаты по  патентным спорам по мотиву отсутствия компетенции, а также заявлялись  ходатайства о привлечении независимых специалистов в данной области  техники. 

Коллегия судей также не усматривает нарушения процедуры  рассмотрения возражения в принятии письменных пояснений на отзыв  патентообладателя и письменного доклада (выступления) представителя  подателя возражения, поскольку заявителем не пояснено, какие именно  мотивы, приведенные в первоначальном возражении, изменили указанные  документы. 

Суд по интеллектуальным правам также соглашается с изложенным  в отзыве на заявление мнением Роспатента о том, что замена признаков  формулы изобретения признаками из описания, ранее не  предусмотренными формулой изобретения, приведет к возникновению  нового объекта, на который патент не выдавался, нарушителями прав на  который будут третьи лица, добросовестно использовавшие этот иной,  прежде не считавшийся запатентованным объект. 

В соответствии с абзацем первым пункта 4.9 Правил № 56 при  рассмотрении возражения, предусмотренного пунктом 1.1 этих Правил,  коллегия Палаты по патентным спорам вправе предложить лицу,  подавшему заявку на выдачу патента на изобретение, полезную модель,  промышленный образец, внести изменения в формулу изобретения, 


полезной модели, перечень существенных признаков промышленного  образца, если эти изменения устраняют причины, послужившие  единственным основанием для вывода о несоответствии рассматриваемого  объекта условиям патентоспособности, а также основанием для вывода об  отнесении заявленного объекта к перечню решений (объектов), не  признаваемых патентоспособными изобретениями, полезными моделями,  промышленными образцами. 

В силу абзаца третьего того же пункта указанные изменения должны  соответствовать изменениям формулы изобретения, которые  предусмотрены правилами составления, подачи и рассмотрения заявки на  выдачу патента на изобретение, действовавшими на дату подачи заявки. 

В рассматриваемом случае допустимыми будут являться только те  изменения формулы изобретения, которые не направлены на расширение  объема охраны, а основаны на использовании признаков, ранее  включенных в эту формулу, что приводит к сужению объема охраны. 

Изложенное в поданном в суд заявлении общества «ПРОМИНТЕХ»  предложение о внесении изменений в формулу не приводит к сужению  правовой охраны, а напротив, дополняет формулу новыми признаками,  которые расширяют объем правовой охраны. 

Таким образом, внесение соответствующих изменений в формулу  изобретения приводит не к признанию патента недействительным  частично, как это вытекает из смысла пункта 1 статьи 1398 ГК РФ, а к  предоставлению правовой охраны на новый объект. 

Аналогичная правовая позиция сформулирована президиумом Суда  по интеллектуальным правам в постановлении от 07.12.2015 по делу   № СИП-32/2015. 

Как разъяснено в пункте 6 совместного постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного суда  Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах,  связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской 


Федерации» основанием для принятия решения суда о признании  ненормативного акта недействительным являются одновременно как его  несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение  указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов  гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с  соответствующим требованием. 

Таким образом, для признания недействительным ненормативного  акта необходимо установление одновременно двух указанных оснований. 

Оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации представленные  доказательства, суд пришел к выводу о законности и обоснованности  оспариваемого ненормативного правового акта, поскольку он принят  уполномоченным органом, соответствует требованиям действующего  законодательства, не нарушает права и законные интересы заявителя, в  связи с чем требование заявителя о признании оспариваемого решения  Роспатента недействительным удовлетворению не подлежит. 

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу заявления и  по оплате стоимости судебной экспертизы в соответствии со статьей 110  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся  на заявителя. 

Внесенные заявителем на депозитный счет Суда по  интеллектуальным правам денежные средства в счет оплаты стоимости  судебной экспертизы подлежат возврату. 

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 180, 197–201 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по  интеллектуальным правам 

РЕШИЛ:

заявление общества с ограниченной ответственностью «ПРОМИНТЕХ»  оставить без удовлетворения. 


Перечислить с депозитного счета Суда по интеллектуальным правам  федеральному государственному бюджетному учреждению науки Ордена  Трудового Красного Знамени Институт нефтехимического синтеза  им. А.В. Топчиева Российской академии наук денежные средства в размере  360 000 (Триста шестьдесят тысяч) рублей в качестве оплаты услуг  по проведению судебной экспертизы в рамках настоящего дела  по представленным реквизитам. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью  «ПРОМИНТЕХ» (ул. Менделеева, д. 217, корп. А, эт. 3, пом. № 1, г. Уфа,  Республика Башкортостан, 450071, ОГРН 1025901224007) в пользу  публичного акционерного общества акционерная нефтяная компания  «Башнефть» (ул. Карла Маркса, д. 30, корп. 1, г. Уфа, Республика  Башкортостан, 450077, ОГРН 1020202555240) 360 000 (Триста шестьдесят  тысяч) рублей в возмещение судебных расходов по оплате стоимости  проведения судебной экспертизы. 

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью  «ПРОМИНТЕХ» (ул. Менделеева, д. 217, корп. А, эт. 3, пом. № 1, г. Уфа,  Республика Башкортостан, 450071, ОГРН 1025901224007) с депозитного  счета Суда по интеллектуальным правам денежные средства в размере 150  000 (Сто пятьдесят тысяч) рублей, уплаченные в счет оплаты стоимости  судебной экспертизы, по реквизитам, указанным в платежном поручении  от 20.07.2020 № 117. 

Решение по настоящему делу вступает в законную силу немедленно  и может быть обжаловано в кассационном порядке в президиум Суда  по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со  дня его принятия. 

Председательствующий судья А.А. Снегур
Судья Ю.В. Борисова
Судья Д.И. Мындря